Объявление Всемилостивейшего Манифеста в местечке Варваровке, одесского уезда.

По пословице: лучше поздно, чем никогда, священник местечка Варваровки, одесского уезда, Иоанн Федорович сообщил редакции следующее известие: «Всемилостивейший Манифест о даровании крепостным людям прав свободных сельских обывателей получен

в Варваровке 20 Марта и обнародован 23-го. Рабочее время много отвлекло жителей по хозяйственным нуждам, и при обнародовании Манифеста не все были в церкви, а только те, которые оставались по домам или говели...

Вечером того же 23-го марта несколько хозяев пришли ко мне в квартиру и просили прочитать им Манифест снова в праздник Благовещения.

 25-го Марта все жители варваровские и из хуторов, по звону колокола, собрались в церковь; только дети да больные остались дома. Церковь буквально была битком набита молящимися. По окончании литургии, я приветствовал предстоявших во храме словами сугубой радости... Отслужив благодарственное Господу Богу молебствие о здравии и благоденствии Августейшего Виновника народного торжества, и всей царственной семьи Его, пред возглашением многолетия, я подвинул общее внимание молящихся к слушанию Манифеста...

При чтении Манифеста, тишина была необычайная, при таком стечении народа. Боязнь проронить хоть одно слово из читанного все чувства слушателей превратила в один напряженный слух. Но когда я дошел  до заключительных слов Манифеста: «осени себя крестным знамением, православный народ, и призови с Нами благословение Божие на твой свободный труд, залог твоего домашнего благополучия и блага общественного», — не умею

передать... Персты невольно сложились в крест, и, с движением крестного осенения, прорвались сдержанные чувства и полились слезы, те отрадные слезы, которые живят и самое черствое сердце. Не стыжусь слез моих: и я многогрешный плакал, — а о чем? — не знаю, — от умиления. Как провозглашал я многолетие, что делали предстоявшие, — не знаю, не видел ...

После молебствия старики-хозяева задумали сделать складчину, и порешили: в благодарность Господу Богу за все благодеяния вообще и, в особенности, за мысль, которую вложил Господь в сердце Помазанника Своего Царя Православного, о даровании крепостным людям прав свободы, заняться исправлением приходской церкви, — а мне поручили быть двигателем их усердия. Железная крыша приходской моей церкви, благодаря усердных моих прихожан, уже починена и выкрашена; а с 1 августа начнется переделка полов, на что я уже испросил разрешение епархиального начальства. Эти починки обойдутся обществу не менее 400 рублей серебром — и если взять во внимание, что приход мой состоит менее чем из 100 дворов крестьян, — то жертва эта будет не менее как и две лепты вдовицы евангельской(1). Но это еще не все: с возблагодарением Господу, у некоторых родилась мысль поблагодарить и Отца Государя за Его милости. Вот идут ко мне за советом. «Чим бы нам, пан - отче, будьте ласковы — скажите, поблагодарить Царя за Его ласку и милости»? Совет мой был таков: что для любящего сердца ОТЦА-ГОСУДАРЯ, кроме усердной за Него молитвы, лучшей благодарности и быть не может, как свято исполнять Его закон и волю. Если для собственного же счастия, — сказал я им, — вы сумеете воспользоваться правами дарованной свободы: то не только отблагодарите, но и порадуете чадолюбивого Монарха. «Ни, батюшка, отозвались некоторые, знаете — що мы хочемо зробыти? Пошиймо мы хороши ризы для службы Божой в Царски дни и на свий храм. Нехай и дити и внуки будут знать, шо се зробили мы за волю нашу; нехай и воны знают и молятся за Царя Александра, за всю семью Его и за добрых панив наших». — Мне осталось только благословить желание их, — и вот уже начались приношения на сооружение риз.

После всего этого нужно ли говорить, что отношения крестьян к владельцам (графам Ламбертам) не изменились, и новый порядок принят с любовию и усердием? Мне, недостойному пастырю, досталась завидная доля свидетельствовать пред обществом о похвальных действиях моих детей прихожан. Прибавлю еще, что, с сознанием своих прав, своей свободы, у них проснулось и сознание о необходимости учиться, и некоторые отцы-крестьяне изъявили желание учить грамоте детей своих. Если Господь благословит, с окончанием полевых работ, постараюсь при приходской моей церкви завести школу для обучения крестьянских детей грамоте.

ПРИБАВЛЕНИЯ к ХЕРСОНСКИМ ЕПАРХІАЛЬНЫМ ВЕДОМОСТЯМ.

ЧАСТЬ III. 1861 год.

1. Лепта вдовицы — выражение, означающее: жертва количественно малая, но большая по своей духовной (внутренней) ценности. Возникло из Библии: в рассказе о пожертвованиях в сокровищницу Иерусалимского храма щедрые взносы богатых, жертвовавших от избытка, противопоставлены скромному приношению бедной вдовы, пожертвовавшей всё, что она имела — две лепты.

В начало.

Подготовил Марченко И.В.