1833 год. Письма о промыслах Кинбурна в “Коммерческую Газету”

Мир старинных промыслов и ремесел неизбежно удаляется от современного человека. Одни не дошли до наших времен, другие получили новое рождение, третьи и вовсе сгинули. Это живая история. Сегодня погрузиться в прошлое нам помогут выпуски “Коммерческой газеты” 1833 года, где и были опубликованы письма, написанные из губернского города Симферополя в “Коммерческую газету”, издававшуюся в ту пору три раза в неделю, о промыслах в малозаселенном уголке Таврической губернии, окрестностях Кинбурна. Первое из писем, написанных 185 лет назад о сельдяных промыслах, сопровождалось следующим комментарием редакции.

“Особа, сообщившая Редакции сию любопытную статью, конечно не оставит и впредь распространять через Коммерческую газету сведения о разных отраслях промышленности южной России, из коих некоторые, к сожалению, остаются еще не только в небрежении от жителей, но и в совершенной неизвестности для отечественной публики”.

О Кинбурнских и Тендровских сельдяных промыслах.

Остров Тендра известен уже ученым в археологическом отношении, а Кинбурнская коса кому из Русских не памятна, по славе победы, одержанной героем Суворовым? В наш промышленный век, любопытно взглянуть на сии места с другой точки зрения. Не многие, конечно, знают хорошо морскую рыбную ловлю, производимую по берегам Черного моря, между Кинбурном и островом Тендра включительно. Здесь ловятся сельдь, кефаль скумбрия (макрель). Для ловли сельдей устраиваются особые заводы, которых теперь считается 18. На каждом заводе бывает улова в лучшие годы до 280 т.; иногда же налавливается не более 50 т. Вообще замечают, что три года бывают хорошие, а четвертый неудачный, в который часто продажа не выручает всех издержек. В 1832 году лов простирался до 2,560 т. или 2.560,000 сельдей. Если в сем числе считать половину раннего лова по средней цене 12 руб. за тысячу, а половину позднего лова также по средней цене 55 руб. за тысячу, то общей выручки будет 60,160 руб. Но позднейший лов обыкновенно бывает изобильнее и безошибочно можно полагать, что большая часть сельдей продана по цене не ниже 55 руб.; почему выручка оценивается круглым числом в 100,000 р. Значительнейшее количество сельдей сбывается в Очакове, куда для закупки оных приезжают Еврейские комиссионеры из западных губерний. Каждому из заводчиков первоначальное обзаведение, т. е. постройка завода рыболовных снастей, лодок, посуды и пр. может стоить 1,250 р. Впоследствии, годовые издержки с рабочими не превышают 2,140 руб. Убыток в неудачные годы доходит до 750 р., а высшая чистая прибыль в хорошее время простирается на 4,440 руб. Ловля и соление сельдей далеко не достигли той степени, до которой должны быть доведены. С мая и до половины октября, сельдь постоянно находится у берегов, и не смотря на то, что лучшая, как по величине, так и качеству жира, ловится только с половины августа, заводчики производят лов оной с самого появления. Сей обычай сопряжен с явною невыгодою, ибо уменьшая число лучшего качества сельдей, которое могло бы быть уловлено с того времени, как они жиреют, т. е. с половины августа, убавляет количество самого дохода. Сельдь, ловимая до половины августа, столь худа и невкусна, что посоленная впрок, продается нс дороже 10 и 15 руб., тогда как ловимая с половины августа до половины октября, покупается охотно по 30 и 40 руб. тысяча. Причина обыкновения производить ловлю беспрерывно, очевидна. Заводчик, слепив курень, как называют здесь заводы, имея невод, две лодки и содержа до 13 работников, не рискует выждать время и, усилив потом производство ловли, заняться оною в лучшие только месяцы Он довольствуется тем, что хотя небольшими частями, но немедленно выручает свои издержки, не рассчитывая, что сим способом теряет в общей массе и на количестве прибыли и на качестве. Это обыкновенно служит доказательством того состояния промыслов, когда по недостатку предприимчивости, расчеты промышленника касаются только количества, а не качества. С другой стороны сельдяной промысел немало теряет от незнания нами Голландского способа солить сельдей, хотя ничего не достает к тому, чтобы ввести оный в употребление. Наши Черноморские сельди, по качеству, не уступают Голландским, так отзываются о них знатоки-иностранцы, и это весьма замечательно; а отличная доброта Красноозерской соли, одного из Перекопских озер, признана на опыте. Теперь солят сельди без всякого разбора, от чего они скоро портятся.(1)

Ловля кефали и скумбрии не столь замечательна и производится не в таком виде, как сельдяная. В одном только заводе на мысу при Ягорлыцком заливе, лов кефали простирается до 300 т. рыбы. Между косою Джарылгач и островом Тендра у самого берега есть небольшое озеро, наполняющееся во время волнения морскою водою, куда кефаль заходит во множестве так, что в сем одном месте налавливается обыкновенно в октябре до 160 т. рыб. Оную, подобно сельдям и скумбрии, солят и продают от 20 до 25 р. тысячу. Известно, что в Архипелаге, приготовляют особенного рода кефальную икру, которая весьма хорошо и по высокой цене расходится в обеих столицах наших. Из Тендровской кефали еще никто не пытался отделять икру. В Крыму Евпаторийские и Балаклавские греки знают способ приготовлять оную, но занимаются приготовлением в небольшом количестве, или по заказу. На рыбных заводах в 70 верстах от Евпатории к Тарханкуту, оная продавалась по 15 руб. (три фунта); теперь выпрашивают до 60 р.

Соображая пользу, какую получают теперь промышленники и те большие выгоды, каких должно ожидать, производя промысел в обширном виде, нельзя полагать, чтобы здешняя морская ловля не могла сделаться весьма значительной. В настоящем положении есть местные причины, по которым распространение оных, не может иметь большого успеха. Это во-первых недостаток народонаселения и во-вторых состояние берегов в карантинном наблюдении. Карантинные предосторожности сами по себе не составляют препятствия, но вот в чем может быть затруднение к производству промысла со значительной выгодой. Промышленники не могут для ловли удаляться от берегов. Они должны всегда находиться в виду кордонной стражи и для сего производить ловлю в тихую погоду; между тем известно, что значительнейшая, капитальная морская ловля производится на большом расстоянии от берегов в открытом море и часто в бурную погоду. Укажем, например, Марсель во Франции, где для рыбных промыслов строятся особые баркасы, и рыболовы отправляются далеко в море, при карантинных гвардионах. Уверяют, что некоторые из промышленников в Одессе, решились было построить такие баркасы, но отложили сие предприятие потому только, что нет дозволения производить ловлю в открытом море, при гвардионах. Доставление рыболовам возможности получать сию оберегательную стражу, в больших портах, как то: Одессе и Феодосии, вероятно, имело бы последствия благоприятные для промышленности.

Иван Андриевский.

Симферополь,

31 Июля 1853.

(прим. Ред. Коммерческой газеты)И здесь нельзя отдать полной справедливости неусыпным попечениям Г. Министра Финансов, к побуждению деятельности по всем отраслям отечественной промышленности. По ходатайству Его Сиятельства, выписан из-за границы и прислан в распоряжение Г. Новороссийского и Бессарабского Генерал-Губернатора, Голландский мастер Г. Вей, для указания промышленникам способа ловли и соления сельдей. Весьма любопытно будет узнать результат опытов соления, произведенных им уже в сем году в городе Измаил. По словам этого знатока-иностранца, наши Черноморские сельди не уступают Голландским. Утешительно думать, что главное местное начальство не упустит из виду доставить возможность позаимствоваться искусством Г. Вея, и промышленникам нашего края.

Приободренный комментарием редакции “Коммерческой Газеты” перед письмом и, справедливо полагая, что, по всей видимости, оно было не единственным, поиск был продолжен и вознагражден еще одним познавательным материалом. А по сему продолжим повествование.

Редакция Коммерческой Газеты получила сию статью при следующем письме:

„Желая дополнить сообщенные редакции сведения, собранные мною на месте о промыслах жителей малопосещаемого уголка нашей Губернии (окрестностей Кинбурна), имею честь препроводить к посланному описанию Кинбурнских и Тендровскпх сельдяных промыслов еще небольшую статью о торговле лебедиными перьями. Может быть, она также найдет место в листках “Коммерческой газеты”, как отрывок из местных наблюдений о промышленности края.

Симферополь, И. Андреевский 23 Октября 1833

Редакция приятным долгом поставляет себе изъявить господину Андреевскому благодарность за сообщаемые им любопытные сведения.

О торговле лебедиными перьями. (В Таврической Губернии.)

Берега Черного моря, начиная от Кинбурна, имеют обширные заливы и многие озера, по малонаселенности окрестной страны, редко посещаемые. В сих местах, на отдаленных песчаных косах выводятся лебеди. В известное время года, что бывает в августе, сии водяные обитатели, собираясь большими стаями, разгуливают по заливам и озерам и нередко во множестве появляются на водах Днепровского лимана. Нельзя вдоволь налюбоваться зрелищем, когда в лунную ночь, свет луны отражается то на зеркале вод, то на блестящей белизне сих движущихся масс, покрывающих все пространство вод, сколько можно окинуть взором. Путешественник-поэт, конечно, не заснет в такую ночь, желая прислушаться к говору или песне лебедя, столь таинственной по преданиям мифологии; но и промышленник не дремлет. Он собирается в дорогу, ибо знает, что в это время лебеди линяют и что за шумным весельем сих гостей последует богатый сбор роняемых перьев, прибиваемых волнами моря к берегам. По самому числу птиц можно уже судить о множестве роняемых перьев, коими бывают усеяны все песчаные отмели. Собиранием занимаются живущие на кордонах казаки и крестьяне немногих селений. Промышленники из Херсона и Очакова являются на местах и непрерывно закупают собранные перья, имея в виду верную выручку. Было время, что тысяча перьев платилась по 40 рублей; обыкновенная цена за тысячу 15 рублей. Сколько известно, множество лебедей выводится также по восточную сторону Крымского полуострова в пустынных разливах Гнилого моря (Сиваша) и по берегам Азовского к Мариуполю. Весьма замечательно, что все количество собираемых перьев отправляется за границу и не в ближайших портах, а через Ригу. Но таково свойство коммерции. Она имеет свои непреложные пути. Не смотря ни на дальность расстояния, ни на круговую дорогу, наши лебединые перья составляя статью нужную для иностранцев, идут в коммерческий оборот по направлению, какое дает сим совмещение требований. Англичане выписывают их и, по уверению знающих людей, употребляют на фабриках, заменяя оными тростник в снарядах ткацких станков. В последнее время требования на сей материал уменьшились по неизвестной причине. В наших мануфактурных городах, где уже столько приготовляется усовершенствованных машин, может быть, равномерно явится потребность в этом материале, если употребление и направление сбыта оного сделаются более известными.

Подготовил Марченко И.В.

В начало.