О пользе дипломатии

ДОК сидел в окружении мониторов, одновременно успевая следить за показателями приборов, сортировать полученные данные и раздавать помощникам указания по переговорному устройству и электронной почте. Вместо того, чтобы размышлять над чересчур милосердным решением инопланетного принца, он предпочел делать то, что делал раньше — работал. Пусть теперь и по другую сторону баррикад.

Посреди дежурных уведомлений о выполненных задачах внимание привлекло одно, с заголовкам “Приглашение”.

— Пф, и кому пришло в голову меня куда-то приглашать? — с этими словами он развернул окошко с текстом.

« Добрый вечер, ДОК.

Знаю, вы не любите покидать свою лабораторию, но для укрепления нашего договора и дипломатического статуса предлагаю посетить небольшое мероприятие. Мы с моими друзьями планируем подготовку к празднику под названием “Рождество”. Будем украшать пространство и пробовать земные праздничные угощения. Если вы поймете, что готовы присоединиться, ждём вас.

Дипломатический представитель Империи с Жемчужного Рифа на Алеф-3, Рэй Астра (земное обращение). »

ДОК откинулся на спинку кресла. Наследник инопрешленского престола прав, покидать лабораторию он не хотел, тем более ради таких пустяков. Однако он не забывал, по каким условиям ему сохранили жизнь. Пусть у принца оказалась кишка тонка его убить или привлечь к ответственности через суд, Император вряд ли будет столь любезен. “Видимо, придётся передать часть задач Эку на тот вечер”, — вздохнул он. Вспомнить бы каково это, находиться среди людей и не стремиться их использовать или убить.

***

Рэй отстранённо наблюдал за друзьями. Миранда, обычно снующая туда-сюда со стремлением угодить всем, сейчас полулежала на диване, раздавала указания по украшению дома и контролировала, чтобы не съедали слишком много приготовленного ей имбирного печенья. Пусть с момента её выписки из больницы прошло достаточно времени для восстановления, с тех пор она осторожничала, не передвигаясь без необходимости и боялась оставаться одна. Тодд сидел рядом, накрыв ей ноги узорчатым пледом, и вырезал снежинки из тетрадных листов, с хихиканьем приговаривая про себя: “Хоть какую-то радость принесешь, зараза”.

Джейкоб ходил рядом с Эмбер и подавал ей украшения и большие носки, пока она, не прекращая щебетать о американских рождественских традициях и расспрашивать об индейских зимних праздниках и легендах, развешивала их по дому. Урсула, закончив с развешиванием светящихся гирлянд, села рядом с ним.

— Ты чем-то обеспокоен, — прочеканила она, пристально всматриваясь в его лицо. — Тебе не нравится обстановка?

— Нравится, но… — Рэй вздохнул. — Я пригласил ещё кое-кого. И теперь не уверен в правильности этого решения.

— Кого?

Принц поджал губы: в отличие от него, Урсула всё ещё не доверяла ДОКу. Замешкавшись, он ответил не сразу.

— Человека, чьи знания слишком ценны, чтобы от него избавиться.

Она нахмурилась, а потом, видимо поняв о ком речь, выпалила на выдохе:

— Зачем?

— Исключительно для укрепления дипломатических отношений, — попытался оправдаться он. — Раз теперь он работает на нас, важно предоставить ему необходимые условия для плодотворного сотрудничества.

Урсула поджала губы, сдерживая при себе своё мнение. Всё-таки она его телохранительница, а значит не должна обсуждать приказы принца.

— Говори, — прошептал Рэй, дав возможность подруге проявить свободу воли.

Приоткрыв рот от удивления, она заморгала, вновь поджала губы. Затем осторожно вымолвила:

— Есть риск, что он может усыпить нашу бдительность и воспользоваться этим в будущем.

Рэй сложил пальцы в замок.

— Ты права. Но так же я знаю, что ты не допустишь того, чтобы с нами что-то случилось.

Она отвернулась.

— Уже допускала… — с грустью прошептала она. — Не стоит на меня надеяться, Ваше… кхм, Рэй.

— И тем не менее, с должности тебя не снимали. К тому же, ты набралась опыта после настоящих сражений на Земле, поэтому, я тебе доверяю.

— Рада слышать, — буркнула она себе под нос.

Послышался стук в дверь. Ребята умолкли и в едином порыве повернулись к двери.

— Мы ещё кого-то ждём? — осторожно спросила Эмбер.

— Вряд ли агенты, у них свои планы в Калифорнии, — проворчал Джейкоб, недоверчиво прищурившись. Настороженное настроение ребят поддержал и Фидо, процокав коготками по полу к двери, обнюхав её и тихо зарычав.

— Да, — Рэй подошёл к двери, Урсула бросилась за ним. Отворив дверь, ребята присмотрелись и отпрянули, в ужасе распахнув глаза.

— Guten Abend*.

***

ДОК не строил иллюзий насчет гостеприимства в доме инопланетян. Его обитатели и гости с явным неудовольствием отреагировали на его появление и согласились пустить за порог только после долгих уговоров принца. Чтобы он никого не нервировал, ему указали сидеть в углу, за ещё не наряженной рождественской елью, всучив при этом в руки кружку с напитком. Домашнее существо принца ходило возле него, принюхиваясь, телохранительница также держала его в фокусе внимания, сурово посматривая на него время от времени.

Он отпил из кружки и поморщился: хвалёный американский эгг-ног** оказался непривычным на вкус и потому учёный отставил напиток на столик. Конечно, кружечка фойерцангенболе*** в этой ситуации подошла бы больше, но он не в Германии.

Краем глаза он заметил движение.

— Жалеете, что пришли? — тихо спросили его.

ДОК фыркнул, не удостаивая коронованную ксеноересь ответом.

— Думаю, я сумею помочь вам адаптироваться к новым условиям, — не унимался принц.

Учёный, чтобы занять руки, вновь взял кружку в руки.

— Я этого не просил. И вообще, не думал, что от меня понадобится что-то ещё, чтобы не попасть в немилость к Императору.

Инопланетный принц тихо вздохнул и, судя по звуку шагов, подошёл ближе.

— И всё же, я думаю, у вас есть шанс изменить свою жизнь. Раз я взял на себя обязанность наладить дипломатические отношения между Алеф-3 и нашей Империей, хочу сделать всё правильно. И обойтись малой кровью.

ДОК усмехнулся.

— Уж не знаю, как у вас в Империи, но на Земле добренькие долго не живут. Кто сильнее и наглее, тот и побеждает. И живёт дольше.

— В этом я с вами не соглашусь, — парировал принц, — безусловно, земляне значительно отличаются от нас, и я не только про внешний вид.

— О, неужели? — с сарказмом крякнул ДОК, отпив из кружки, и посмотрел на инопланетянина, чьи бирюзовые щупальца на голове слегка зашевелились.

— Да, — совершенно серьёзно продолжил инопланетянин. — В нашей природе отступиться от иерархии и порядка практически невозможно, так как это было заложено в нашем организме с самых древних времен и стабильно укоренялось в течение всего нашего эволюционного пути. К тому же, мы хорошо чувствуем эмоциональное состояние других существ и своих сородичей, и потому обычно мы не доводим возникающие недоразумения до крайностей, следуя этикету и моральным правилам. По крайней мере, — он смущенно отвернулся, — пока в наш порядок не вмешиваются существа совершенно другой природы.

ДОКа передёрнуло — очевидно речь об иллинианцах. Мерзкие твари, перед которыми твой собственный разум совершенно беспомощен.

— Но я отвлёкся, — инопланетный принц вернул взгляд на стену напротив. — Безусловно, в вашей человеческой истории были и кровавые диктаторы, которые жили до глубокой старости, и действительно достойные люди, которые прожили слишком короткую жизнь. Но были и обратные случаи, когда достойные люди жили долго, а душегубы быстро получали по заслугам.

Он опустил голову.

— Пусть я изучал землян не так долго, как другие расы, но могу сказать точно: ваша бунтарская природа одновременно и дар, и проклятье. Вам не чуждо насилие, но при этом вы чрезвычайно любопытны и готовы бороться до последней капли крови за то что вам дорого: близкие люди, родные земли, идеи, имущество, собственная жизнь… Поэтому вам нужна мягкая рука, которая направит на правильный путь. И тогда мы вместе можем построить гармоничный прекрасный мир.

Учёный хмыкнул.

— Ага, уже построили на нашу расу планы, кто бы сомневался. Вот только они обречены на провал, — он вновь пригубил уже вполне терпимый эгг-ног.

— Вы же здесь, — инопланетянин посмотрел на него с глупой добродушной улыбкой, — значит не всё потеряно.

— И на всякий случай напомню, — неожиданно подала голос телохранительница принца, — Его Высочество не один. И я не позволю, чтобы его дипломатические усилия прошли зря.

Она угрожающе прищурилась.

— Да понял я, понял, — недовольно цокнул ДОК. Легко быть добреньким, когда за твоей спиной машина для убийств. Да, он всё ещё не мог принять наивную философию этой бирюзовой осьминоговой расы, но благодаря этому он всё ещё жив и работает на благо науки, пусть и с ограничениями по этическим соображениям. Не воспользоваться этим было бы глупо.

— Раз вы уже тут, — неожиданно подошёл крупный подросток индеец, вроде как Джейкоб, — нечего сидеть без дела.

С этими словами он поставил левой рукой (правая в гипсе) на столик рядом с ДОКом картонную коробку, мелко звякнувшую изнутри.

— Начинайте ёлку наряжать. И постарайтесь ничего не разбить.

— Да-да! — отозвался мелкий засранец Мэддисон, с которым они ранее успели закуситься и по частотам, и в жалком физическом бою. — Мы на игрушки все свои карманные потратили!

— В основном мои, — хихикнула блондинка, дочурка толстосума Гидеона Хэмпшира.

Учёный закатил глаза: детский сад. Но это лучше, чем неприкаянно сидеть и цедить яично-сливочное недоразумение.

— Теперь и остальные к вам привыкают, — принц все с той же улыбкой достал первую игрушку из коробки.

— Скорее мстят, — проворчал ДОК, дожидаясь, пока инопланетянин отойдет: он и людей брезговал касаться, а трогать даже случайно ксеноересь без перчаток (Эку уговорила его оставить рабочую форму в лаборатории) учёный тем более не хотел.

— А чего вы ждали? — встряла в разговор неугомонная дочь Джозефа Смита, одного из самых толковых учёных в Клирвью. — Вы хотели убить наших друзей и позволить городу пострадать! Так что, теперь вы страдайте, ха-ха — с мстительной ухмылкой в голосе добавила она.

— Пф, — ДОК даже не повернулся к нахалке, вешая на ёлку стеклянного ангела. — Эмбер, прошу, — примирительно обратился к ней принц.

— Нет, Рэй, это я попрошу! — вскинулась она. — Даже не думай его оправдывать! И вообще, почитай на досуге “Преступление и наказание”! По папиной рекомендации, между прочим!

— Твой отец выдающийся человек, и потому со всем уважением отнесусь к его выбору литературы, — не унимался инопланетянин, — но разве в религии, к которой относится этот праздник, не поощряется искупление и прощение?

— У-у, это ты зря, — снова послышался насмешливый голос Мэддисона. — Зря, зря.

— Почему?

— Скользкая тема. Моя мама говорит, что не стоит говорить за столом о политике и религии, большой риск разногласий.

ДОК вновь закатил глаза.

— Раз уж Его Высочество заинтересован, так уж и быть, проведу лекцию. Сугубо объективную и с историческими фактами.

Поймав удивленные взгляды, он отмахнулся.

— Я не переношу искажения правды.

— Тогда с удовольствием вас послушаю, — с искренним интересом инопланетянин наклонился голову набок, взяв из коробки красный стеклянный шарик. — Я так понимаю, даже в рамках одной религии есть свои нюансы.

— О да.

***

— Как все прошло? — осторожно поинтересовалась Эку, подняв взгляд от бумаг.

— Терпимо, — отмахнулся ДОК, усаживаясь обратно на своё рабочее место.

— И всё?

Учëный поджал губы: подростки сыпали подозрениями и дурацкими подколами, несмотря на одёргивания принца, но под конец вечера их пыл поугас. То ли фантазия кончилась, то ли и впрямь привыкли. И как бы он не хотел этого признавать, посидеть спокойно за интеллектуальной беседой с одним из лучших представителей инопланетной расы было даже приятно. Но вряд ли это повторится в ближайшее время, многолюдные собрания морально выматывают привыкший к обществу молчаливых фактов мозг учёного.

Внезапно перед ним поставили кружку со знакомым винно-цитрусовым запахом. Сверху, как в лучших традициях, металлическая подставка с почти растворившийся в пламени сахарной головой.

— Это же…

— С кануном Рождества, — дружелюбно мурлыкнула Эку Флоренс Хоув, одна из немногих действительно умных женщин, которая не задавала лишних вопросов и хранила ему верность с самого своего назначения в команду.

“Что ж, налаживать связи не так уж и бесполезно”, — подумал он, отставив подставку с остатками сахара, и с ностальгией сделал глоток горячего фойерцангенболе. — “В этом инопланетяшка прав.”