Оперный побег

Пыль поднялась при каждом новом шаге. Где-то вдали слышались возгласы брата и отца, но Готье уже не хотел их слышать. Единственное, куда он хотел попасть, — подальше от своих родных. Плоские и песчаные дороги тянулись под ногами парня, а лёгкий ветер почти взъерошил тому волосы. Хитклиф слышал голоса людей на базарах, и в тот же момент он завернул туда, ибо где ещё можно спрятаться от разгневанного отца, как не на уличном базаре.

Улица базара была узкой, а люди в ней превращались в одну сплошную линию, которая двигалась в одном направлении. Базар был одним из тех мест, куда Готье мог отправиться совершенно без проблем, даже несмотря на его сословие. Парень слышал, как где-то вдали торговцы зазывают к себе покупателей громкими предложениями, что несомненно нравилось сыну самого чжангуя.

В этот день Готье повздорил с отцом. Сути он уже не вспомнит — ведь слишком много слов было вылито в том разговоре. Из-за чего Хитклиф сегодня решил сбежать из дому: да, ненадолго, но так хотелось побыть одному и без выяснения отношений с отцом или, чего хуже, с братом. Готье успел переодеться в самое простое, что носят обычные люди, а не сыновья каких-либо чиновников.

В своих размышлениях парень долго пробыть не смог — толпа всё ещё куда-то спешила, поэтому нужно было держать этот ритм. Двигаясь вслед за каким-то мужчиной, который по какой-то причине шёл ужасно медленно, Готье не заметил, как споткнулся обо что-то и чуть не упал на этого же мужчину.

Кто-то в толпе обсуждал, как будет возвращать долги, кто-то — о том, какой лучше хлеб взять. Но слух Готье больше всего приметил разговор о неком представлении в не столь далёкой опере.

Будь Хитклиф сейчас собой в обычные дни, он бы не смог попасть в оперу. Его происхождение просто не позволяло посещать такие места, как публичные оперы. Поэтому обычно нужно было ещё уговорить отца на то, чтобы отпустил младшего туда. Сейчас же Хитклиф мог спокойно попасть на столь желанное для него теперь выступление. Он не знал, кто сегодня выступает, но это не мешало его желанию оказаться там.

Наконец-то выбравшись из нескончаемого потока людей, Готье смог спокойно выдохнуть. Он понимал, что его след почти простыл, и найти его в городе будет почти невозможно, пока он сам этого не захочет. Но теперь стояла другая цель — добраться до оперы. Хитклиф примерно помнил, где находится это место, поэтому, собравшись, он начал свой путь.

Проходя мимо других домов, он видел, как живут люди вне его двора. Вокруг кипела жизнь, и это нравилось парню как никогда. Но повезло Готье застать небольшую потасовку среди детей, и после неудачной попытки их разнять ему пришлось уйти.

Чуть задержавшись у одного дома, парень услышал, как какая-то пара обсуждает, что знакомый семьи Хитклиф ищет их сына, и что второй где-то в городе. Поняв, что ищут именно его, Готье незамедлительно продолжил свой путь — ведь он пока не хотел, чтобы его нашли.

И вот — желанный театр. На лице парня засияла победная улыбка: его радовало, что он смог добраться и даже не попасться никому на глаза из тех, кто мог его вернуть домой. Зайдя в помещение, Хитклиф увидел такие знакомые для него масляные лампы, которые отдавали своим тёплым светом на деревянные стены с резьбой. Несомненно, воздух из-за ламп был тяжёлым, но это добавляло месту своей атмосферы.

Наконец-то пройдя в зал, Готье сел и, повернув голову в сторону того места, где обычно происходят все представления, стал ждать. Зал не затихал, все что-то бурно обсуждали, но сейчас юноша даже не хотел вникать во всё это.

И вот наконец-то началось представление. На сцену вышел до ужаса приятный на вид юноша.

Хитклиф с завораживающим взглядом смотрел на то, как парень отыгрывал свою роль. Вся эта пластика тела и то, как игравший ловко менял тембр своего голоса, завораживало дух у парня.

Но вот представление закончилось, и в прихожей Готье увидел уж очень знакомую макушку. Это был Оливер. Вспомнив слух, Готье сразу понял, что друг пришёл по его душу. И поэтому, подскочив с места, стал искать, куда можно укрыться, пока Брум его не увидел.

Подойдя к какой-то двери и приоткрыв её, Хитклиф завалился туда. Когда глаза привыкли к новой обстановке, Готье понял, что он сейчас в гримёрной. И тут на глаза ему попался тот самый парень со сцены. Мгновение Готье думал, и всё же подошёл к нему.

— Добрый день, простите за такую бестактность, но вы сегодня так чудесно сыграли. Просто дух завораживает.

Выступавший парень явно не ожидал того, что к нему сегодня кто-то так подойдёт, и смущённо поблагодарил парня. Но тут же Готье получил вопрос в лоб:

— А вы, собственно, кто, и что здесь делаете?

Готье замер. Он несколько минут думал, что ответить парню. Но вместо своего голоса Хитклиф услышал, как где-то вдали его зовёт Оливер.

— Готье!! Я тебя по всему городу ищу. Мог бы и сказать, что планируешь сбежать из дома, — Брум говорил об этом как о самой большой грусти в его жизни.

И тут дверь в гримёрной открывается, и на пороге стоит Оливер. Посмотрев сначала на Готье, а потом и на Леона, Оливер вынес вердикт:

— Я вижу, домой ты не спешишь, да, Готье? — Брум говорит это с улыбкой, почти смеясь.

— Ты же в курсе, что тебя повсюду ищет отец, да? Нет, я, конечно, понимаю, сам не против иногда своего побесить. Но ты, Готье, почти переплюнул меня.

Выдохнув, Оливер не стал ждать ответа и продолжил:

— Ладно, давай я не сдаю тебя. Но при этом я остаюсь с вами.

Готье выдохнул. Он ещё никогда не был так рад, что именно Оливер — самый близкий для него друг. И лишь Леон оставался в недоумении, что происходит.