ОБРАЩЕНИЕ

Мы, жёны, матери, сёстры которых объединило общее горе. Наши родные сыновья, мужья, братья служили в 57 полку в/ч 31832 г. Волгоград.

Мы хотим рассказать правду, про которую все молчат. Наши бойцы честно, не уклоняясь и не юля, подписывали контракт, шли защищать Родину, но как оказалось, они были брошены собственными командирами.

Здесь женщины все со статусом бойца БВП практически с одними и теми же датами боевого задания и датами пропажи, одно направление и практически одни и те же н.п.

Наше обращение нацелено на Верховного главнокомандующего (президента). Мы просим нас услышать и помочь.

Пропавших бойцов намного больше, мы нашли тех, с кем у нас общие фотографии и видео, знаем позывные, родные наши общались между собой перед боевыми заданиями. У нас одни и те же позывные, которых мы знаем только по позывным: «Храм», «Лодочник», «Приз» и т.д., которые ничего не говорят, мы писали в военную полицию, в военный следственный комитет, так же мы обращались напрямую в воинскую часть, где нам даже внятно не могут подтвердить или опровергнуть статус бойца, мы выпрашиваем необходимые документы, извещения о статусе. Но самое главное, что наших ребят не ищут, не эвакуируют раненых.

Мы нашли ребят, которые уходили с нашими бойцами, они все раненые, они же и начали нам рассказывать, но только про себя, ребята запуганы смертью, за любую информацию.

Мы узнали, что заходя на задания, на наших ребят направляют кучу дронов, те, кого ранило в самом начале боевого задания, выползали сами, эвакуации нет, те, кто был смертельно ранен, остаются лежать там, а те, кто продвинулся дальше, почему-то сразу пропадают. Команды идут в слепую, без всякой поддержки, командование их бросает и ждёт, когда выйдут сами с боевого задания.

Так же мы нашли родных бойца, который был пропавшим.

Парень пропал на бз, но жене раздался звонок, где она услышала голос мужа, он сообщил, что живой, его ранило, перебило ноги и спину, лежал в поле, шла группа из другой в/ч, нашли его, но забрать не смогли, отнесли в место, где можно спрятаться, и дали позвонить. Он сообщил жене и командирам, что живой, командование начало с коптера сбрасывать воду и еду только через 3 дня, эвакуировать его никто не пытался. Боец жил на обезболивающих, которые у него были. Через неделю, не дождавшись эвакуации, боец выполз сам. Ребятам хочется жить.

Все эти ситуации подтверждают наши слова и догадки: командиры бросают группы, говоря нам о том, что эвакуация пока невозможна, т.к. противник очень активен и дроны начинают лететь, не давая ребятам шагу ступить.

Очень много разговоров про то, что война сейчас идёт «терминаторов», так зачем же вы отправляете ребят без поддержки? Почему эвакуация опасна и вы не хотите рисковать, но продолжаете отправлять группы ребят, жертвовать своими бойцами и нашими родными.

Все эти вопросы мы задавали и задаём нашим замполитам, но в ответ — тишина. Мы не знаем, что происходит с нашими родными сейчас, но с каждым днём надежды угасают. У нас крик души от беспомощности, мы не знаем, что будет завтра, мы все сдали ДНК, заполнили карты на розыск, но наших родных никто не ищет. Мы в отчаянии.

Нас 20 женщин, которых объединило одно большое горе. Мы с разных областей нашей великой и могучей страны, мы никогда не были знакомы друг с другом и скорее всего мы не увидимся вживую никогда, но сейчас нас объединяет одно желание — найти своих родных.

Надеться на наших командиров мы не можем, мы стучим во все двери, мы просим каждого, кто может нам хоть как-то помочь. Среди наших ребят есть многодетные отцы, у которых по четверо несовершеннолетних детей; есть парень-инвалид, которого обманным путём уговорили подписать контракт; есть прапорщик, который с самого начала служил в этой части; также есть совсем молодой мальчишка, которого стал не нужным своему командиру и он отправил его в штурм.

Также мы знаем про беспредел, который творится не в самой части, а на её дислокации в ДНР. Как выше было сказано, бойцов запугивают штурмом в тот населённый пункт, из которого не выйдут точно, либо обнулят свои же командиры. В 57 полку ведутся поборы, материального обеспечения бойцов нет, начиная от продуктов питания до маскировочного обмундирования. Наши ребята приобретают сами. Чтобы выйти из расположения части, купить что-то, командиру нужно заплатить 15.000 руб. Помощь, которая доставляется бойцам, продаётся командирами. Личные вещи (особенно телефоны), которые боец оставляет на хранение командиру перед БЗ, пропавших и погибших бойцов не возвращаются родным. Если боец втихую не сообщит родным позывной, с кем уходит на БЗ, когда уходит, ещё какую-нибудь информацию, то в дальнейшем родные даже не могут собрать информацию для поиска своего бойца, про которую говорит МО, а именно позывные сослуживцев, номера телефонов, какие-то свидетельские показания. Мы не можем опереться ни на чьи слова, потому что мы подставим ребят, у них тоже семьи и их тоже ждут.

Получается, что сейчас нет человечности? Куда она делась?

Разве это нормально, когда мать, жена, сестра сходят с ума, ведя поиски сына, мужа, брата? Каждый день в своём сердце они то хоронят его, то воскрешают.

За всё время поисков мы столько наслушались, что сейчас умоляем только об одном — помочь нам найти наших родных и близких людей.

Список некоторых пропавших (продолжаем собирать):

• Монгол — вышел 07.03.2026, пропал 11.03.2026
• Скорпион — 11.03.2026 / 21.04.2026
• Ключник — 11.03.2026 / 17.04.2026
• Саныч — 11.03.2026 / 21.03.2026
• Клим — 12.03.2026 / 14.04.2026
• Орк — 13.03.2026 / 23.03.2026
• Кожуха — 23.03.2026 / 13.03.2026
• Вольник — 23.03.2026 / 02.04.2026
• Мельник — 04.04.2026 / 16.04.2026
• Тасей — 11.04.2026 / 15.04.2026
• Новик — 15.04.2026 / 17.04.2026
• Колпак — / 19.04.2026
• Суета (Вячеслав) — / 15.04.2026