Офис, 50

Альбедо признаёт, что его неслабо тревожат многие вещи. Незамеченные ошибки, вероятность быть уволенным, общение с людьми и помпа на бутыли с водой, которая как-то странно нажимается, из-за чего расплёскивает всю воду по сторонам. Нет, правда. Он обычно тихонько и аккуратно её нажимает, хочет набрать в кружку совсем немного, только кофе разбавить, чтобы не обжигал язык. Но из тонкой трубки почему-то выплёскивается столько воды, что вся одежда оказывается в ней, в кофе и в позоре. Альбедо иногда на этот злой механизм просто долго смотрит, а потом решает, что лучше сожжёт язык, зато не будет потопа на кухне. Да, это проигранная битва, но он предпочитает звать свой побег стратегическим отступлением.

Либо заручаться поддержкой союзников.

– Налей мне водички, пожалуйста, – тихо просит Альбедо, двумя руками протягивая стоящему рядом Сяо свою кружку с очень скорбным видом. – Эта штука меня ненавидит.

Зато приятно осознавать, что его не ненавидит Сяо. Потому что этот самый Сяо утром привычно оказался на крыльце, поджидая Альбедо – помахал в знак приветствия, улыбнулся, а потом доброжелательно поинтересовался, как прошла поездка. Контраст с тем, что было в прошлые недели, оказался поразительным.

В первую секунду Альбедо замер в ступоре, не ожидая такого тёплого приветствия. А потом внутри что-то приятно потеплело, расцвело, вынудило вспорхнуть по ступенькам ближе к Сяо, чтобы сходу начать рассказывать: про вид облаков из окна самолёта в свете восходящего солнца; про другой город, где Альбедо когда-то учился; про красивый престижный университет со статуями на входе, а потом… а потом была тихая комфортная поездка домой в полупустом поезде. Про встречу с родственниками пришлось всё же умолчать. Но зато Сяо слушал с интересом, похвалил за успех и сказал, что некоторые тоже совмещали заочное обучение с работой, отпуска на такое спокойно дают.

И после этого комфортного диалога, позволившего наконец спокойнее вздохнуть за все прошедшие недели, они пошли наливать кофе.

И вот они здесь.

– Странно, – Сяо принимает от Альбедо кружку, случайно чуть соприкасаясь пальцами с его руками, и от этого маленького контакта тянет слабо вздрогнуть. Но, раз Сяо спокоен, то и Альбедо волноваться не стоит, так? – Ты её чем-то обидел?

– Да вроде нет…

Ещё Альбедо утром после поездки привычно плавит от недосыпа. В поезде ему поспать не удалось, приехал домой поздно, застал мать уже спящей, отложил тяжёлый разговор на следующий день, но уснуть сразу не смог из-за волнения по его поводу. В общем, не выспался, как обычно. А невыспавшийся Альбедо – это чудик, который всерьёз задумывается о том, чем мог обидеть помпу для набора воды. На несколько секунд, но задумывается.

– Обращался как-то грубо? – спрашивает он у Сяо, принимая кружку с разбавленным кофе назад и делая глоток.

– Ну, Альбедо, я не лучший семейный психолог, – с искренним сожалением говорит Сяо. – Не скажу точно.

– А она что думает?

– Хм… что вы скажете по этому поводу? – Сяо поворачивается к бутылке воды, и от его тёплой утренней придури Альбедо бесконтрольно улыбается. Некоторое время Сяо «выслушивает ответ», а потом кивает с важным видом. – Она считает, ты её зря боишься. Надо просто плавно, но уверенно. Без резкости и дёрганых движений, а не так, словно руку в пасть зверю суёшь.

– Я пытался плавно и спокойно, но получил за это... – Альбедо начинает сомневаться, что разговор до сих пор идёт про помпу. – Мне ведь тоже хочется, чтобы аккуратно и без боли.

– Альбедо... – Сяо вздыхает, теряя налёт театральности. Становится серьёзным, складывает руки на груди и неловко мнётся. – Я…

О, нет. Кажется, настало время серьёзного разговора с выяснением отношений, из-за которого на Альбедо вновь накатывает прежними тревогами: Сяо передумал, Сяо не хочет с ним иметь ничего общего, Сяо сейчас скажет что-то убивающее, вроде «давай останемся друзьями» или «больше никаких поглаживаний по голове». Растерянный от стресса и недосыпа разум начинает паниковать.

Но буквально за секунду Альбедо находит очень странное решение.

– Погоди, – обрывает Сяо на полуслове и подходит ближе к бутыли с водой. – У нас так лучше получается, давай продолжим. Пожалуйста.

– Что?

– Ну чтобы не буквально! – расплывчато описывает Альбедо мысль, а потом решает показать наглядно. – В общем. Смотри, я жму плавно и уверенно, да? – в подтверждение слов, он действительно нажимает на помпу и та выплёскивает немного воды в кружку. Ровно по размеру сделанного ранее глотка. – Получилось. Но я так же нажимал и тогда, хотел просто немного воды налить, был ласков, не собирался вредить. А мне водой в кружку брызнули и заляпали рубашку.

Сяо в ответ на такие методы серьёзных разговоров прочно зависает, ошалело хлопая глазами. Явно не ожидал. Альбедо, честно говоря, сам от себя не ожидал, но ему нравится говорить не напрямую – так спокойнее, словно есть возможность откатить всё к точке старта. Будто есть резервное сохранение в игре, и даже если сдохнешь, то сможешь просто попробовать ещё раз.

Логика… вряд ли она тут есть. Но раз так спокойнее, то почему бы и нет? Главное, чтобы Сяо не послал, однако тот уже вызвался помочь Альбедо в его тяжёлых отношениях с помпой.

– Ты… – выдыхает Сяо как-то поражённо. Словно получил удар, но невыразимо прекрасный и ловкий. – Я тебя обожаю, Альбедо. Клянусь.

…кажется, у Альбедо останавливается сердце.

Поначалу он стоит такой же шокированной статуей, какой Сяо был минутой ранее. Прогоняет в голове услышанные слова по кругу, вызывая ураган. Чувствует, как приличная доля тревог сметается порывами этого очищающего ветра, оставляя лишь мелкие, не самые серьёзные.

Сяо всё ещё испытывает симпатию. Сяо идёт на контакт. Сяо хочет всё вернуть.

– А я тебя, – произносит Альбедо тихо из-за нахлынувших эмоций. Практически одними губами. Однако вопрос всё же до конца не решён. – Так вот. Мне… мне всё ещё боязно к ней подходить, не хочу случайно что-то сломать или вновь получить внезапный удар.

– Хм… – Сяо рядом после озвученных откровений заметно волнуется. Чуть побледнел, а пальцы рук подрагивают. – Что скажешь? – в сторону бутылки, после чего Сяо снова её слушает. – Ого, вот как. Надо же, – важный кивок, и его взгляд обращается к Альбедо. – Она… тогда она была немного не в себе. Только-только проснулась, испугалась давления от малознакомого человека, поэтому защитилась на инстинктах. Она не со зла и тоже не желает тебе вредить, – он молчит немного и добавляет, усмехаясь каламбуру. – Вот ни капельки.

– Да, я это понимаю, – Альбедо тоже улыбается – на этот раз не слабо и мелко, а так, что уголки губ напрягаются, чтобы совсем не растянуться до ушей. Возможно, немного нервное. – Однако мы ведь не знаем, вдруг ситуация повторится? Вдруг она вновь будет не в себе или я случайно ошибусь?

– Сейчас узнаем, – Сяо так легко вливается в эту игру, не осуждая и не высмеивая странности Альбедо, что от этого теплоты внутри становится всё больше и больше. – Ох, у неё есть хороший аргумент. Говорит, что привыкла за годы к Чжун Ли, со временем перестала пугаться его даже спросонья. Но к тебе может привыкнуть ещё быстрее, если всё будет и дальше так хорошо идти. Просто полгода назад она с трудом выносила прикосновения, а теперь всё легче на них реагирует. Надо только дать ей немного времени. Пожалуйста. Она вообще-то… – Сяо вдруг осекается, вдыхая с шумом воздух. Замолкает ненадолго, а потом всё же откидывает театральность, глядя на Альбедо с опаской и уверенностью одновременно. – Я ездил к тебе домой.

Ого. Нет, в смысле… это на фоне «я тебя обожаю» уже не так вводит в ступор. Просто «ого». Но появляются вопросы.

– А зачем? И когда?

– Я написал тебе несколько сообщений, когда ты в отпуске был, – Альбедо кивает, вспоминая, как расстроился от их пропажи. – Ты не читал. Не отвечал на звонки. Я хотел поговорить и обсудить всё, но ты пропал неизвестно куда без предупреждения.

– А… – в голове всё потихоньку встаёт на места. Если Сяо доехал, то напоролся на мать Альбедо, а та, к сожалению, склонна судить людей по внешности. Могла нагрубить и заставить Сяо усомниться в своих намерениях. – Да, предупредить надо было… Просто я спонтанно сбежал от матери, она начала душить нотациями про учёбу. Не думал, что кто-то потеряет, прости.

– А я решил, что ты от меня подальше сбежал, – невесело хмыкает Сяо, но продолжает рассказ. – Хотел просто убедиться, что ты жив, а то так бесследно исчез… Напугал. Твоя мама меня не оценила, разумеется, – он обводит себя жестом, подтверждая догадку Альбедо. – И сообщения я с досады удалил, что-то слишком расстроился. Но вообще я вспомнил это, чтобы другое сказать. Я ехал на общественном транспорте. После работы.

На этот раз изумление Альбедо оказывается куда больше, чем «ого». Для Сяо такая поездка – это настоящий подвиг. Толкучка, всё вокруг шумное и хаотичное, пугающее. Альбедо по себе знает, что такое тревога и паника, поэтому догадывается, что Сяо пришлось пережить.

И всё это он сделал ради того, чтобы с Альбедо встретиться.

Поразительно... Настолько, что сердце щемит приливом острой привязанности.

– Когда я вернулся, то сообщения от тебя загрузились буквально на мгновение и тут же пропали. Не знаю, почему так. Может, телефон поймал интернет ненадолго, зафиксировал уведомления, а потом отключился из-за низкого заряда, – Альбедо разводит руками. – А я подумал, что ты решился поговорить, но потом передумал. И в целом передумал насчёт меня. Ещё и так холоден был при встрече, что я… да. Тоже отгородился.

Сяо не кидается обвинять Альбедо в глупых выводах. Не собирается насмехаться. Просто вновь улыбается – устало, но понимающе.

Сейчас в принципе всё отдаёт необходимым пониманием. Словно загадка наконец решилась, и идеально подходящие друг другу части паззла смогли состыковаться нужными сторонами.

– Ну пиздец… – слышится вдруг от входа на кухню, отчего они синхронно вздрагивают, отступая друг от друга на шаг. Возле холодильника обнаруживается Мона, вальяжно опирающаяся о него плечом. – Вот это страсти.

– Давно ты тут? – хмуро спрашивает Сяо, включив свой настороженно-недоверчивый режим.

– С момента, как Альбедо начал выяснять отношения с бутылкой воды, – тянет Мона. Хлопает пару раз глазами и поражённо вздыхает. – Не волнуйтесь, никому не скажу. Но вам стоит знать, что это было самое конченное выяснение отношений, что я когда-либо видела, – она подходит к чайнику и заливает кипяток в кружку с брошенным туда заварным пакетиком. – Мне кажется, я сама свихнулась, пока слушала. Святые Боги, пойду, наверное, карты разложу… Альбедо, поцелуй бутыль в знак примирения, что ли.

Она удаляется, но повисшая на кухне неловкость заметно притупляет ликование от воссоединения. Всё-таки стоило не на кухне устраивать такое, а то в офисе они не одни. Альбедо смотрит на Сяо, тот смущённо кашляет в кулак и тихо напоминает, что надо бы, наверное, пойти работать, а остальное потом обсудить.

И это правильно. Вот только.

– Подожди, – Альбедо ставит кружку на стол и аккуратно к Сяо приближается. Плавно и уверенно, как его попросили.

А затем аккуратно обхватывает ладонями за щёки – Сяо от этого никак не вздрагивает и не шарахается, что наверняка тоже свидетельствует о его немалом прогрессе в преодолении фобии – и мягко касается губами губ.

Невесомо и осторожно. Просто чтобы вспомнить, каково это.

– А вот теперь стоит правда пойти работать, мы тут что-то заболтались, – у Сяо после краткого поцелуя почему-то слегка поблёскивают влагой растерянные глаза. Будто бы мимолётной ласки совсем не ожидал, и она застала его врасплох. Хотя не будто бы – так и есть, Альбедо уверен. Он Сяо неплохо всё же изучил. – Вчера было что-то интересное? – уже на пути к кабинетам.

– Ну, стандартный понедельниковый хаос. А ещё приходила Нахида, наша начальница. Жаль, что разминулись, вы бы нашли общий язык.

– Почему?

– Любите сладкое, не особо умеете общаться с людьми, а ещё стратегически мыслите, заваливая всех в карты. Хотя, думаю, в случае Нахиды ещё сработало правило «новичкам везёт». Три раза из трёх вышла первой.

– Ну да, у меня с везением на карты проблемы, – Альбедо вздыхает, вспоминая, как в самые ответственные моменты выходил проигравшим. Однако в прошлую пятницу он выиграл благодаря этому разговор с Венти, так что невезение не перманентное, что радует.

– Альбедо? – уже на входе в свой кабинет приходится остановиться. Сяо мягко ловит Альбедо за локоть, а потом неуловимо и быстро тоже скрадывает поцелуй. – Я очень скучал. Не сбегай больше, ладно? Я ведь не монстр.

– Я и не считал тебя монстром. Никогда.

Сяо ласково улыбается напоследок, а потом идёт к себе. Вернее, почти бежит вприпрыжку – пару раз подскакивает на паркете длинного коридора, пока Альбедо смотрит ему вслед, и у него по внутренностям растекается так много тепла, что от него тянет замурлыкать.

– Вы всё? – Скарамучча тут же вскакивает с кружкой, когда Альбедо заходит в кабинет. – Кофе-кофе-кофе-кофе…

С полубезумным видом и бормотанием сумасшедшего он проносится мимо в сторону кухни, вынуждая озадаченно встать на месте.

– Мы пришли и хотели кофе налить, но нас Мона жестами и злыми взглядами выгнала прочь, – поясняет Кадзуха, тоже вставая со своего места с кружкой. Подходит к Альбедо и спрашивает, с тёплой ехидцой щуря свои выразительные глаза: – Наконец поговорили?

– Нас весь офис слышал, да?.. – Альбедо ломко улыбается, готовый к приливу неловкости и стыда за то, что его личная жизнь стала достоянием офиса. Но.

– Благодаря Моне – нет. Но ваши голоса были слышны, и стало ясно, что она так яро охраняет, – Кадзуха жестом заботливого старшего брата треплет Альбедо по голове. – Ты молодец, Альбедо. Горжусь. А теперь пойду за Скариком прослежу, чтобы не начал жрать сухие кофейные зёрна. Как наркоман, честное слово…

От похвалы на веках скапливается влага. Кадзуха уходит, в кабинете становится пусто – Венти со вчерашнего дня в отпуске, – а Альбедо стоит посреди него с кружкой в руках и огромным количеством тепла внутри. Комфортно, спокойно, ни капли не тревожно. Как же хорошо, что он не поступил на очное отделение, может остаться тут с…

Стоп.

Ещё ведь с матерью разбираться...