One for two

– А ты много в таких делах мыслишь, как я погляжу? – Готье усмехнулся. Смотря на него, я понимал, что знаю явно меньше него. Неужели я нарвался на богатенького сынка? Больше тридцати ему дать сложно, поэтому очень маловероятно, что смазливое личико и дорогая, хоть и испорченная теперь, одежда его заслуга. Много ли времени у меня подумать, на какую сумму можно вытрясти из него бабла?

Ответ на мой вопрос не заставил себя ждать – за дверью в конце другой комнаты послышались шаги и голоса. Вот и второй пункт в курсе по выживанию в чужом подвале, полном трупов: если понимаешь, что на подходе люди, по чьей причине вы в жопе и которые думают, что вы мертвы – притворитесь мёртвым. Я отполз от нового кошелька подальше и попытался использовать все свои актёрские навыки, которые получил после первых трех задержаний в полицейском участке. Готье решил действовать такой же тактикой. Дверь открыть.

– Есть кто живой? – голос был взволнованным и, к сожалению, незнакомый. Будь это тот же полицейский, что недавно задержал его за кражу в супермаркете, то я бы пополз к нему с распростёртыми объятиями, забыв о том, какими словами покрывал его. А вот Готье этот голос узнал.

– Джером? Джером! – Я открыл глаза и увидел замечательную картину: только что паренёк, то ли полукровка, то ли низший, на вид альфа, подбежал к Готье со скоростью света и начал обнимать так крепко, насколько это возможно. И только я подумал о том, что чистокровный сейчас попрощается со своими костями из-за такого сильного давления, как поцеловались. За такое явно надо будет доплатить, и, смотря на нового персонажа в этой цирковой постановке, которая начала смахивать на мелодраму, который выглядел как влажная мечта омег, можно было добавить сумму немного больше той, которая предназначалась ему за молчание.

Вспомнив про меня, Готье описал Джерому, который по итогу оказался богатенький и любящий энигмой, всю сложившуюся ситуацию и причину, по которой альфа-мафиозник с опытом задолжал деньги нищему омеге. Его интерпретация моей неудачной вылазки на белый свет была намного интереснее, чем у меня, но и денег я за это получил нехило. К тому моменту мы уже выбрались из подвала заброшенного здания на другом конце Запретных земель. Личная охрана Джерома начала расходиться по его приказу, когда я услышал интересное предложение:

– Раз ты попал во всю ситуацию по чистой случайности и помог моему мужу, то не против, если я довезу тебя? – Воспоминания после прошлого раза, когда он доверился альфам, не уходили из головы. Конечно, не все люди одинаковые, но быть осторожным с людьми сильнее и авторитарнее, конечно, нужно.

– Простите, но я вынужден отказаться от вашего предложения. – Я мысленно попрощался с долгами и комнатушкой в самом бедном районе, но вдруг Готье сказал:

– Тогда возьми нашу визитку. Звони, если нужна будет помощь. – Чистокровный протянул небольшой листочек с двумя номерами неких Г. Х. и Д. Б. Пока полукровка не видел, Готье хитро переглянулся со своим мужем, и те поспешно уехали.

***

Мне с детства твердили, что счастье в детях, а цель жизни – воспитать из них хороших людей, всю жизнь жить ради их благополучия. Но говорили так лишь мне, ведь омега – инкубатор и домработница в одном лице, и при хорошем стечении обстоятельств – при хорошем человеке. Дружил я только с альфами и бетами, но им говорили жить по полной и ради себя. В детстве никогда не понимал, как какой-то вторичный пол сделал из него раба, а из его знакомых – полноправных людей. На этой почве были частые истерики, ненавидел себя за то, каким родился, и ненавидел до того момента, как начал встречаться с ними.

Я позвонил на один из номеров через неделю после твоей встречи. Купить хорошее жильё полукровке из дыры Октавии оказалось непросто, особенно когда он выглядит как бездомный котёнок. Дискриминация омег, полукровок и потрепанных жизнью людей не прекращалась и после, из-за чего я примерно раз в месяц или два после небольшого количества гудков слышал знакомое «Что на этот раз?». После одного из разговоров Готье ему сказал, что Джером тоже не против таких звонков.

После начал чередовать звонки им. На одном из них Готье позвал меня к ним в гости, а Джером на фоне поддакивал всем словам чистокровного. За то время я ни разу не забывал, кем они являлись, и всегда понимал, что значит их «Прости, у меня дела, перезвоню чуть позже». Часто задумывался о их целях и намерениях, какой дурак будет просто так вкладываться в по факту незнакомого человека. С перцовым баллончиком и полной уверенностью, что смогу убежать в экстренном случае, я поехал в неизвестном мне направлении с личным водителем этих двоих. Я слушал истории с их работы, узнал, что за разборки шли в тот день у заброшенных заводов, и старался сделать вид, что мне неинтересно слушать, какие побоища происходили время от времени в моем любимом месте. Такие посиделки стали частыми, что меня начало радовать. Я перестал видеть в них кошельки и бесплатных юристов. После полутора года таких дружеских посиделок и иногда ночевок я признался им в своих чувствах, на что решался месяц. Они ответили взаимностью, и больше проблем с жильём у меня не было.

Дальше одна течка, одна просьба о помощи и одно «Я не могу забеременеть, врач подтвердил», но две полоски на трех тестах. Всё-таки те роллы были испорченными, радует? А обрадует ли занятых бизнесменов-мафиози, если я принесу им бейби борна, а может сразу несколько. Серьёзных разговоров на счет детей у них не было, но я помнил, что к детям они относятся хорошо. После консультации у врача мне сказали, что аборт может усложить течки и привести к бесплодию, а это уже было не смешно. Оправдывать живот «Вы меня перекормили просто» долго не получится, и в этот раз я решил действовать решительно.

«Мне нужно с вами поговорить, срочно!!!!!!!!!!» — пришло в наш общий чат одним днем. Уже через три часа они сидели в вип-комнате хорошего ресторана и слушали меня в оба уха. Джером и Готье были очень забавными в такие моменты, я любил смотреть на их серьёзные мордашки, хоть сейчас они и отвлекали меня.

– Что вы думаете насчёт детей? – Умно же? Будем идти к признанию медленно и аккуратно, чтобы информацию они восприняли всерьёз и хорошо.

– Малыш, мы знаем, что ты беремен. – Вдруг сказал Готье, меня фокус с меня на еду перед ним. Знали? Откуда? Я точно помню, как выкинул тесты, живот не было видно, а токсикоз мы списали сначала на роллы, а после на ещё один прикол от организма. Но они не были злы или огорчены.

– Когда я выкидывал мусор, то увидел один из твоих тестов в мусорке. Скэриэл, чтобы ты ни решил, мы будем только за. Хочешь малыша – рожай, мы останемся рядом и поможем, не хочешь – мы найдём лучшую клинику для аборта. – Сказал Джером, слегка улыбаясь.

– Мы будем рядом всегда. Не бойся сделать неправильный выбор. – Добавил Готье.

В такие моменты я вспоминал, как же сильно их люблю. После часа переговоров и часа для отменной еды в итальянском ресторане мы вышли из здания с решением оставить дитя. Несмотря на нашу первую встречу, на то, как я боялся их и как иногда раздражался их настойчивости, я был рад остаться с ними. Моя жизнь заиграла новыми красками, и нет, я не про поездку на море с шикарным отелем. Если бы я сказал старому себе о будущем, то я сейчас уже остался бы без зубов за несмешные шутки, ибо лучшее, на что я надеялся – до конца жизни пахать на заводе. Самое смешное, что я могу купить такой завод себе сам, потому что окончил хороший университет и работаю на высокой должности, так что я определённо рад своей бесконечной тупости не подумать, что в конце преступного района у заброшенных зданий с хорошей шумоизоляцией в виде людей, которые точно не хотят лазить в чужом белье, будут водиться одни пьяницы и наркоманы. Но ведь и Эль Вудс поступила в Гарвард.