О готовности НАТО

Лорд-Адмирал поднял своевременный вопрос о готовности НАТО к продолжительному и широкомасштабному конфликту и нам есть что добавить со своей стороны.

🔺1. Для начала нельзя не отметить, что отечественная [около]военная мысль (сами военные в меньшей степени, а эксперты и журналисты в большей) застряла в майндсете колониальных войн, где противник полагается некими «белыми дикарями», а успех или неуспех оценивается по наличию или отсутствию какой-либо технологии или даже каких-то отдельных видов вооружения и техники.

Отсюда и точка зрения про «всемогущее НАТО», и ее распространенность. Что характерно, майндсет один и тот же независимо от личной позиции эксперта. Или у нас аналогов нет и НАТО будет разбито за час, или у НАТО недоступные Иванам технологии и «сопротивление бесполезно».

Точка зрения это неверная, а образ мысли — применительно к любым противникам — порочный. Порицаем его всем доблестным экипажем «Панцервафлей».

🔺2. Вопрос взаимодействия между вооруженными силами стран-членов НАТО сложный для самого НАТО. На каком-то уровне вопросами interoperability начали заниматься с момента образования НАТО в 1949 году. Процесс идет до сил пор и с переменным успехом. Иногда рождаются полезные инициативы вроде Соглашения о Стандартизации (тот самый STANAG), единых калибров или стандартов для грузов и упаковки. А иногда так и «зависает» в не стандартизированном состоянии, как это произошло с пороховыми зарядами, электрическими разъемами и пистолетами топливозаправщиков.

На уровне взаимодействия смешанных частей этим вопросом в НАТО начали заниматься относительно недавно. Например, международный NATO Response Force появился только в 2002. Когда-то ожидалось, что он достигнет полной оперативной готовности в 2006 году (не сложилось), затем им без огонька занимались до 2014 года, затем немного ускорились и… 

… и на данный момент компонента повышенной готовности (VJTF) до сих пор недоукомплектована по штату.  

И это одна бригада на все евроНАТО. Одна!

🔺3. По поводу сложностей с боевым управлением крупными международными силами стоит подчеркнуть, что для НАТО это terra incognita. 

Никто не знает, что случится с управлением в структуре выше бригады «джойнт форсез». Последняя крупная совместная операция — это Афганистан. По управленческим проблемам крупных операций от «Бури в Пустыне» до Афганистана написаны горы книг и отчетов. 

Обязательно ознакомьтесь на досуге, кто еще не успел.

Нет, опыт совместной работы оттуда вынесли бесценный. Но он еще не весь осмыслен, опробован и внедрен.

В этом смысле, война на Украине и нас, и НАТО застала с полунадетыми штанами. До полноценной имплементации опыта еще годы работы.

🔺 4. Раз уж мы завели разговор о сроках, напомним, что у большинства крупных игроков НАТО дедлайны по выполнению планов были нарисованы на начало-середину 2030-х. Сейчас нет оснований считать, что сроки получится сдвинуть влево. Скорее наоборот – с учетом роста европейских армий и нарастания экономических проблем они улетят сильно вправо.

Это касается всех вопросов, как разработки и закупки вооружений, так и формирования новых военных структур.

🔺 5. А вот вопросами логистики в НАТО как раз-таки сильно занимались. Логистика была отдана ФРГ, как их специализация. 

Германия предполагалась (и предполагается) как огромный логистичекий хаб, где будут развертываться части, накапливаться резервы и т.д. Собственно, в годы Холодной войны она им и была вместе с Нидерландами и Бельгией, просто сейчас рубеж развертывания перенесли восточнее.

В общем немцы уже давно работают над этим вопросом, начиная от строительства инфраструктуры и заканчивая массовыми закупками всевозможной транспортно-логистической техники.

Другой вопрос, что сценарий большой войны с Россией реально не рассматривался. И, видимо, до сих пор в него мало кто верит. Рассматривается что-то типа усиленного варианта сдерживания угроз на Востоке, где немецкие дивизии работают «корсеттруппен» для восточноевропейских армий. Как при дедушке Франце-Иосифе, в общем.

🔺 6. Вопрос «как им победить Россию» пока очень теоретический. 

В текущей структуре НАТО попросту нет столько сил и средств, даже с учетом США. 

Количественный и качественный рост будет, но это годы и годы работы. То же самое относится к вопросам новых вооружений, сетецентричности и прочего технологического и доктринального.

Теоретически армии нового типа будут эффективнее, где, условно одна бригада будет контролировать в 2-3 раза больше территории, чем старая. Но-о... это в теории, пока их создадут и обкатают, возможно, уже и новый концепт подвезут.

Сейчас этого «нового типа» в реальности не существует ни у кого.

Не забудем, что русско-украинская война послужила катализатором для пересмотра старых планов и теорий, так что не исключено, что в штабах решат, что старые идеи говно и давайте делать все заново с соответствующими сдвигами сроков вправо.

🔺7. И на закуску – о сетецентрических элементах.

Как раз проблему информационной перегрузки на Западе идентифицировали очень давно, примерно в конце 50-ых, начале 60-ых, но технологии того времени не позволяли создать устраивающий военных и надежно работающий инструмент. 

Современные технологии еще не на уровне «боем управляет ИИ», но позволяют значительно ускорить прохождение информации сквозь «бутылочные горлышки».

Как это выглядит: 

В нормальном случае, передовой наводчик/разведка обнаруживают и идентифицируют цель, докладывают о ней, штабы приоретизируют цели и выдают приказ средству поражения. 

Ускорить это удалось тем, что т.н. «узкий ИИ» ищет по базе данных совпадения при идентификации цели и предлагает наиболее оптимальные варианты огневого поражения. После этого человек-оператор подтверждает/отклоняет варианты. 

ИИ не управляет боем, но уже способен помочь.

Другой вопрос, что эту модель впервые испытали на полигоне только в прошлом году, причем ученые вручную наполняли базу данных и «тренировали» искусственный интеллект. 

И только в этом году система будет испытана (если будет) в масштабе подразделений армий двух разных стран.

До поля боя оно доедет не завтра и даже не послезавтра.

https://t.me/kramnikcat/2381

#НАТО #КапитанДоктрина