О новой, планируемой ПЛАНдемии и химиотерапии для россиян.
Многие из вас помнят, что доклинические испытания, экспериментального препарата на животных (приматах), проводило ФГБУ «48 ЦНИИ Минобороны России. Контракт на сумму 10 531 690 руб. был заключён 23.04.2020 года. Заказчиком выступил ФГБУ «НИЦЭМ им.Н.Ф.Гамалеи».
Обратите внимание на основание заключения контракта.
Идёт отсылка к п.9 части 1 ст.93 Закона N 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд», которая гласит:
«осуществления закупок товаров, работ, услуг при необходимости оказания медицинской помощи в неотложной или экстренной форме либо вследствие аварии, обстоятельств непреодолимой силы, для предупреждения (при введении режима повышенной готовности функционирования органов управления и сил единой государственной системы предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций) и (или) ликвидации чрезвычайной ситуации, для оказания гуманитарной помощи».
До 01.04.2020 г. пункт 9 звучал иначе:
Ранее существовал Перечень товаров, работ, услуг, необходимых для оказания гуманитарной помощи либо ликвидации последствий ЧС.
Как указано в Справке к Перечню:
Статья 80, как мы видим, была отменена 01.04.2020. Ранее она гласила:
«Статья 80. Порядок подачи заявок на участие в предварительном отборе участников закупки в целях оказания гуманитарной помощи либо ликвидации последствий чрезвычайных ситуаций природного или техногенного характера».
П.3 как раз ссылался на «Перечень товаров, работ, услуг, необходимых для оказания гуманитарной помощи либо ликвидации последствий чрезвычайных ситуаций природного или техногенного характера», который устанавливался Правительством Российской Федерации.
Т.е. ни о каком режиме повышенной готовности функционирования органов управления и сил единой государственной системы предупреждения и ликвидации ЧС до этого не существовало в природе. Данный термин был введён 98-ФЗ от 01.04.2020 г.
А вместо Перечня товаров и услуг, необходимых для оказания гуманитарной помощи либо ликвидации последствий ЧС, появилось знаменитое 441 Постановление Мишустина от 03.04.2020 г., согласно которому в страну хлынули экспериментальные и непроверенные должным образом лекарственные препараты.
Обратите внимание. Срок действия этого Постановления продлён до 01.01.2028 года другим недавним Постановлением Мишустина N 1851 от 21.12.2014 года. Хотя совсем недавно срок действия 441 Постановления был ограничен 1.01.2025 года.
Данное постановление не только даёт иммунитет производителям экспериментальных медицинских препаратов, но и продлевает государственную регистрацию ЛС, которые были зарегистрированы по 441 Постановлению Правительства.
Так что, новая ПЛАНдемия, обещанная в 2023 Главой ВОЗ скорее всего начнётся в 2025 году. Иначе зачем продлевать действие 441 Постановления?
Новая ПЛАНдемия была описана в методичке «SPARS 2025-2028», машинный перевод которой я делала ещё в 2021 году и архив которой всё ещё доступен в сети.
Но вернёмся к Контракту 48 ЦНИИ Минобороны России.
Согласно Техзаданию, было провакцинировано 12 приматов. Общая длительность наблюдения составила 28 дней. По информации, отражённой в Контракте, результатом должен был стать промежуточный отчёт, с датой представления 21.05.2020 г. А итоговый должен был появиться спустя 210 дней, т.е. в конце ноября 2020 года (19-20 ноября).
Клинические исследования экспериментального препарата под названием «вакцина» на 43-х добровольцах начались 16.06.2020 года, а закончиться I и II фаза должны были 31.12.2020 г.
Но, несмотря на это, экспериментальную «вакцину» зарегистрировали, до окончания КИ I и II фазы, 11.08.2020 года.
Получается, что «вакцину» для людей зарегистрировали раньше, чем должен был появиться итоговый отчёт доклинических исследований на приматах. Кстати, данный итоговый отчёт так нигде и не был опубликован. Тоже, видимо, коммерческая тайна.
И «вишенка на торте» из публикации Интерфакса от 7 апреля 2020 года.
Ныне покойный генерал Игорь Кириллов назвал «векторную вакцину против CoVID-19 на основе рекомбинантных аденовирусов, экспрессирующих маркерные белки SARS-COV-2» химиотерапевтическим препаратом. Нет сомнений, что экспериментальный химиотерапевтический препарат, который в апреле 2020 г. тестировали на приматах, впоследствии был назван «векторной вакциной против COVID-19».
Если мы заглянем в Большую Медицинскую энциклопедию, то прочтём:
«К химиотерапии не относят лечение инфекций с помощью средств, оказывающих опосредованное влияние на возбудителей заразных болезней, например, вакцин, сывороток и иммуномодуляторов, а также с помощью лекарственных препаратов, действующих на отдельные звенья патогенеза заразных болезней».
Так чем же на самом деле является гамалеевская «вакцина»? Если это вакцина, то, как мы видим, из терминологии, вакцины не относятся к химиотерапевтическим препаратам. Тогда почему покойный генерал Кириллов назвал её именно «химиорапевтическим препаратом»? Игорь Кириллов был профессионал в своей области и никак не мог перепутать термины. Министерство обороны РФ принимало непосредственное участие если не в создании, то в исследовании и контроле доклинических испытаний озвученного выше препарата. Тогда что в добровольно-принудительном порядке кололи россиянам? Всё указывает на то, что это был экспериментальный химиотерапевтический препарат, содержащий опасные для здоровья токсические элементы, а не вакцина, как это пытались нам внушить пропагандисты и лоббисты БигФармы.
Еще больше расследований и эксклюзивной информации у нас на ТГ канале.