Опьяняющая боль
У меня всегда была слабость к Ау с концовкой геноцида. Эти сломленные души монстров, как они изо всех сил пытаются сопротивляться, сражаться.. Ещё более смешным становится, когда один из монстров запоминает смерть своих друзей и решает мстить. Раз за разом он проигрывает, сходит с ума и в конце концов решает, что стоит повысить свой уровень за счет родных, чтобы наконец прикончить мелкого поганца. Какого же удивление игрока, когда все на его пути уже обречены в прах и без его помощи. А виновником всего этого торжества становится главный борец за справедливость, который на этот раз не дает и шанса выиграть. Раз за разом убивает, кажется вовсе не выдыхаясь от боя. Он еле тратит силы.
Но... А что же ему делать дальше? Вот, он остался один, совсем один. Он выполнил свой долг ценой всех жизней. И голоса глубоко в черепушке напоминают ему о том, где он нагрешил. Они скребутся, вырываются и шепчат ему все проклятья. Да, изредка с ними выходит адекватный диалог, он даже смеется. Но большую часть времени они винят его. А он сходит с ума настолько, что начинает делать копии монстров по всей Ау. Вон, вешалка с примотаным бокалом - это старый друг Гриллби. Вот камень в шлеме и с копьём - это Андайн.. А брат? А он всегда с ним. Он не хочет покидать его черепашку.
И вот, в один из дней, к нему приходит очередной приход, как думает даст. Слизкое существо, оно значительно выше, с тентаклями позади. Тело Даста не окутывает страх, он вовсе не боится. Возможно, те конченные мультики Альфис дали свои плоды. Пыльный спокойно пялится. Кажется существо что-то говорит, но Шизик мало слушает, он по тупому улыбается, хихикает и после вовсе в наглую тянет руку вперед и..
— какого хуя ты творишь? — он вполне осязаем. Особенно осязаем, когда его отросток откидывает тело назад. Но он ведь всех убил? Убил.
— ты не настоящий. Я убил всех! — уверяет пыльный, подскакивая на ноги — аха, убил же, убил.
Существо пялится, оценивающе осматривает даста и после хватает его один из щупалец. Оно больно сжимает его тело, а слизь отдает холодом. Его притягивают слишком близко и ему остается только смотреть в чужое лицо и после тихо хохотать. Это скорее нервный смех, ему совсем не смешно. И не страшно.. Он в недоумении. Откуда этот слизняк взялся тут?
— мм.. — хмыкает дылда и укладывает ладонь на его лицо, почти полностью закрывая его.
— и почему вы все такие... Мелкие. — задумчиво бурчит он, а затем отмахивается. Щупальце обхватывает его ноги,скользит вверх, к лицу, пока обзор вовсе не перекрывается чёрным полотном.
Прошла будто вечность, перед тем, как он открыл глаза в окружении ещё пары скелетов. Те выглядели более спокойными. А над ним стоял все тот же слизняк. Глюки затянулись. Ему совсем это не нравится.
— очнулся. Босс, он очнулся. — послышался более звонкий голос. Он бил по несуществующим ушам, становилось тошно. Пыльный поднимается в сидячее положение, смотрит на скелетов и.. Так это же он, нет? Это его лицо!
—... Это мое лицо. — озвучивает вслух он, поднимаясь уже на вялые ноги. Обладатель звонкого голоса косится на него, а второй лишь устало выдыхает.
— Ты правда не знаешь что та- — начинает слизняк, но Пыльный не слушает. Он буквально накидывается на звонкого, валя его с стула на пол, а затем пальцами и вовсе впиваясь в его глазницы, хватая и пытаясь вытянуть " маску '
— это мое лицо! Ты украл его, украл. Верни его на место, мерзкий грязный упырь. — тараторит он, при этом всё так же изредка хохоча. Сзади под подмышки его схватили руки, скелет под ним барахтался, лишь после сообразив создать в руке что-то острое, но его быстро останавливают чёрные отростки, с легкостью отцепляя и пыльного от мерзкого вора. Сзади уже выбивающегося Даста держал другой скелет
— и ты, и ты тоже вор! — смотря через плечо говорит пыльный, а обладатель всего одного глаза нахмурился.
— пфф. Ну все, хватит. — бархатный голос донесся эхом, а слизкий отросток оттаскивает Пыльного от двух воров. Звонкий выглядит раздраженным. Его лицо расцарапано. Забавно.
— вы, вообще то, коллеги— наклоняясь к пыльному сзади говорит голос — а я - ваш босс. — продолжает он и скелета всё больше воротит. Босс? У него нет босса. И никогда не будет.
— нет. — кратко выдает тот и тихо смеется.
— босс, извините, конечно, но вам стоит найти кого нибудь получше, этот Шизанутый только мешаться будет. — трещит звонкий.
— не помню, чтобы спрашивал твоих советов, Киллер. — спокойно выдает тот. — он - сильное звено. Просто стоит немного.. Образумить его. Он долговато пробыл один в окружении собственных галлюцинаций. А нам очень необходим качественный боец.
Объясняет слизняк, а Пыльный опять смеется. А почему сейчас он должен быть уверен, что это не галлюцинации? Не существует двух сансов, а трёх и подабно. Больше сказать можно, в его Ау всего два скелета, и в их список не входят эти двоя.
— тем более, его негатив.. Особенный. С перчинкой, так скажем. — он слышит только этот обрывок и ему этого хватает, чтобы убедиться, что это очередной глюк
— аха, такого Бреда я давно не видел. Кажется, я точно схожу с ума, пхаха.. Надо.. Надо было выходить на поверхность, да? Вы это пытаетесь донести? Ахах, а.. А когда будет страшно? Ну, в прошлый раз меня сожрал прах с кровью и криками душ, а тут.. Я не понимаю. — тараторит пыльный, пока кошмар ставит его на ноги и цокает языком, движась уже к двум скелетам, хлопая по плечу большего из них.
— помогите ему освоиться. И без каких либо разрушений, это приказ. — бубнит он, почти тут же расстворяясь в Лужицу. Он оставил его с двумя копиями. Глюк затянулся, пора выходить из него.
Тело будто само разворачивается, Пыльный подкашивается, возвращается в сидячее положение на полу и со всех дури ударяется о землю. Голова кружится уже от первого раза, но он тянется за вторым.
— О Боже. — доносится усталый голос и головешку пыльного останавливают ладонью. — я не представляю как ему помогать, Килл.
— он конченый! Кого босс только притащил? " ой, я нашел идеального кандидата" я боюсь представить кто тогда худший кандидат? — жалуется звонкий. — ... Э-эй, Пыльный, может -
— пхахах! Пыльный, пыльный! А я ведь реально пыльный, да? Смешно! — смеется тот, буквально ложась мордой на чужую ладонь. Обладатель ладони морщится и поднимает его, поворачивает к себе и смотрит в лицо.
—... Давай просто свяжем его, нет? Если он продолжит себя же колотить, нам точно отвинтят головы. — говорит дырявый и звонкий соглашается. А пыльный не против. Вот отойдет он от глюков и он вернется в бар.
Это был не Глюк, совсем не Глюк. Это хуже. Его правда забрали и теперь ему по настоящему страшно. Эти воры лиц - это он, но из других Ау.. Это бред, это звучит как его фантазии, но к сожалению, это правда. Ещё хуже то, что их " босс " - больной садист. Он заставляет убивать. И как выяснил пыльный, эти двоя делают это тоже не от особого кайфа. Хотя, киллеру, кажется нравится. А хоррор.. Его Ау нужно пропитание, они страдают от голода. А даст.. Какая ему с этого выгода? Он не хочет, и был уверен, что не будет. Пока его пару раз не попытали ломкой пальцев и не заставили поползать на коленях со сломанной ногой. После,конечно излечили и отправили обратно. Пыльному мерзко от убийств, особенно мерзко убивать мирный жителей в мирной Ау.. Но, с другой стороны, он оказывается им услугу. Если не он - то человек. А люди - это самые мерзкие твари.
Но, если поставить всё это на задний план, есть то, чего Шизик боится по настоящему. Похоже он по-настоящему нравится их Боссу. Тот и не скрывает это. Утверждает, что его негатив - это самое сладкое, что он когда либо пробовал. И было бы славно, если бы это приносило хоть какие то плюсы, но это сплошной ад. Да, его не так часто заставляют убивать, но часто заставляют унижаться. Вылизать ботинки, прогнуться под его острым каблуком, сломать ему что-то или просто заставить лежать с ним в обнимку. Босс никогда не спит, даст чувствует как тот вечно смотрит, как тот жрет его взглядом.
А дальше становилось ещё хуже. Эта приторная нежность. Негатив часто невзначай одаривал его поцелуем в макушку, в щеку или в тыльную сторону ладони. Эти поцелуи вызывали сонливость и мерзкий холод. Далее объятия. Всё тело Кошмара было холодным, от рук шла дрожь по костям, особенно когда руки в наглую лезли под одежду. А затем и вовсе то, что кошмар приказал спать в его комнате. В комнате, где всегда темно, где нельзя громко дышать и говорить без разрешения. Комната, где ему нельзя противиться, корчить недовольные или слишком дововольные лица. Комната, где все только по желанию Кошмара.
Тело трясет от холода, а руки к виновника укутывают тело одеялом, прижимая ближе к себе.
— Даст, сегодня твой счастливый день. — доносится голос над макушкой. Пыльный молчит. Счастливый день? Здесь то? Будет очень счастливо, если найтмер прямо сейчас застрелится.
— сегодня ты можешь говорить, корчить мины.. — рука Кошмара скользит к лицу, поднимая его за подбородок и оглаживая. — это ведь естественная реакция тела, да? Я я не могу винить тебя за это.
Тело Даста сжимается. Рука Кошмара переворачивает даста на спину, а сам он устраивается сверху, нависая над ним. Пыльный оглядывает его и тут же сжимается.
— тебе вечно так холодно здесь.. Давай поможет друг другу? У меня был трудный день, мне очень нужно.. — рука скользит вниз, отлаживая по внутренней стороне бедра. Даста парализовало. — расслабиться.. А тебе нужно сотреться.
— стойте, Босс. — твердо говорит Пыльный, кошмар не смотрит на его лицо, он кажется совсем не услышал его. Руки меньшего пытаются отстранить Мара, но тот лишь смеется
— расслабься, Даст. — урчит он, явно издеваясь. Руки пыльного с легкостью обхватывают щупальцем, прижимая к кровати. Сам найтмер задрал чужую кофту, оглядывая его кости, отлаживая каждое ребрышко пальцами и после скользя к душе.
— мм.. Держу пари, ты ещё ни разу не призывал экто.. Я тебе помогу. — хихикает он, резко хватая душу, заставляя пыльного ахнуть и заерзать, тут же начиная выбиваться. Это забавило его.
— тихо, тише.. — посмеивается он и на очередное возмущение пыльного просто погладил душу по центру, спокойно спуская его штаны и тут же затыкаясь — Да-аст, разве тебе не стыдно? Посмотри, ты ведь уже возбудился. Какой ты отвратный! Неужели тебе нравится, когда Босс хочет трахнуть тебя без твоей воли? О, держу пари, что ты уже представляешь как я вгоняю в тебя щупальца.
Найтмер хохочет вновь. Пыльному становится мерзко и страшно. Сколько бы он не выбивался, сколько бы он не пытался ударить, Кошмару было совершено плевать. Душу в руке сжимали и разжимали, пока сок с неё капал на ребра Шизика. Это было не больно, но и далеко не приятно. Дискомфорт и жар снизу.. Он пытается сжать ноги, когда замечает,что между них начинает образоваться вход и член. Но, кошмар опережает его, рывком раздвигая его ноги и тихо урча.
— о, знаешь, меня не особо возбуждает сам процесс и всё такое.. Но Боже! Твое лицо, ты выглядишь так чертовски жалко, Пыльный. — мурчит он, опускаясь к его рёбрам, начиная приторно нежно целовать их, а после и впиваясь в одно из них словно акула! Он слышит хруст и вскрикивает. Точнее, пытается закричать. Мар отстраняется, его пасть в крови, в крови даста. Он облизывается и смотрит на него.. В этот момент даст и ударяет его в грудь. Естественно, кошмар немного отшатнулся, пыльный даже успел приподняться, но его тут же с силой укладывают обратно.
— ... Мне кажется, что ноги тебе мешают. — заявляет кошмар, заставляя пыльного сжаться, попытаться отползти. Одну из его ног ухватывают щупальца и словно веточку ломают. Не полностью, чтобы та не отвалилась.. Но, это заставляет Шизика вопить от боли, заливаться слезами. Даже щупальца не помогало его заткнуть. Мар молча смотрит и после опять улыбается
— отлично, ты вернул мне настрой. Твоя морда теперь ещё сильнее возбуждает меня. — он опускает взгляд на простынь. Она в крови, в крови пыльного.. — м.. С утра постираешь белье, хорошо? Как послушная супруга!
Найтмер смотрит на него, на запуганного, на измученного.. Внутри всё сжимается от возбуждения, Кошмар не уверен, что эта игрушка продержится долго. Нужно прекращать ломать его настолько грубо. Кошмар выдыхает и просто переворачивает его на живот, пыльный всхлипывает и прячет заплаканное лицо в подушке. Тело трясет от боли и страха. Пыльный давно не чувствовал страха. Не чувствовал страха тогда, когда кошмар лупил его, не чувствовал и тогда, когда тот угрожал ему. Но сейчас.. Ему по настоящему страшно. Он не знает какая эта боль на вкус, он не знает что почувствует и именно это его пугает. Неизвестность. Вдруг это будет слишком больно? Или еле осязаемо? Вряд ли. Первый вариант куда вероятнее. Сзади он слышит как кошмар что-то насвистывает и растегивает ремень. Этот ремень оказывается на полу, а брюки спускаются вниз. Пыльный молчит, а после слегка упирается руками, пытаясь приподняться. Нужно ведь сопротивляться, он же против, да? Сильная рука прижимает его обратно, заставляя уткнуться в подушку.
— успокойся наконец. Возможно, если будешь меньше двигаться, боль утихнет. Хотя.. — пальцы касаются раненой ноги и пыльный тут же дергается, до хруста выгибаясь в спине. — поверить не могу, что именно ты убил стольких.. Ты такой хрупкий.
Негатив наклоняется, потираясь щекой о его затылок.
— иногда мне кажется, что ещё чуть чуть и твой рассудок окончательно покинет тебя.. Я бы очень расстроился. — жалобно воет он — но, не думаю, что ты незаменим.
смеется он, отлипая от чужой спины. Пыльный чувствует, как тот возится сзади, но ничего не может сделать. Не может противиться, не может ничего сказать. Все кажется бесполезным. Кошмара забавит каждый его вздох и всхлип, а стоны боли - особенно. Или лучше вопли? Даст не знает. Он чувствует себя отвратительно, ему тошно и душно.. Как давно ему стало жарко, когда холодное нечто прижимается сзади?
Плевок. Шизик сжимается, а по проходу размазывают слюну. Пыльный в очередной раз старается встать, но все бестолку. Боль пронзает тело, когда он чувствует как в него входит что-то, что точно не войдет в него. Он громко всхлипывает и так же громко скулит. Тело трясет как лист во время ветра. Время течет слишком медленно, мучительно медленно. А отросток сзади будто не кончается. Над головой кошмар тяжело дышит, блаженно выстанывая.
— м.. Мне тоже больно, знаешь ли.— хмыкает тот, опуская взгляд и хихикая — с тебя течёт кровь. Надеюсь ты не умеешь от потери, да? Не люблю трахать что-то холодное.
Отшучивается он и на очередно вздох пыльного улыбается. Щупальцем он прижимает его лицо к подушке, плотно прижимает, не давая отстраниться. Свободная рука скользит под его живот, заставляя того приподнять зад. Даст пытается выкрикнуть от боли в ноге, но его едва слышно.
— стой так. — в приказном тоне выдает он — ну или мне придется организовать второй раунд. — фыркает он. Рука всё таки придерживает его, но, в основном приходится стоять самому. Это больно, ужасно больно. Особенно когда сзади начинается движение. Непристойные звуки заполняют комнату, хлопы крови, скулеж даста и редкие стоны Кошмара. Движения были грубыми, даста прижимали к подушке, заставляя задыхаться, а лишь после отпускали, позволяя вдохнуть. Каждый раз, когда ноги Шизика подкашивались, Кошмар возвращал его в прошлое положение, угрожая вторым раундом.
Разум Шизика, кажется, медленно покидал его. В глаза темнело, становилось холоднее.. Вскрики все тише и.. Его резко переворачивают на спину, тут же шлепая по щекам.
— о нет, нет.. Не смей отключаться, ясно? Я ведь ещё не закончил. — Найт гладит его ножки, заставляя в очередной раз скулить от боли и заливаться слезами. Его лицо выглядит опухшим, жалким.. Щеки шипит. Его ноги закидывают на плечи и снова входят. Пыльный выгибается и ноет. Найт же буквально вдалбливает его в кровать, голос Шизика охрипший, его еле слышно.. Но Найту так даже больше нравится. Пару финальных толчков и кошмар кончает глубоко внутрь. За ним и Даст. Пыльный чувствует вязкость внутри себя, странное тепло.. Он всхлипывает, а Мар, выходя замечает как из него вытекает смесь его спермы и крови..
Хихикнув, он собирает капли двумя пальцами и нагло запихивает в чужой рот. Пыльного тошнит, он готов вот вот блевануть, но никак не может.
— пфф. — он смеется, падая рядом с ним, приобнимая одной рукой и прижимая к себе.— ты особенный, Даст. Мои остальные объекты обожания были куда твёрже, но, умирали кажется даже до моего захода.
Пожимает плечами он, смотря в пустые глазницы Пыльного
— а ты.. Ох, ты даже не отключился ещё! Твой негатив замечателен, я готов питаться только им, если бы мог. — он молчит, а после урча зарывается в чужую шею — но мне тебя так мало.. Никак не могу насытиться.
Пару поцелуев в шею и Найт поднимается выше, к чужому рту. Он приторно сладко целует его щеки и наконец впивается в его губы. Клыки этого сдуетсва острые, а язык огромен, он достает до глотки и заставляет пыльного давиться, но сопротивляться просто нет сил. Да и смысла нету, он слишком устал. Мар целует, вкладывает все оставшиеся силы и когда отстраняется, замечает, что пыльный уже в отрубе. Он выдыхает.
— о, мой милый Шизик.. Думаю это и зовут любовью. Я думал, что совсем не способен её испытывать.. — нет, это вовсе не любовь. Это одержимость. Кошмар одержим этим мелким куском костей. Ему хочется, чтобы пыльный принадлежал только ему. Он запрет его в маленькой золотой клеточке, оградит ото всех. Никто не причинит ему вреда. Только найтмер. Это только его груша для битья, только он может его колотить, мучать и трахать до потери пульса. Только он может ломать его разум и собирать обратно. Он ненавидит и любит даста одновременно. Ненавидит за то, что он смог откопать сердце Кошмара. И любит за то, какой же тот все таки конченный. Этот мелкий ублюдок никогда не боялся его, а тут резко почувствовал ужас! А после.. После он сломался, подобно фарфору. Рассыпался в руках Кошмара.. Но, ничего, он его соберет, склеит и снова вгонит в него свой член, чтобы услышать очередный крики. От одной мысли его кидает в дрожь..
Нужно вылечить его куколку. Иначе до следующего раза он просто не доживет.