Об абсентеизме

Демократия и коммунизм

В "18 брюмера Луи Бонапарта" Маркс описал противоречие демократических законов - провозглашение свободы и ее упразднение. В "К еврейскому вопросу" он провел линию от христианства к демократии, называя дух гражданского общества чисто религиозным, соответствующим отрыву и отдалению человека от человека. Равенство никогда не было полноценной действительностью ("В первобытных общинах равенства не существовало" Анти-Дюринг), за каждым провозглашенным политическим\правовым равенством стоит неравенство, отчуждение и собственность. Современные идеи о равенстве берут начало в равенстве всеобщего труда в товарном производстве, о чем вспоминает Энгельс, ссылаясь на Капитал и Черновики. Логично, что товарный фетишизм образовал демократический, гражданский фетишизм или "культ народа" (Классовая борьба во Франции), мистическое представление о равных и одинаковых citoyens. И если демократия имеет исторический смысл, то не как цель, а только как средство, которым в критический миг не побрезгуют воспользоваться наши классовые противники. Список антидемократических положений партии Маркса и Энгельса можно продолжать еще долго, ясен исходный пункт демократической мистификации - это место, где расходится идея и действительность, форма и содержание, количество и качество.

Абсентеизм

Если взглянуть на результаты выборов социологически, то они могут показать несколько искаженные данные о политических предпочтениях общественных групп, ранжированных по классу, возрасту, наличию образования и т.д. И невозможно игнорировать, что в странах старой демократии численная победа партии абсентеизма - уже не редкость. Например, издание "Новый Прометей" говорит, что в победе Трампа виноват кто угодно, но не рабочие, широкой массой выборы проигнорировавшие(1 и 2). Разумеется, популярность идеи не-участия или несознательного подобного поведения зависит от конкретных условий (смена поколений, безработица, стабильность и эффективность государства и завершение политического цикла), и некоторые нестрогие зависимости возможно представить только грубо и схематически:

- чем больше страт рабочего класса исключен из большой экономики, лишен образования и перебивается временными заработками, тем меньше вероятность его присутствия на выборах;

-чем дольше продолжается парламентский застой на фоне экономического упадка, тем меньше желание голосовать у молодежи, впервые наделенной правом голоса;

Явка избирателей Японии по возрастным группам на всеобщих выборах 2012 года (The Association for Promoting Fair Elections):

Явка по возрастным группам в США на выборах 1984-2016 (http://www.electproject.org/home/voter-turnout/demographics):

-снижение явки от городского абсентеизмачастично может восполнить деревенская явка (и, нередко, ее консервативный или националистический выбор).

Российская история нулевых-десятых представляет собой сочетание относительной институциональной деградации (нарушения, недопуск кандидатов и т.д.) и классовой практичности демократии (связка гражданского общества). Поэтому многие представители разных слоев населения (от рабочей аристократии и буржуазии до маргиналов) сейчас готовы поддерживать государство вне зависимости от количества вбросов на выборах, хотя эта группа не столь многочисленна, какой ее малюют. Другой особенностью российских выборов является ожидаемая региональная дифференциация в контексте отношений центра и периферии, титульной и малых наций (индустриализация и урбанизация малых народов, запрет на обязательное преподавание местных языков и т.д.).

Кризис 2008 подорвал доверие к высшей форме буржуазного государства, что политологи задумываются об отмирании демократии. И если так оно и есть, то предоставьте мертвым погребать своих мертвецов. Старые мифы должны умереть.