На Кинбурнской косе

(От специального корреспондента «Красного Флота»)

 За селом Прогнойск на берегу Днепро-Бугского лимана дороги и тропы уводят в безлюдный высокий камыш, и путь дальше на Кинбурнскую косу лежит через множество мелких озер, где летом оседает соль и рыбаки возами собирают обильный урожай этого дара природы. Мостки и переходы либо сгнили, либо уничтожены войной, озерцо за озерцом преодолеваешь в брод, путь тут тяжелый – пески да пески, и не только машине, даже фуре с парой добрых коней трудно проехать из села в село. Здесь больше ходят пешком, в поту покрывая за день двадцать – тридцать километров. Между селами пустынно, нет ни деревца, ни куста, только далеко убегающие линии телеграфных столбов одиноко торчат на поросших кураем песчаных дюнах – кучегурах.

С берега косы отлично виден Очаков и гранитный маяк на острове Первомайском у выхода из лимана в море. Там немцы. У них позиции выгоднее, остров каменной глыбой выступает из воды, господствуя над оконечностью Кинбурна, и каждый уголок на хуторах и косе просматривается врагом. Немцы бьют оттуда из орудий, из минометов, но лишь на лимане появится какая-либо вражеская посудина – начинают действовать наши морские батареи и разгорается артиллерийский бой.

В Покровских хуторах уже не встретишь ни одного жителя. Здесь все разорено. Меж развалин валяются румынские ножи и немецкие каски. Этот населенный пункт упоминался в декабрьском сообщении Информбюро. Вместе с Форштадтом на оконечности косы его вторично занимали немцы.

В боевом журнале минометной батареи Черноморского флота я нашел записи об этом десанте.

В ноябре наши войска вышли в эти края и заняли все южное побережье лимана. В Форштадт и Покровские хутора вернулись из камышей скрывавшиеся там от немцев рыбаки. По берегу расположились армейские посты.

В один из ноябрьских дней разведка, высланная на низменную песчаную стрелку, которой завершается коса, встретила там немецкий отряд и вступила с ним в бой. Спустя некоторое время немцы высадились в разных местах между Форштадтом и Покровскими хуторами.

В это время наша минометная батарея под командой моряка капитана Чернокнижникова продвигалась на позиции в район Покровских хуторов. На батарее еще ничего не знали о десанте.

В журнале боевых действий сказано, что ночью по дороге из Покровки на Покровские хутора батарейцы встретили толпу рыбаков. Люди бежали, объятые ужасом: в их хаты вновь ворвался немец. Они сообщили, что с трех барж высадилось до полка немецких солдат.

В ту же ночь моряки вступили в бой с десантом. Армейцев обрадовала эта неожиданная помощь. Моряки –минометчики лихо дрались, помогая частям Красной Армии теснить десант к лиману. Четвертый миномет под командой сержанта Михайлова в один огневой налет разбил пулеметную точку и уничтожил взвод пехоты.

Бои с десантом длились несколько дней. С воздуха армейским частям помогали морские летчики. Штурмовая эскадрилья капитана Костина расстреливала на песке Кинбурна вражескую пехоту, топила в лимане шлюпки, катера, штурмовала батареи в Очакове и на Первомайском. Наши летчики не давали противнику возможности подбрасывать подкрепления – во взаимодействии с артиллерией они уничтожили одну десантную баржу, доставившую на Кинбурн несколько сот немцев.

К утру 5 декабря десант был ликвидирован. Узкая полоса земли, омываемая морем и лиманом, была буквально завалена вражескими трупами – их насчитали больше пятисот. Наши части обошли противника, вместе с авиацией отрезали ему путь отхода, и больше семисот вражеских солдат во главе с немецким полковником было взято в плен.

На историческом месте, где дважды отражал вражеские десанты раненый здесь в бою Суворов,  наши воины выиграли важное сражение. Цена этой победы была вскоре познана на практике.

Еще пленный немецкий подполковник сообщил, что десанту ставилась задача сбросить наши войска с косы в море, занять здесь крепкую оборону и обеспечить таким образом немецким судам плавание в Днепро-Бугском лимане. Немцам этого сделать не удалось. Морские батареи заняли позиции вдоль побережья лимана и взяли под контроль выход из Херсона и Николаева. Уже в конце декабря тут разгорелся первый артиллерийский бой – наши батареи потопили шедшую из Николаева в Очаков баржу с ценным оборудованием и немецкий катер. Часть команды катера взята была в плен.

Я был на артиллерийской батарее старшего лейтенанта Горбенко. В развалинах прибрежного селения командир проводил учения. Слышны были лишь боевые команды и щелканье артиллерийских приборов – тихо было и на лимане и на берегу. Но час спустя, когда из Бугского устья показалась немецкая самоходная баржа, берег ожил. Наши орудия открыли огонь. Тут же из Очакова обрушились на батарею немецкие дальнобойные пушки – на узкой косе они, кажется не оставляли живого места. Но Горбенко огня не прекратил и баржу потопил.

У моряков-минометчиков, с боями прошедших по косе к своей нынешней позиции, я встретил старшего лейтенанта Ивана Акимовича Лизина – он заменил капитана Чернокнижникова, раненого в бою. Лизин воевал под Новороссийском, он командовал минометной батареей у дачи Шесхарик над Цемесской бухтой и держал под огнем восточный мол в порту. В Новороссийске находилась его мать. 16 сентября по минным полям он пробрался в родной город и в разбитом своем доме нашел лишь перевернутый станок швейной машины и разорванные фотокарточки; матери не было. Лизин написал карандашом на стене: «Мама, был дома, вас увидеть не мог. Не знаю, живы ли вы. Спешу дальше на Тамань». Теперь он под Очаковом, он пришел сюда с боями. И здесь доблестно воюет его батарея. Недавно минометчики потопили немецкий катер.

На все побережье прославилась батарея моряка старшего лейтенанта Анатолия Вязьметинова. На узкой полоске земли, постоянно заливаемые водой, под непрерывным немецким огнем, под бомбами самолетов батарейцы Вязьметинова ведут упорную борьбу с противником, топят на лимане его корабли.

Кинбурнская коса стала грозной для врага. Наши батареи все жестче сжимают ему горло в лимане, не дают ему хода из Николаева в море.

На днях здесь снова был жаркий бой, о котором сообщило в сводке Советское Информбюро. В девятом часу утра наблюдатели наших двух батарей обнаружили выходивший из устья Буга конвой противника в составе 17 судов Буга конвой противника в составе 17 судов. Немцы направлялись к Очакову.

Когда конвой вышел на траверз Аджигола, моряки открыли огонь. Первые же снаряды поразили немецкие буксиры. Тут же на наши батареи обрушились немцы с острова Первомайского и из Очакова. Завязалась артиллерийская дуэль. Моряки вели одновременно борьбу и с батареями противника и с его кораблями. Артиллерия потопила две баржи и подбила два буксира и катер. Вскоре на помощь артиллеристам пришла морская авиация. Наши летчики потопили одну быстроходно-десантную баржу, один сторожевой катер и три самоходных понтона, один буксир и один катер.

Дорого обошлась немцам попытка прорваться из Николаева к Очакову – они потеряли весь конвой, все семнадцать судов. Моряки неусыпно несут вахту на Кинбурне. Их взоры и сердце устремлены к Очакову и Одессе. Уже близок день когда мы будем на том берегу.

 Капитан В. РУДНЫЙ

Кинбурнская коса. 20 марта 1944 год. (По телеграфу).

Газета "Красный флот", 1944, № 68 (1635), 21 марта21.03.1944

В Начало

Находки из оцифрованных фондов Библиотеки им. Н.А. Некрасова

Подготовил Марченко И.В.