Operation Harvest Red

Недавно видел пост в «Русском SJW» по поводу левых СМИ, долго думал и захотел, наконец, чуть-чуть развить тему.

В посте коротко говорится, что левым сейчас страшно не хватает работающего СМИ, по-настоящему массового и работающего как непосредственно СМИ, а не пресс-служба политической организации. Кроме того, говоря о связях организации с идейно близкими медийными службами, в посте корректно замечается, что такого рода службы должны быть разделены. Более того, они должны быть в какой-то мере первичны по отношению к организациям, или хотя бы не отъедать от них ресурсов.

Я с этими положениями сейчас полностью согласен, и хочу попробовать их несколько расширить и предположить дальнейшие векторы, по которым может быть создано такое СМИ — крупное и качественное. Сразу отмечу, что согласие с положениями в посте появилось у меня не сразу — долгое время я фиксировал внимание на организационных силах и связи, что вылилось, наверное, в небольшое неосознанное заигрывание с бланкизмом. Но это отступление, меня увело от оригинального вопроса — как можно расширить идею крупного левого СМИ?

В первую очередь я бы обратил внимание на вечный вопрос «Где деньги взять?».

Организация СМИ это безусловно дорогой процесс сам по себе, как по трудовым ресурсам, так и финансовым. Кроме очевидных расходов на поддержание СМИ, левое политизированное периодическое или сетевое real-time издание будет обладать рядом особенностей, которые могут потребовать дополнительных ресурсов: в отличие, например, от ресурсов рядовых консерваторов или статей одного известного президента, левому СМИ придется работать в сфере новой теории, в сфере будущего и прогнозирования, стараясь строго придерживаться проверенных фактов и цифр.

Нельзя просто выпустить основательную статью например про изменение климата, без базовой подготовки в этом вопросе и не попасть под критику или тиражирование уже устоявшихся в информационном поле стереотипов. Людей нужно будет готовить, тратить время на поиск консенсуса и новых теоретических образований. В таких условиях надо быть готовым к интенсивной работе, для которой, разумеется, нужна и достойная оплата и условия помимо голого энтузиазма.

Энтузиазм, безусловно, в России есть, и даже в одной из самых прекарных в мире ситуаций, левые в России поддерживают, несмотря ни на что, крупные и достаточно глубокие организации. Не без недостатков, но разве у кого-то другого здесь есть функционирующие ячейки, думающие об одном, согласованном и общем видении будущего? Никакие правые с эмоциональными суждениями и теоретической подготовкой на уровне предрассудков и бытового хамства в публичном пространстве такое не тянут.

Я уверен, что расходы на поддержание организационной и теоретически-медийной машины низовым уровнем сбора пожертвований не потянуть, хотя бы из-за непостоянства пожертвований и дополнительной нагрузки на организацию сборов и бухгалтерию, которая тоже является издержкой.

В «Русском SJW» какое-то время назад также был пост насчет поиска и привлечения инвестиций, что левые этого делать не умеют и с чем я частично согласен — некоторые зарубежные условно-левые СМИ, тот же WikiLeaks, довольно неплохо жили на чьи-то деньги, имея при этом довольно узкую специализацию, которая несмотря ни на что попала в свою нишу. Однако такие примеры, как и какой-нибудь Jacobin или Tribune имеют целую гору специфики, и, кроме всего прочего, едва ли перекладываются на наши реалии.

Откуда же тогда брать деньги?

Я бы хотел немного вернуться к началу и обратить внимание, почему я долго недооценивал роль медийных структур. Мне казалось, что предельно важно иметь организацию, т.к. у себя в голове я видел условную цель этой организации — оптимизированный и надежный теоретический аппарат, о котором сейчас, как мне кажется, часто говорят, размышляя о необходимости программы. Почему это важно именно в контексте СМИ и денег?

По миру достаточно акторов, имеющих частично или полностью общие с левыми цели:начиная от технологических компаний -- десятков потенциальных кибернетических Савв Морозовых, разрабатывающих непосредственно машины и ПО для перехода к обществу после капитализма, заканчивая частными или государственными экологическими фондами или фондами, спонсирующие развитие более развитых систем государственного управления. Первые, зачастую, разрабатывают буквально инструменты повышения производительности труда, масштабного инжиниринга, о котором в рамках перехода к социализму говорили, наверное, все государственные деятели начиная с Ленина и далее. Вторые уже сейчас создают базу для отмирания бюрократии, делая ее более прозрачной и эффективной и, в конечном счете, ненужной или полностью автоматизированной, а значит управляемой снизу.

Кроме двух базовых примеров выше наверняка есть явно политизированные акторы, подход к которым должен быть намного более осторожным, т.к. кроме красного флага (pun intended) для безумных национально-суверенных сталинистов, такие источники дохода могут и вправду дать почву для потери политической независимости внутри СМИ, приведя к его развалу — за примером можно обратиться к любой коммерческой компании с конфликтом интересов в совете директоров или акционеров.

Я уверен, что сложно придумать другие потенциальные источники серьезного финансирования, хотя даже к этим надо относиться с предельной осторожностью, но при этом не гнушаться условной «беспринципностью»: также, как какая-нибудь Russia Today дает платформу Жижеку и Ассанжу за границей, продвигая при этом полностью противоположную повестку в России, левым нет смысла отказываться от subversive funding from abroad. Безусловно, вопрос этот очень спорный, и явно может вызвать шквал критики как со стороны подкованных горизонтальных и прочих левых, к которой нужно будет прислушаться и принять во внимание, так и со стороны центристов, правых и, например, красконов. Я думаю, что на критику последней группы можно смело не обращать никакого внимания. По поводу же критик первых я не вижу другого эффективного подхода к качественному развитию, особенно в короткие сроки, которые сейчас ставит нам история, но буду рад послушать другие соображения — в конце концов, для этого подобные тексты и пишутся.

Выходя на чуть менее абстрактный уровень, мне хотелось бы поговорить о связи СМИ и партийной организации, а также о языке и программе, который эти две структуры могли бы использовать. В «Русском SJW» был интересный пост по близким поводам, непосредственно из которого я в этом абзаце и исхожу. В этом посте я бы хотел прокомментировать пункт №3 из существующих стратегий и заодно попытаться связать сказанное в абзацах выше с размышлениями о языке.

Первое, о чем хочется поговорить — неопределенность термина «социализм». Пока мы говорим о термине именно в таком, довольно абстрактном смысле и оторванным от современной реальности языком, мы не можем не только донести свою мысль (если таковая имеется), но и отсылаем слушателя скорее к прошлому, которое люди зачастую и вполне заслуженно боятся. Это не значит, разумеется, что нужно придумывать очередной ребрендинг старых идей, называть коммуналки коливингами и скатываться в прочее шампанское из кремниевой долины. Напротив, только развитый теоретический аппарат сможет сформулировать современную развитую теоретическую повестку в язык, на котором к нам пойдут люди, уже стоящие с нами на одной стороне, но не слышащие нас.

Я лично видел, наверное, в каждом регионе России как минимум по одному загородному дому, который светил на дорогу красным советским флагом. Этот флаг, разумеется, символизирует многое, но образ его в массах построен в первую очередь на социальной справедливости и защите, на чем и играет уже десятилетиями нежить-партия КПРФ и прочие жнецы народного недовольства. Но прошлое, моменты в нем, проявившие себя эффективно и заслуживающие переиспользования и рефакторинга не являются единственной темой для обсуждения в массах, по которой громких голосов пока нет — а слушатели уже их ждут. Я помню, как проезжая мимо водопада в Осетии таксист-старожил рассказал, что местные наблюдают все более засыхающий климат, что раньше этот водопад был намного более полноводным. Я также помню дагестанскую бабушку, которая посетовала на тяготы сельского хозяйства в условиях засухи и помню множество случайных людей, которые в разговоре со мной практически сразу старались предупредить ксенофобию к прекрасному и региону и народу, которую они ожидали от петербуржца.

Конечно, у каждого человека есть теоретические пределы и политизированность, которая может иметь невысокий предел, но я уверен, что базовой поддержки масс в совместной работе с эффективным СМИ и небольшой, но отлаженной организацией, будет вполне достаточно для достижения многих левых целей. Такие массы существуют не только в моей довольно скудной устной выборке путешественника, но и в речи сравнительно официальной и академичной: любимая многими Екатерина Шульман как-то говорила, что в обществе есть запрос на видение будущего и также запрос на «социальную справедливость», тоже, к слову, довольно неопределенную — и даже ожидающую определения. Можно по-разному относиться к к размышлениям бюрократа из одного из государственных университетов, но эти слова, по моей памяти, она подкрепляла довольно крепкими данными опросов и статистики, например, трудовых протестов.

Очевидно, что растущие на масштабном финансировании как на дрожжах ручные неолиберальные партии и движения или кандидаты от анонимных и не очень локальных богачей, с написанной как под копирку программу со «снятием оков с бизнеса», не могут дать людям ничего, кроме обновленных говорящих голов. Картину будущего, а особенно будущего с социальной справедливостью во всем ее многообразии — природном, этническом и производственном, такие объединения могут дать разве что функционеру или симпатизанту ЛПР, клюнувшему на современный дизайн и популярность в соцсетях.

Я уверен, что широкое российское/постсоветское общество уже давно ждет левое СМИ, о котором мы в последнее время говорим и которое, сопряженное с мощным теоретическим аппаратом, сможет собрать ждущий его урожай, и который другие СМИ или организации собрать не смогут никогда.

Автор — K.B.