Одна ночь

Город медленно погружался в сумерки, уступая место тихой и спокойной ночи. Уличные фонари освещали мокрый асфальт, придавая позднему вечеру особую атмосферу. Сегодня и правда был особенный день. Воздух был наполнен сладким предвкушением.

Кашин с трепетом ждёт Руслана, чтобы отпраздновать их годовщину отношений. Он был уверен, что эту ночь они должны провести в особой романтике, отдаваясь своим чувствам по максимуму. Рыжий за эти годы привык ждать своего парня с поздней работы, но сегодня это даже было преимуществом для него. Он спокойно за это время приготовил всё к романтическому ужину, дабы провести время наедине в приятной атмосфере. В сердце Данилы живёт безграничная любовь, которую он всё время дарит Тушенцову. Он мечтает о совместном будущем, об их общем доме, о питомце. Он искренне верит, что их отношения идеальны. Так должно быть.

В уютную квартиру, освещенной мягким светом, возвращается Руслан. Тот натянуто улыбается, принимая подарки и поздравления. Выглядит устало и замкнуто. Даня же, успешно списывает это на усталость, поглощённый чувствами и планами на эту ночь. Из-за своей любви он был слеп, чтобы увидеть сигналы тревоги. Тушенцов лгал. Лгал Дане, лгал себе, все глубже увязая в этой паутине обмана.

– Спасибо большое, устал ужасно, – Руслан коротко обнимает своего парня, быстро отстраняясь. И нервно взгляд свой прячет.

– Тяжелый день был? Я ужин приготовил, твой любимый, будешь? – тот замечает напряжение, но не придает этому значения. Сейчас это было совсем не важно.

**

На столе мерцают свечи, отражаясь в бокалах с вином. Те обычно не любят выпивать, но сегодня особый случай для них двоих; как думал Данила. Вкусный ужин, приготовленный им, оставался практически нетронутым Русланом. Тот устало ковырялся в еде, изредка поднося вилку ко рту. И больше был потерян в своих мыслях, чем вслушивался в воодушевленные речи Кашина.

– И представляешь... Купим небольшой домик за городом, с прекрасным видом на природу... – тот делает глоток вина, а в глазах виден блеск. – Будем просыпаться под пение птиц. А, ещё обязательно заведем собаку! А по вечерам...

Его монолог прервался.

– Дань... Нам нужно поговорить, – Руслан говорит сдавленно и тихо, но достаточно, чтобы его собеседник услышал.

– О чем же? – рыжий наклоняется через стол в сторону парня. – О том как мы назовем собаку? Я уже придумал несколько вариантов, – и улыбается ярко. Так ярко, что сердце Тушенцова от этой улыбки сжалось.

– Нет! Не об этом. Хватит жить в мечтах.

Данила осекся, улыбка медленно начала сходить с его лица, а тревога внутри незаметно нарастает. Он подсознательно чувствует какой-то диссонанс, несоответствие между обычной реакцией Руса.

– Что... Что случилось? Я что-то не так сказал?

Руслан резко отодвинул тарелку, издав скрежет, разрезающий тишину комнаты.

– Блять! Всё не так... Это всё ложь, Даня, – его голос дрожит от напряжения.

– Что ты несёшь? – кажется, в глубине души Кашин всё осознавал. Всё хорошее имеет свой конец, но... Он не хотел именно такой концовки.

– Я больше не могу жить во лжи, – Тушенцов вскочил из-за стола, повысив голос, – я больше не люблю тебя! Больше нет "нас".

Слова ударили Данилу наотмашь. Звуки заглушались, краски поблекли, а перед ним было только лицо его парня. Как можно было сорваться на когда-то любимого человека? Неужели... Это и правда конец? Неужели это происходит на самом деле?

– Я... Не понимаю... – сквозь боль шепчет рыжий.

Все мечты и надежды рухнули в одночасье, оставив после себя пустоту.

– Не понимаешь? – Тушенцов нервно смеётся, бродя по кухне. – Ты никогда ничего не понимаешь! Блять. Это всё не то, – и останавливается напротив Кашина. – Ты виноват. Твои глупые мечты никому не нужны, кроме тебя.

Даня сглатывает ком в горле, опуская голову. Эти слова были добивающими. Это так больно, что даже слёзы не хотят идти. А во взгляде читались только непонимание и ужас. Все, во что он верил, оказывается ложью. Его мечты, его планы, его любовь – все разбивается вдребезги.

– Почему ты не сказал?... – голос Дани так же дрожит, но цепляется изо всех сил за последнюю ниточку надежды.

– Потому что встреча с тобой... – он начинает говорить, но осекается сглатывая. – Встреча с тобой – кошмар моей жизни.

После сказанного, Тушенцов опускается на пол, осознавая всё, что он только что наговорил. Закрывает лицо руками, а плечи его сотрясаются. Он скрывал это так долго, что запустил ситуацию до такого уровня. Это конец. Он мог быть совсем другой, если бы не ложь. Кошмаром стали его собственные чувства, его слабость, его неспособность справиться с ситуацией. Он запутался, потерялся, и теперь разрушает не только свою жизнь, но и жизнь человека, который искренне его любил... В глубине души Руслан понимает, что в этом виноват только он сам. За этими обвинениями скрывалась только его собственная слабость.

– Завтра заеду за своими вещами, – хрипло произносит тот, поднимаясь с пола. Тушенцов не смотрит на Даню, боясь увидеть в его глазах укор, или ещё хуже, – все ту же любовь.

Он уходит, оставляя Даню одного среди обломков их чувств и соколков разбитых мечтаний. Захлопнувшаяся дверь звучит как приговор.

Уходя прочь от дома, в голове крутились только слова Дани о совместном будущем, усиливающие его муки. Каждое слово – обвинение, каждое слово – напоминание о его трусости и предательстве. Внутренний конфликт разрывал на части, а любви, – способная уменьшить всю ту боль, – больше нет. Ночь была сегодня особенно холодной.