Однажды ночью

— Скажи здорово! — голос Николаса слышится слишком далеко и слишком близко одновременно, как будто пробивается сквозь толщу воды на глубине и оседает прямо в черепной коробке.

Айден не может точно сказать своё отношение к громкой музыке и бесконечному количеству тел вокруг него, но это точно не «здорово». Скорее, примитивное «громко» и «так себе». Но он знает, что вопрос Николаса риторический. Ему-то тут точно нравится.

По-хорошему, Айдену стоило сейчас быть дома, в снятой на время маленькой квартирке. Готовиться к завтрашним поездкам с Конрадом по городу, отдыхать после целого дня, проведенного за разговорами с новыми лицами, которые нужно было запомнить, спать, в конце концов. В общем, заниматься всем тем, чем должны заниматься обычные люди в суете обычных рабочих дней. Всем тем, за что Николас окрестил его домашним мальчиком и не отступается от этого прозвища до сих пор.

Заниматься чем угодно, но не пробираться сквозь пьяных фейри и уворачиваться от пристальных взглядов. Справедливости ради, других людей, кроме себя, Айден тут до сих пор не заметил, а значит, скорее всего, он и правда тут был один. Да и нечего им было делать на закрытой вечеринке какой-то колдуньи (ведьмы? волшебницы? Айден не знает, как правильно выразиться). Он и сам-то тут оказался по случайности. Высокой, говорливой и голодной.

Николас ввалился в его квартиру без предупреждения, с настойчивым стуком, пакетом каких-то вещей и маниакальным блеском в потускневших глазах. Его не смутили ни время, ни полусонный Айден, который одной ногой уже был в кровати. Он бегло осмотрел Айдена, сам себе кивнул и впихнул ему в руки пакет. Айден наощупь нырнул рукой внутрь и достал что-то подозрительно напоминающее майку. Или, скорее, тряпку. Что-то похожее на эту идиотскую майку в мелкую сетку, которая и сейчас была на Николасе, выглядывая из-под кожанки.

Поспешно вернув одежду в пакет, Айден чуть ли не силой усадил Николаса на диван и поплёлся на кухню ставить чайник, пока Николас не вывалил на него свои грандиозные планы на ночь. Ему нужен был кофе. Не для бодрствования, он продолжил бы зевать даже спустя две кружки, скорее для ощущения контроля хоть над чем-то. В его случае, над кружкой и фильтр-пакетиком.

Планы и правда были грандиозные. Пойти на вечеринку к какой-то колдунье-волшебнице-ведьме, потому что там будет один вампир, скрывающийся от каких-то других вампиров и толкающий запрещёнку на нейтральной территории, за которым Николас хочет проследить и выйти хотя бы по косвенным уликам на тех, кто похищает «грязных» вампиров и делает из их крови наркотик. Или что-то типа того. Айден слушал речь Николаса вполуха, медленно уничтожая кофе и норовя уснуть прямо на полу.

Зачем там нужен был Айден? Для подстраховки, конечно же! Вампиры любят поболтать после людской крови, но Николас заверил, что Айдену ничего не угрожает и никто на его кровь не покушается, так, просто приманкой посветит немного венами, а дальше дело за Николасом. На вопрос, когда сам Николас ел в последний раз, тот попытался соскочить, но от взгляда Айдена деваться было некуда. Поэтому сначала пришлось накормить одного вампира в добровольно-принудительном порядке.

Из короткой связи, пока Айден, поморщившись, крепко держал Николаса за затылок, не давая ему отстраниться слишком рано, выходило, что дело и правда было важное. И Николас не хочет идти на него один. То ли из опаски за свою жизнь, что вряд ли, то ли из желания приобщить Айдена, который благодаря нему уже и так влип в эту историю с похищениями по самые уши. Вид окровавленного рта Николаса и его сияющие после еды глаза уговаривали быстрее слов, подпитывая остаточными эмоциями от вмешательства в голову.

Справедливости ради, если бы Николас просто его предупредил, то Айден пошёл бы и без уговоров. Пусть он и зовёт его домашним мальчиком, просто сидеть на месте Айден не любил. Особенно, когда мог чем-то помочь.

Одежда, предоставленная Николасом, была странной и продиктованной дресс-кодом. Со слов Николаса. Айден же подозревает, что от дресс-кода там был только чёрный цвет, а не общее ощущение, что по дороге к дому Айдена Николас напал на бунтующего эмо-подростка или магазин рокеров. Но отпираться не стал, надел что дали, допил остаток кофе и завис с телефоном в руках. Конраду знать о его приключениях не нужно было, но и совсем оставлять его в неизвестности, если Айдена всё-таки сожрут, тоже не хотелось. Отписав короткое сообщение, что он сегодня снова помогает Николасу, телефон отправился в карман зауженных рваных джинс. В таком виде только по вампирским вечеринкам и шляться, ничего не скажешь. Может, если бы Николас притащил ему бутафорские клыки или заостренные уши, то он бы даже сошёл за представителя какой-нибудь нежити со своими синяками под глазами и бледной кожей.

Николас на это посмеялся, а потом почти силком вытолкал Айдена из квартиры, подгоняемый временем и собственной нервозностью. До вечеринки оставалось ещё около двух часов, но ему нужно было ещё куда-то заехать. Поэтому, как только Айден устроился на мотоцикле сзади и крепко вцепился в его торс пальцами, рванул по пустеющим дорогам.

Ветер бил в лицо, а тело Николаса было едва тёплым, даже после того, как он выпил крови Айдена. В совокупности со всей сумбурностью ситуации, это казалось больше сном, чем чем-то реальным. Но вот тряска была очень даже реалистичной, как и запах сожженного бензина. Как и ощущение напрягшихся мышц под пальцами.

Пока Айден ждал Николаса у какого-то ещё работающего офисного здания, привалившись спиной к заглушенному мотоциклу, он думал, как вообще так получилось, что он оказался в этой ситуации в целом. Это были приключения в духе бульварных романов или пьяных историй Конрада из студенчества, но никак не его собственные. Правда, долго об этом думать не получилось, потому что Николас выпорхнул из здания, помахивая чем-то в руке. Кожаным браслетом с защитными рунами, вышитыми серебряными нитками, как выяснилось через минуту. Что-то про членство и приглашение.

Мы же не хотим, чтобы тебя не пропустил барьер или хочешь стать фаршем? Вот и славно.

Магическое пространство пропустило транспорт Николаса без проблем. Магия пробежала по коже холодным ветерком и лёгким пощипыванием, а затем открылось и само место вечеринки. Со стороны оно выглядело как заброшенный склад около какой-то промзоны и только изнутри, пройдя магический барьер, становилось понятно, что это далеко не так. И украшения, и дорогая аппаратура, и наполненный бар — здесь было всё, что можно было представить, когда думаешь о вечеринке нежити, и открывалось быстро, как только спадали маскирующие чары, чтобы не званные гости просто прошли мимо. Не званными гостями, в основном, были люди и человеческая полиция, как подозревал Айден.

Мотоцикл остался вместе с другим транспортом, а к ним выпорхнула изящная брюнетка, давшая Николасу расцеловать себя в обе щёки. Тоже вся в чёрном, забитая магическими рунами на всех открытых участках кожи. На Айдена она посмотрела мельком, а потом, как в кино, медленно повернулась обратно:

— Ты притащил сюда Равенскорта?

— Я же сказал, что буду с другом!

— Айден, — Айден протянул девушке руку, которую та сначала смерила долгим взглядом, а затем, вздохнув, пожала.

— Я знаю кто ты. Николас о тебе не затыкается.

— Это великая Лидия Блэкторн, хозяйка и причина, почему мы сегодня тут, и обычно она более вежливая, — влез Николас, на что получил сноп красных искр в лицо.

— Я устраиваю такую рискованную облаву только один раз, Николас. Облажаешься — не жалуйся, — Лидия снова повернулась к Айдену и едва заметно улыбнулась. — Я рада всем гостям, даже людям, но надеюсь, ты понимаешь, что я не могу гарантировать тебе стопроцентную безопасность.

— Понимаю, — Айден скосил взгляд на надувшегося Николаса и вздохнул. Сам же знал, куда пришёл.

— Отлично. Не пей никакие красные напитки. Вообще. И не бери ведьмины шляпки, даже если их предложит Николас.

— Не буду я его стравливать, — вяло огрызнулся Николас, хватая Айдена под локоть и уверенно уводя от Лидии в сторону громкой музыки и толпы. — Мы тут не за этим.

Лидия в ответ только хмыкнула и испарилась в красной магической дымке.

И теперь, пробираясь в разгар вечеринки, Айден понимает её реальные масштабы. Это не один и даже не два зала, это целое здание, наполненное разной нежитью, алкоголем и музыкой, магией и благовониями. Предупреждение Лидии настойчиво зудит где-то под кожей вместе с вибрациями от колонок. Интересно, как понять, что напиток красный, если освещение делает всё здесь красным и фиолетовым?

— Какой план? — перекрикивая музыку, спрашивает Николаса Айден. Кажется, он только что чуть не наступил кому-то на хвост.

— Сначала покрутимся у бара, потом я пойду искать этого мудака-торгаша, — и вот опять голос Николаса звучит слишком близко и далеко одновременно. Айден морщится от того, что в него кто-то врезался, но ничего не говорит.

— А я куда денусь? — Николас цепкой хваткой протаскивает Айдена сквозь тела, и Айден чуть не врезается коленями в барные стулья, появившиеся как будто из ниоткуда.

— Будешь торчать у стены и делать домашку, — Николас ухмыляется и в красном свете видно, как у него блестят глаза. Аккуратные клыки становятся более заметными и задевают нижнюю губу. Укус на запястье ноет, скрытый под кожаным браслетом.

Николас похож на хищника, напавшего на след жертвы, и это сравнение не очень далеко от правды. Айден закатывает глаза на его показушничество.

— Смешно, — равнодушно отзывается Айден, пока Николас перегибается через стойку сделать заказ. — Ты говорил, я нужен как приманка.

— Всё правильно, — Николас опирается одной рукой на его плечо. — Никто к тебе не подойдет, пока рядом есть другой вампир, но как только я уйду, кто-то подтянется.

— И? Как мне понять, что это он? — Айден выгибает бровь. Перед ними ставят два стакана с плавающими ягодами клюквы, но сама жидкость белая, почти мутная. Николас берёт стакан, делает глоток и морщится. Айден думает, почему он просто не взял себе что-нибудь с кровью.

— Никак. Ты просто будешь ждать. Слух, что я пришёл с человеком, уже разошёлся, а когда я пойду на поиски, он довольно быстро выйдет на тебя сам. Попытается увести и ты пойдешь, если он пообещает что-нибудь интересное, а он пообещает. Я буду рядом.

Айден хмурится, размешивая трубочкой напиток и вгоняя ягоды в получившийся водоворот. На языке остаётся терпкий вкус текилы и какого-то кислого сиропа. Николас резко поворачивает его лицо за подбородок. Удлинившиеся ногти, больше напоминающие теперь когти, неосторожно давят на кожу, но Николас не извиняется, просто смотрит на Айдена и заставляет смотреть в ответ. Он наклоняется к уху Айдена, чтобы его голос звучал громче музыки, громче вообще всех звуков:

— Он не сможет использовать гипноз. Просто доверься мне.

— Просто дай какому-то вампиру попытаться меня сожрать, — бурчит Айден, но Николас его не отпускает. Убирает руку, но не отстраняется.

— Очень жестоко так открыто в меня не верить. Ты уже под моим гипнозом. Сомневаюсь, что у него магия будет сильнее моей. Не дёргайся, просто пей коктейль. И не оглядывайся.

Николас исчезает за его спиной, теряясь среди толпы, оставляя Айдена с бешено колотящимся сердцем у барной стойки. Ладони мгновенно потеют, даже несмотря на холод, который исходит от стакана. Бармен его игнорирует, занятый другими гостями. В заднем кармане джинс Айден ощущает очертания наручников. Наверняка серебряных. Наверняка заговоренных. Только что вложенных рукой Николаса, прежде чем тот исчез.

Айден прикрывает глаза на короткие несколько секунд, пытаясь придти в себя. Магия, значит. Гипноз, значит. Довериться, значит. Он уже доверяет достаточно, раз вытащился из постели и оказался в ночи посреди целой топлы нежити.

Интересно, осознаёт ли это Николас вообще или для него такое поведение в порядке вещей?

К ответу на этот вопрос Айден вернётся позже, когда останется один. А сейчас он тянет свой кисло-пряный коктейль, разгрызая замороженную клюкву. Когда он решает оглянуться, рядом с ним оказывается группка вампиров. Одна из девушек поднимает свой стакан с таким же белым мутным напитком и Айден салютует ей в ответ. Интересно, насколько видны для остальных вампиров те самые магические отпечатки Николаса на нём?

— Эй, — кто-то трогает его за плечо, заставляя обернуться. Это высокий парень в облегающей водолазке, закрывающей горло, кажется, рыжий. Айден не может понять точно из-за освещения. В его руках тоже есть напиток, но кроваво-красный, без украшений. Как будто просто томатный сок. — Ты тут один?

— Нет, — коротко отвечает Айден, дёрнув плечом. Незнакомец послушно убирает руку и показательно поднимает её, мол, понял.

— Ну да, логично. Что человеку делать в таком месте одному, — незнакомец протягивает ладонь для рукопожатия. — Винс.

Айден осекается. Пожимает руку, но своё имя решает оставить при себе. Николас что-то рассказывал про силу истинных имён, особенно человеческих.

— Нил.

— Супер, познакомились, — «Винс» оглядывается, а потом расплывается в елейной улыбке. — Слушай, а где тот, с кем ты пришёл? Я бы не стал оставлять такого симпатягу одного.

Айден молится всем известным ему богам, чтобы его лицо не выдало его реальное отношение к «симпатяге». Он потом спросит это с Николаса. До единой секунды этого дешевого фарса и унизительного позора. Клеить парней это не про него, теперь он в этом убедился на сто процентов. Он понимает, что дело не в его поле, а расе, и всё равно чувствует себя некомфортно. Но всё равно старается улыбнуться:

— Пошёл с друзьями поздороваться, — ложь легко срывается сама. Винс понимающе кивает. Делает глоток из бокала и оставляет его на стойку.

— Тогда, наверное, он не будет злиться, если я украду тебя на пару танцев? — голос Винса кажется ближе, но теперь Айден понимает, что это магия. Что-то похожее на то, как звучал Николас, но хуже, как будто с помехами на проводе. Так выглядит попытка наложить гипноз?

— Прости, но я не танцую, — Айден опирается бедром на стойку, делая показательный глоток из трубочки. Он чувствует, как учащается сердцебиение от внимательного взгляда. Он неприятный и изучающий, очень похож на то, как на него смотрели другие вампиры, но опаснее. Потому что вампир уже рядом. Уже проводит языком по клыкам.

— Тогда, может, что-то повеселее танцев? Думаю, я смогу придумать, чем развлечь человека, — Винс осторожно касается его стакана и медленно забирает его, опуская на стойку. Думает, что гипноз уже работает? Или просто до тупого прямолинейный?

«Николас рядом», напоминает себе Айден, когда, посмотрев на свой стакан, пожимает плечами и даёт взять себя за руку. Холодные пальцы оборачиваются прямо поверх защитного браслета.

«Николас сам решит, когда хватит», думает Айден, когда Винс начинает рассказывать вкрадчивым голосом прямо на ухо, как ему будет весело и хорошо. Интересно, понимает ли этот вампир, что за ним следят?

«Николас придурок», убеждается Айден, когда ему в руки вкладывают новый стакан, с прозрачным напитком и долькой лимона. Айден делает вид, что пьёт, пока вампир скользит когтями по оголённой коже предплечий. Он замечает вихрь светлых волос краем глаза и думает, что Николас мог ошибиться.

«Николас не ошибся», понимает Айден, когда прижимает вампира за холодное запястье к стене в одной из задних комнат. «Винс» ждёт, что Айден скажет заветные слова, разрешающие вампирам впиться клыками в плоть, а Айден рассматривает его лицо, абсолютно непримечательное. И рыжие волосы это наверняка парик или магия.

Больше тянуть нет смысла.

Николас кусает нежнее. Но ощущение лёгкой эйфории второй раз за вечер, ещё и приправленное алкоголем, заставляет мир перед глазами немного закружиться. Потерять контроль и ориентацию. Но с дезориентированным и действительно опьяненным вампиром Айден справляется и так. С силой пинает его в колени и, воспользовавшись чужой заминкой, валит вампира на пол. Наручники защёлкиваются ровно тогда, когда дверь со стуком ударяется о стену.

— Ты опоздал, — Айден не обвиняет, просто констатирует факт, пока Николас оттаскивает брыкающееся тело от него. Силы в нём явно побольше, но Николас не обращает внимание на ядовитые ругательства. Пихает ногой в тяжёлых ботинках его несколько раз и отшвыривает в сторону, оставляя вампира задыхаться. Опускается перед Айденом на колени и хватает тёплыми пальцами за лицо:

— Ты придурок, что ли? А если бы не успел? Я же говорил не давать себя кусать, — Николас хмурится, пальцами вытирает оставшиеся капли крови с его шеи. Айден морщится и пытается отпихнуть Николаса куда подальше.

— Два глотка меня не убьют, отстань, — Айден снова предпринимает попытку встать, но Николас наклоняется к его шее, проводя языком по свежему укусу. Мерзко, наверное, после другого вампира, но Айден чувствует, как ранки затягиваются, а кожа перестаёт саднить.

— Я думал ты в нашем дуэте отвечаешь за мозги, а ты вон, укусить себя дал, — ворчит Николас, но Айден не слышит в этом ворчании злости. Скорее, просто раздражение на самого себя. Видимо, убедившись, что Айден не истечет кровью, он, наконец, его отпускает и Айден поднимается с пола, оттряхивая джинсы.

Вампир в углу комнаты пытается вывернуться из наручников, но Николас пресекает его попытки новым ударом под дых. Смотреть на насилие у Айдена сил уже нет, поэтому он просто выходит из комнаты, оставляя Николаса добывать информацию. Ту самую, ради которой они вообще сюда пришли.

Айден на подкашивающихся ногах добирается до бара, просит воды и бармен ставит перед ним новый стакан. Стайка вампиров, которая была самого начала в углу, куда-то делась. К нему обращается девушка с лисьими ушами, спрашивает, всё ли с ним в порядке, но после слабого вранья, отстаёт. Надо бы домой.

Он теряет счёт времени, но когда рядом оказывается Лидия, Айден не очень удивлён.

— Николас, конечно, идиот, но я думала ты будешь смышленее, — она кивает на его шею, и Айден неосознанно тянется пальцами к месту зажившего укуса. Это несколько раздражает. Подумаешь, пару глоткой крови сделал.

— Я предпочту назвать это оправданным риском.

— Как хочешь, — Лидия пожимает плечами и кивает бармену за поставленный перед ней напиток. Что-то синее или чёрное. Идиотское освещение.

Айден думает, что их разговор закончен, и не пытается развязать его снова. Его привлекает шум с лестницы и они оба оборачиваются на начинающуюся потасовку. Вампиры и оборотни, даже фейри. Кто-то на кого-то рычит. Путаются тела и конечности. Николас, возглавляя этот хаос, спрыгивает прямо со второго этажа, заставив кого-то вскрикнуть от удивления. Лидия, чертыхаясь себе под нос, подрывается с места. Айден успевает только встать, когда Николас проносится мимо, хватая его за руку и утягивая в сторону улицы.

Сзади точно кто-то кричит его имя и это точно не Лидия.

— Что случилось? — на бегу спрашивает Айден, оглядываясь. Они сталкиваются с другой нежитью, но никто не пытается извиниться. Толпа помогает им скрыться и только когда они останавливаются около мотоцикла, Николас решает ответить:

— Он был не один, — он возится с мотоциклом, оглядываясь. Нарастающий адреналин заставляет Айдена нервно заозираться, но Николас толкает ему в руки шлем: — Потом, Айдз!

— А Лидия? — кажется, он только что слышал взрыв со стороны амбара. Николас отмахивается, запрыгивая на сиденье:

— Разберётся! Она знала о рисках!

— Блять, — искренне отвечает Айден, снова хватаясь за Николаса и прижимаясь к его телу.

Новый взрыв и крики за спиной так и просят его повернуться и посмотреть, но Николас зажимает газ, вырываясь сквозь магический барьер на ночную улицу. Ветер снова обжигает кожу, но стук сердца где-то в горле перебивает это ощущение.

Тело Николаса напряжено под его пальцами. Айден не видит его лица, но видит, как приподняты плечи и опущена голова. Николас не сводит взгляд с дороги, нарушая и пролетая на красный. Он него не пахнет потом и мускусом человеческого тела, от него пахнет кровью и кожей его куртки. Айден шумно втягивает воздух и фыркает от смеха. Нервная система уже сдалась.

Если за ними и была пародия на погоню, то они отстали ещё несколько улиц назад. И всё равно, Николас не едет домой ни к себе, ни к Айдену. Они останавливаются в каком-то переулке в нескольких кварталах от мечта происшествия и только после этого Айден даёт себе рассмеяться. До боли в животе и спёртого дыхания. Он утыкается лбом в чужое плечо и пытается переварить случившееся.

— Вот же херня, — подаёт голос Николас, обернувшись на Айдена, когда он немного успокаивается. — Ты как, живой?

— Живой, — Айден стягивает шлем и нервно фыркает. У него опять вспотели ладони.

— Ну и супер, — хмыкает Николас и тянется за телефоном. — Честно сказать, даже не знаю где мы. Просто гнал от них куда подальше.

Айден, почему-то, не удивлён.

— Хочу кофе и проспать ближайшие сутки, — Айден выхватывает телефон Николаса и вбивает адрес своей съёмной квартиры. Взгляд неволько цепляется за время. Супер, спать ему осталось всего пару часов. Можно уже и не ложиться, в общем-то. — Это хоть не зря всё было?

Судя по довольной улыбке, которую Николас даже не пытается скрыть, Айден понимает, что не зря. И что спать он сегодня точно уже не ляжет.

— Тебе понравится, — обещает Николас, заводя мотор снова.

О, Айден даже и не надеется на меньшее.