О прогрессивной социальной роли Инопланетян

Летом 1952 года американский авиаинженер итальянского происхождения Ангелуччи Орфео возвращался на машине с завода Боинг в городке Бербанк, штат Калифорния. Пересекая мост над рекой Лос-Анджелес, Ангелуччи заметил сгусток энергии, преследовавший  его. Тот поменял траекторию движения и появился впереди машины – Орфео был вынужден сбросить скорость вплоть до полной остановки. Из синего шара появились два зеленых световых сгустка поменьше. Затем они соединились и трансформировались в голографическую проекцию – на ней Ангелуччи увидел двух ангельски прекрасных существ, напоминавших человеческих мужчину и женщину. Они представились экстратеррестриальными формами жизни и попросили Орфео донести до остальных землян, что они наблюдают за нашей планетой с мирными намерениями, видят каждого человека как брата и сестру по разуму и надеются, что мы сможем преодолеть наши “боли взросления”.

Мы живем во времена возрождения интереса к тематике инопланетян в массовой культуре, политике и сознании людей вообще. Согласно данным соцопросов YouGov, более половины американцев считают, что инопланетяне существуют. Почти каждый второй американец думает, что пришельцы уже посещали Землю в прошлом. Что интересно, в России люди верят в инопланетян еще сильнее – по опросам ВЦИОМ, почти 8 из 10 считают, что разумная жизнь существует где-то во Вселенной – при этом 46%, теперь уже почти каждый второй россиянин, верят, что инопланетяне регулярно посещают Землю и даже скрываются среди людей. 

Интерес подогревается громкими политическими событиями. Например, нашумевший рейд зоны 51 в 2019 году – само по себе достаточно уникальное явление, когда толпа гиков, конспирологов и откровенных “лунатиков” устроила импровизированный фестиваль неподалеку от строго охраняемой экспериментальной военной базы Пентагона. А совсем недавно президент США Дональд Трамп подлил масла в огонь, принудив Пентагон рассекретить более 1000 файлов, посвященных наблюдению НЛО. На опубликованных видео можно видеть объекты в виде кубов, вытянутых сигарет и эллипсоидов, двигающихся по неественным траекториям с огромной, практически космической скоростью. Тем не менее, ни по одному из них нельзя сказать, что это наверняка инопланетный корабль, а не визуальные дефекты, либо неизвестные природные или сотворенные руками человека объекты.

Сегодня инопланетяне  очень популярны в мировом кинематографе: за один только 2026 уже вышло два блокбастера, главной темой которых является контакт с внеземными цивилизациями. Это триллер о государственных и корпоративных заговорах вокруг инопланетной темы “День Разоблачения” Стивена Спилберга и полная надежды история про контакт с дружелюбной кремниевой формой жизни “Проект Конец Света” Фила Лорда. Список можно дополнить фильмами и сериалами предыдущих лет: это и полюбившийся Славою Жижеку “Плюрибус” с превращением человечества в коллективный разум под воздействием инопланетного разума; сериал от Netflix “Задача Трех Тел”, снятый по мотивам трилогии китайского фантаста Лю Цысиня и демонстрирующий сложный клубок возможных политических последствий контакта с враждебными внеземными существами; “Микки 17” с довольно детской драмой о противостоянии диктатуре в союзе с коренными народами. И, наконец, особенно интересная для этого текста “Бугония” Йоргоса Лантимоса, к которой мы еще вернемся позднее. 

Интерес к инопланетянам сохраняется и даже растет уже очень многие годы, несмотря на знаменитый Парадокс Ферми. Он заключается в том, что несмотря на высокую вероятность существования в наблюдаемой Вселенной и даже в нашей галактике множества технологически продвинутых инопланетных цивилизаций, мы до сих пор не получили ни единого неопровержимого доказательства их существования.  Они не попытались выйти с нами на связь, а мы не смогли зарегистрировать никаких похожих на разумную речь радиосигналов из космоса. У этого парадокса есть множество теоретических разрешений – но самое простое из них заключается в том, что разумная жизнь за пределами Земли на самом деле гораздо более редкое явление, чем можно было бы ожидать. Тем не менее, мы продолжаем сочинять истории про первый контакт с даже большей интенсивностью, чем в “космическую” эру Холодной войны, продолжаем искать инопланетян на размытых футажах Пентагона и даже верить в разного рода конспирологические теории об инопланетном присутствии на Земле, скрываемом либо “deep state ”, либо самими пришельцами. 

I. НЛО как Современный Миф

Австрийский психоаналитик Карл Юнг в 1959 году посвятил целую монографию феномену НЛО – "Летающие Тарелки: современный миф о вещах, наблюдаемых в небе." В этой книге он последовательно демонстрирует, что архетипическая история Орфео о странных, не поддающихся кодификации, “внеземных” объектах и контакте с нечеловеческими сущностями, обладающими разумом, на деле стара как мир. Только вот поколениями до конца XIX – начала XX века они, ввиду отсутствия самой мысли о возможности космических путешествий, воспринимались как религиозное или мистическое откровение. 

Люди лицезрели подобные видения чаще всего в эпохи, когда в коллективном бессознательном распространялось, словно сладостный яд, желание пришествия Спасителя: силы, способной принести надежду неординарного, несоциального, не-человеческого происхождения. Однако такое пришествие всегда грозило обернуться судным днем, что мы наблюдаем в многочисленных апокалиптических сценариях, связанных с инопланетянами – начиная с описания небесного феномена в Нюрнберге 1561 года, когда зеваки увидели в небе множество странных фигур: цилиндров, крестов, шаров и гигантского черного копья, напоминающего звездный разрушитель. Эти объекты, по сохранившемуся сообщению местных хроник, как будто “воевали” друг с другом, после чего отступили в сторону солнца и растворились на горизонте. Многими очевидцами это было воспринято как божественное предупреждение. 

Сообщения об инопланетянах кратно участились после Второй мировой войны – здесь объективно известные массам технологические прорывы смешались с укорененным ощущением нестабильности, хрупкости послевоенного мира – а также страхом перед реальной угрозой апокалипсиса – ядерной войной. Юнг именно в это время определяет феномен НЛО как современный миф. Для него не так важно, реальны ли странные объекты, которые люди замечают в ночном небе от Калифорнии до Воронежа – важнее то, почему эти объекты принято интерпретировать как экстратеррестриальные. Люди раз за разом обращаются к НЛО как к архетипу коллективного бессознательного, выражающего противоречивое ожидание одновременно и спасения, и страшного суда, принесенного из Космоса на крыльях кораблей смерти. Только столетия назад это объяснялось видениями божественного происхождения, а сегодня рационализируется через куда более вероятное существование развитых инопланетных цивилизаций.

II. Товарищ Инопланетянин, Господин Пришелец

И эта новая рационализация внезапно дает социалистам мощный идеологический инструмент. Одиозный создатель Четвертого Интернационала Хуан Посадас предлагает марксистам по всему миру гениальную формулу: давайте поверим в экстратеррестриальное происхождение НЛО, в существование инопланетян и даже в то, что они уже среди нас, на Земле. Если это действительно так, и они не вступают с нами в контакт, неужели это не доказывает то, что они находятся на качественно другом уровне социального и технологического развития, выходящего далеко за пределы знакомого нам земного капитализма? 

Посадас, вопреки обвинениям в безумии, производит хитрую инверсию современного мифа – не так уж и важно, существуют ли инопланетяне на самом деле. Единственное, что имеет значение в популярном дискурсе об их присутствии в околоземном пространстве, так это то, что люди верят в него или хотя бы задумываются об этом. Живучесть инопланетных мифов переусложненым образом выражает репрессированное в коллективном бессознательном современных обществ желание помыслить другую, альтернативную реальность. За пределами нашего мира с его бесконечными и бессмысленными войнами, батрачкой по 40 и больше часов в неделю, с его все учащающимися кризисами для бедных и пропорционально растущим изобилием для богатых. Это желание у людей очень сильно,  пусть и рационализируется возможность лучшего мира через нечеловеческое, через инопланетное, как бы не относящееся к нашему цивилизационному опыту. 

На самом же деле “инопланетное” всегда является лишь проекцией уже известной нам реальности, от которой мы по тем или иным причинам отчуждены. Планета Плюк в “Кин-Дза-Дза” и абсурдное общество пацаков и четлан на поверку оказываются сатирой на общество “дикого капитализма”, совершенно чужеродное для советских граждан, но все еще человеческое. В “Бугонии” Лантимос проделывает похожий трюк, только вот показывает контрасты между социальными классами внутри единого социального пространства: реднеки вынуждены прозябать на нелюбимой работе, питаться плохой едой и в принципе жить в стесненных, подвигающих к психологическому срыву условиях. А героиня Эммы Стоун – акула бизнеса Мишель Фуллер – уже сейчас живет качественно по-другому – она не просто питается хорошо, но может позволить себе составить идеальную программу диеты и тренировок, она обитает в стерильных, выхолощенных пространствах, перемещаясь по США словно по космическому кораблю, ее слова полны почти что гипнотической уверенности, харизмы, наработанной в лучших университетах и на руководящих позициях в крупной корпорации. 

Конец “Бугонии” было бы лучше отдать на интерпретацию зрителю, потому что здесь, как и с реальными свидетелями НЛО, абсолютно не важно, действительно ли она пришелец. Глава крупной корпорации сегодня – существо абсолютно инопланетное с точки зрения 99% его или её подчиненных. Не зря так популярны мемы про Цукерберга и Безоса как рептилоидов, надевающих человеческую личину лишь для усыпления бдительности людей и повышения нормы прибыли.

III. Диалектика Внеземного Разума

Инопланетяне, таким образом, выполняют двойную социальную функцию: протагониста-наставника и антагониста человеческой истории.  “Эти существа прилетели сюда наблюдать, они пытаются дать нам понять, что не желают нам зла. Их поведение демонстрирует превосходящую социальную организацию” – суммирует Посадас заключения свидетелей пришельцев и их пилотируемых судов. Если пришельцы реальны и уже находятся здесь, наблюдая за нами, то они как минимум не могут быть захватчиками вроде земных империалистов. 

Куда ближе этим существам будет роль прогрессоров из цикла Полудня Стругацких, способных лишь ограниченно вмешиваться в ход развития отсталых обществ, чтобы направить их к более развитым общественным формациям, но не насильно установить космический полностью автоматизированный коммунизм – невообразимый без высочайшего уровня самосознания. Как отметил астрофизик Алексей Панов на недавнем стриме Рабкора, во многом вдохновившем автора на написание этой статьи, – такая парадигма инопланетного присутствия может одновременно являться и разрешением Парадокса Ферми.

С другой стороны, даже когда инопланетян изображают антагонистами истории, мы все меньше воспринимаем пришельцев как апокалиптическую катастрофу природного или божественного происхождения. В ряде случаев, как, например, в “Аватаре”, “Микки-17” или даже древнем VI эпизоде Звездных Войн, где Джордж Лукас пытался сделать аллюзию на войну во Вьетнаме, – злодеями оказываются как раз люди, те самые типичные земные империалисты.

Когда же инопланетяне оказываются злодеями, они все чаще обладают узнаваемыми, очень человеческими лицами. В трилогии Лю Цысиня “Задача Трех Тел” раскрывается перспектива угрозы инопланетных захватчиков – идущие на империалистическую экспансию из соображений ужасно хорошо известного нам Лебенсраума – бедности и катаклизмогенности собственной планеты и необходимости расширения сферы влияния на более богатые ресурсами миры. Ответ землян на эту грозу, кстати, очень укладывается в логику исторической социологии: космические агентства и ученые соперничающих сверхдержав начинают работать вместе, чтобы разработать технологии, способные защитить Землю от вторжения.

Современный миф об инопланетянах в обоих случаях побуждает землян к прогрессивному политическому действию. Человечество способно, а следовательно, должно доказать нашу приверженность и достоинство входить в более широкое галактическое, или даже вселенское сообщество Разума. А если это сообщество неразумно и враждебно, то нас необходимо отстоять все безусловно светлое, созидательное и солидарное в человеке перед лицом лишь на первый взгляд не-человеческой угрозы, на деле отражающей худшие страсти человечества.

И в этом нам никто не поможет – если инопланетяне и существуют, то, какими бы они ни были, они явно не заинтересованы в том, чтобы превратить Землю в ясли и воспитать человечество равными себе союзниками или соперниками. Устойчивость интереса к инопланетянам демонстрирует пока что неосознанную, бессознательную необходимость перехода на более продвинутый уровень общественной организации. Но осуществить его способны лишь мы сами, как объединенное универсальными смыслами, целями и желаниями человечество.

После своей первой встречи с внеземными существами Ангелуччи, как он сам утверждает, был доставлен на борту беспилотной летающей тарелки на орбиту Земли, где через иллюминатор он увидел проплывающий мимо гигантский корабль-носитель. В конце астрального путешествия звездные странники поведали Орфео, что главная цель человечества на Земле – это воссоединиться с “бессмертным сознанием”, с Абсолютом – и что он должен помочь “земным братьям” осознать это и объединиться в симфонии Общего Дела. Они простились с инженером со следующими словами: “Дорогой друг с Земли, мы благословляем тебя светом Истины бесконечных миров Вселенной”.