ОБЗОР НА РОТАЦИЮ В HADASSAH MEDICAL MOSCOW: опыт резидента Высшей школы онкологии
HSO talks
Кто я?
Первое впечатление
Hadassah — это место, где соединились современная медицина, высокие стандарты командной работы и искренний, заботливый подход к пациенту.
Клиника поразила продуманным внутренним пространством: в ней сочетаются атмосфера современного медицинского центра и уютная среда — здесь хочется лечить и учиться.
Это многопрофильное учреждение с сильной онкологической составляющей, но без традиционного деления на отделения по локализациям опухолей. Есть госпиталь с круглосуточным отделением и дневным стационаром, отделения лучевой терапии, ядерной медицины, патоморфологическая лаборатория и даже собственный отдел клинических исследований.
Как проходил мой день?
Стажировка началась в дневном стационаре химиотерапии, где моим куратором стал Левани Гвелесиани — один из самых вдохновляющих молодых онкологов, которых я встречал. Он, как и весь коллектив отделения, — пример того, как работает современная медицинская команда: слаженно, продуманно и по-настоящему вовлечённо.
Утро начиналось с планёрки, где обсуждали прошедшие дежурства, запланированные операции, интересные клинические случаи. Затем — работа в отделении: проведение инфузий, беседы с пациентами, оценка эффективности терапии. С Левани мы постоянно разбирали всё, с чем сталкивались, — каждая ситуация становилась учебной.
Обязательная часть дня — онкологический консилиум. Каждый день — 10-20 клинических кейсов. В обсуждении участвуют клинические онкологи, радиотерапевты, хирурги, морфологи, генетики и врачи смежных специальностей. Именно здесь проявляется весь смысл мультидисциплинарного подхода: от обсуждения таргетной терапии до сложных хирургических решений.
Что особенно запомнилось?
* Современная терапия — в Hadassah реально работать с препаратами, которые не зарегистрированы в РФ. Мне довелось провести терапию золбетуксимабом при CLDN18.2-позитивном раке желудка и увидеть, как проводят радиотерапию Lu177-PSMA.
* Клинические исследования — врачи вовлечены в подбор и сопровождение лечения в рамках протоколов КИ.
* Операции — я не только наблюдал, но и немного участвовал: циторедуктивные операции с HIPEC, гемигепатэктомии, мастэктомии, ТУРы. Поток не такой, как в федеральных центрах, но интересные случаи есть всегда.
* Патоморфология — наблюдал весь путь препарата от поступления материала до готового стекла. Много обсуждали с морфологами особенности диагностики, отчётности, и то, как наладить общение между клиницистом и лабораторией.
* Ядерная медицина — посмотрел на ПЭТ/КТ с различными трейсерами, в том числе с активно исследуемым FAPI и на терапию лютецием. Всё это — не абстрактные слайды с конгресса, а настоящая практика, доступная пациентам в Hadassah.
* Команда — в каждом отделении врачи искренне делятся знаниями, помогают вникнуть в нюансы и открыты к диалогу. Это особенно ценно.
Минусы?
Разве что один: поток пациентов ниже, чем в федеральных центрах. Но зато есть время подумать, обсудить, разобраться. Не просто «увидел редкий случай» — ты реально в него погружаешься, ищешь оптимальное решение.
Вывод
Я уехал оттуда с огромным воодушевлением, новыми знаниями и уверенностью, что всё в профессии только начинается.