О философии реставрации

Реставратор и в своей собственной практике, и при взаимодействии с различными инстанциями сталкивается с рядом противоречий и заблуждений, затрагивающие принципы и основы реставрационной науки. В статье искусствоведа и художника-реставратора Ю. Г. Боброва «Проблемы и философия современной реставрации памятников культуры: иллюзии и реальность» 2018 г. развенчиваются распространенные мифы о реставрационной деятельности.

              Цитируя искусствоведа М. Фридлендера: «реставрация есть дьявольская необходимость», Ю. Г. Бобров идет дальше и называет реставрацию «дьявольским искушением». Под искушением исследователь имеет в виду тягу общества вернуть «подлинный» вид произведению, подчас пытаясь его «улучшить» и преследуя личные цели, не отвечающие критериям научной реставрации.

              Мысль о «восстановлении первоначального вида» по сей день прочно запечатлена в общественном сознании и отсылает к «первой Великой Идее» реставрации – мечте об обращении времени вспять и возвращении к безвозвратно ушедшему «Золотому веку». Данного принципа безапелляционно придерживаются как обыватели, так и представители иных сфер влияния в области реставрации, лежащие в коммерческой плоскости. Так, Ю. Г. Бобров делает неутешительный вывод, о том, что научные основы реставрации не только не распространяются повсеместно, но и во многом уступают место «коммерческой концепции»: «некогда более или менее целостная (в советское время) система подходов в реставрации как движимых, так и недвижимых памятников в наши дни явно распадается».

              Стремление к возвращению к первоначальному облику предмета воспаляет извечную «конфронтацию» между историей и эстетикой. Подразумевается, что возврат к прошлому должен соответствовать эстетическим критериям настоящего. Во-первых, данный поворот зачастую имеет четкую идеологическую основу: на сломе эпох, в условиях потери ценностных ориентиров найти опору нередко удается в богатом «благолепном» прошлом: «При подобных подходах чем больше идеологической мотивации, тем меньше научной обоснованности». Во-вторых, неприукрашенные следы истории бытования предмета рассматриваются наивными наблюдателями как признаки «бедности и обветшалости» и даже как признаки «неуспешности» его владельца. В-третьих, понятия «подлинность», «неповторимость» в целом размываются в современном информационном обществе, когда любое произведение можно дублировать и без конца улучшать с помощью многочисленных графических редакторов: «виртуальные музеи на компакт-дисках или в «интернет-облаке» заменяют реальные музеи с реальными, подлинными произведениями искусства».

              В контексте теории «большой общности» социолога Т. Беккера («отдельное произведение искусства существует только в «большой общности мира искусства», которая представляет собой общность людей и видов их деятельности, направленных на организацию и реализацию социального потребления художественного объекта») Ю. Г. Бобров подчеркивает зависимое положение реставратора от реставрационных компаний, архитекторов, технологов, журналистов и других лиц, зачастую некомпетентных в вопросах научной реставрации и пренебрегающих мнением специалистов в данной области. Исследователь приходит к выводу о том, что изучение методологии реставрации, а именно осмысление всех этапов и последствий реставрационного процесса, выработка единых критериев становится важной задачей для широкого круга лиц, так или иначе включенных в реставрацию «ради сохранения для потомков художественного наследия в его материальной подлинности и полноте значений».

Бобров Ю. Г. Проблемы и философия современной реставрации памятников культуры: иллюзии и реальность // Сохранение культурного наследия. Исследования и реставрация = Preservation of Cultural Heritage. Research and Restoration : Мат-лы II Междунар. конф. в рамках V Международного культурного форума, СПб. 1–3 декабря 2016 г. / Сост. Ю. Г. Бобров. СПб. : Институт имени И. Е. Репина, 2018. С. 5–21.