On the stage
Масштабный концерт. Сегодняшний день должен был быть идеальным. Все долго готовились. Оставили все силы, нервы, ссоры в просторных залах. Сколько споров было по поводу того, как должен выглядеть этот важный вечер. И вот наконец этот день настал. Хотелось выложиться на полную.
Но для Минхо день начинался неудачно. Он с самого утра находился за кулисами, как и все парни. Готовился. Прогонял абсолютно всё. Все были немного раздраженными из-за нервов. Минхо сам того не желая поссорился с Чаном. Из-за пустяка. Наверняка, в любой другой день они бы не могли повздорить из-за такой глупости, но сегодня всем хотелось, чтобы всё было идеально, но представления об идеальном расходились.
Глупая ссора, но осадок остался. Они не разговаривали. До концерта не перебросились даже парой слов. Оба не хотели этого. Просто проходили мимо, словно, не замечали друг друга.
Последний раз собравшись в круг, парни обняли друг друга за плечи. Пожелали хорошо провести долгожданный концерт, громко прокричали: «Погнали!» и вышли на сцену.
Люди в зале стали кричать, приветствуя. Это придавало уверенности. Все улыбались, махали фанатам. После быстрого приветствия заиграла музыка. Парни выстроились на изначальные позиции и началось представление.
Всё было прекрасно. Громкая, качающая музыка разрывала весь зал, яркий красный свет освещал огромную сцену, конфетти летали везде. Не было ни одного человека, способного усидеть на месте.
Минхо наслаждался желанной свободой. На сцене он чувствовал себя другим человеком. Казалось, что все переживания куда-то исчезали. Был только момент. Момент, в котором рядом люди, которые уже давно стали домом.
Для финальной песни парни стали на определенные точки по периметру всей сцены. Трек был статичным, двигаться никто не собирался. Нужно было завершить концерт на лиричной песне, заставляющей ощутить небольшую грусть из-за конечности вечера.
Чан стоял перед Минхо, примерно в семидесяти метрах. Они всё также не говорили, но и гнетущего давления не чувствовали. Музыка мягко заполнила пространство. Кто-то начал петь, а другие подхватывали.
Всё бы хорошо, но вдруг Минхо замечает проблему с крышей сцены. Он запрокинул голову, и увидел, что одна из балок вот-вот упадет. Она тряслась, и качалась из стороны в сторону. Ли перевел взгляд и понял, что, если балка не удержится, то попадет точно на Чана. Минхо не на шутку испугался.
Он попытался позвать старшего. Кричал. Просил обернуться, но тот не реагировал. Не потому что всё ещё злился на Минхо, нет, просто из-за ушных мониторов совершенно ничего не было слышно. Они заглушали все посторонние звуки.
Тогда не думая Минхо бросился к Чану. Он бежал, не переставая умолять старшего обернуться, но безуспешно. Минхо в последний момент успевает сильно толкнуть Чана в спину, отбросив на несколько метров вперёд.
Бан тут же оборачивается, не понимая, что произошло, но как только глаза фиксируются на любимом человеке, он видит летящую в него балку. Чан не успевает ничего сделать, как Минхо валится на пол, сразу же теряя сознание от тяжело удара в спину.
Ли уже не видит, как Бан моментально подбегает, опускаясь на колени, сталкивает балку с диким криком. Остальные тут же окружают Минхо, закрывая от камер. Чан легко поднимает бездыханное тело, и несет за кулисы. Всего этого Минхо не чувствует.
…
Веки медленно открываются. Глаза слепит от яркого света. Он недолго привыкает к освещению. Минхо пытается пошевелиться, но не получается. Он поворачивает голову вправо и видит, что рядом стоит капельница, а сам он лежит на больничной койке. На прикроватной тумбочке, в вазе, стоит букет цветов.
Ли не успевает толком осмотреться, когда слышит тихое:
— Минхо…
Он оборачивается и видит Чана. Он сидит на полу у кровати, сжимая его холодную руку. Минхо готов поклясться, что чувствует как тот дрожит. Чан смотрит в его глаза, а на ресницах поблескивают прозрачные капли, он быстро стирает их.
— Чан, с тобой всё хорошо? — младший задает самый важный для себя вопрос. Он чувствует как Бан бережно поглаживает его ладонь, а после касается губами костяшек, запечатывая теплые поцелуи.
— Да.., да, котёнок. — голос дрожит. — Благодаря тебе никто не пострадал. — Чан замолкает боясь разрыдаться. — Ты не должен был… боже, почему ты… Я должен был оказаться под этой чёртовой балкой. Минхо мне было так страшно. Я боялся, что потерял тебя. Навсегда, понимаешь? Я даже сказать тебе ничего не мог. Не успел. И, если бы тебя здесь не было, я клянусь тебе, что лег бы рядом с тобой. Не задумываясь. — Чан уже не сдерживается, слезы текут, не желая остановиться. — Прости меня… прости за всё, что наговорил тебе. Я не хотел, чтобы всё было так.
Минхо осторожно поднимает свободную руку, перекладывая её на мягкие волосы Чана. Он нежно поглаживает его, успокаивая. Чан поднимает на него красные от слез глаза. Смотрит так преданно, как никто. Минхо осторожно улыбается, притягивая Чана ближе. Бан послушно поднимается. Осторожно, так, чтобы не сделать больно, садится на кровать, беря обе ладони младшего в свои.
— Мне тоже было страшно. — тихо начал Минхо. — Когда я увидел, что эта балка вот-вот упадет на тебя, всё внутри сжалось. Кричал, звал тебя, но ты не слышал меня… Я просто не мог спокойно стоять. Не простил бы себе никогда, Чан. — Минхо поджимает губы. — Со мной всё хорошо, слышишь? Я в порядке. Не смей винить себя. Ты бы так же поступил ради меня, я же прав? — Чан сразу же уверенно кивает. — Тогда просто давай жить дальше. Ты тоже прости меня за эту глупую ссору, я был на нервах, и наговорил всякого.
Чан качает головой в знак отрицания. Он не считает, что Минхо виноват в их ссоре.Они оба были на взводе, и не очень контролировали себя.
Бан приближается к лицу Минхо, мягко целует в губы, осторожно сминая, то верхнюю, то нижнюю губу. Он осторожен. Боится сделать больно. Младший в ответ кладет ладонь на щеку старшего, поглаживая.
— Не оставляй меня больше, пожалуйста. — соприкасаясь лбами, и прикрывая глаза шепчет Чан. — Я не смогу без тебя.
— Не оставлю.
Чан долго обнимает младшего, осторожно поглаживая слабое тело. Минхо охотно отвечает на любимые прикосновения, ластясь к теплым рукам как котенок. А Чан глупо улыбается. Он рад, что младший пришел в себя, рад, что всё хорошо, но так просто он эту ситуацию не оставит. Кто-то должен ответить за боль Ли.
Но сейчас, пока они только вдвоем — в этом мире больше никто не нужен.