О дивный новый мир

От империализма к ультраимпериализму

В начале 20 века сначала Джон Гобсон, а затем Владимир Ленин и Николай Бухарин сформулировали концепцию империализма – как новую стадию капитализма, по которой мир становится все большим разделенным на тресты, монополии и корпорации, которые управляя государствами в разных странах стремятся к все большей, общемировой экспансии. В противовес этой теории Карл Каутский сформулировал концепцию ультраимпериализма, который, как считал немецкий марксист - сменит эпоху империализма. Если империализму свойственно развязывание крупных войн, то при ультраимпериализме, когда мир станет большой фабрикой (или современным языком – глобализированным), эскалация не будет выгодна, писал Каутский, потому что все и так будет едино. 

В 1990-е годы, казалось, что Каутский оказался прав. Развал СССР и социалистического блока, гегемония США и НАТО, эпоха глобализации. Ощущалось наступление той самой «светлой» гуманистической эпохи ультраимпериализма. Френсис Фукуяма назвал эту эпоху «концом истории», когда идеологии исчезают, сменяясь глобальными ценностями постполитического консенсуса — господством режимов «третьего пути» Билла Клинтона, Тони Блэра и Герхарда Шредера. 

Однако, уже через пару лет после развала СССР и торжества неолиберального мирового порядка, войны разразились в Африке и Югославии. Миллионы беженцев, сотни тысяч погибших, интервенции НАТО – лишь небольшие итоги 1990-х годов. В противовес теории Фукуямы, Самуэль Хантингтон написал книгу «Столкновение цивилизаций», в которой весьма верно раскритиковал концепцию конца истории, сформулировав мысль о продолжении конфликтов по «цивилизационным и культурным линиям». Сегодня именно эта книга, основанная на «реалистической» теории международных отношений как вечной цивилизационной войны, стала полноценным циничным оправданием той империалистической политики, которую проводили крупные державы. 

2025 год. Кажется, что мир от «столкновения цивилизаций» прямо движется к «концу истории»? Трамп так и говорит - воевать вообще невыгодно, лучше все мерить категориями сделок, заключая которые, можно закончить любые конфликты. Однако империализм от этого никуда не уйдет. 

Китай VS США. Мир-система лития

Как бы и когда не закончилась бы война в Украине, новые конфликты уже ярко очерчиваются в мир-системе. Трамп начал целую серию тарифных войн против стран Северной и Южной Америки. С первого взгляда, кажется, что все это лаконично вписывается в категорию «сделок и выгоды» (хотя реальной экономической выгоды от тарифного шантажа Канады и Мексики совсем не ожидается, как раз наоборот — высокие пошлины могут навредить автомобильной и нефтяной промышленности США). Тем не менее, важной проблемой для США является именно Китай как основной соперник в борьбе за статус мирового гегемона. 

Власти Поднебесной точечно финансируют свои проекты в рамках «Один пояс – один путь» в Перу (построив один из крупнейших портов в Латинской Америке), в Панаме (контролируя несколько портов, вокруг которых сейчас после визита госсекретаря Рубио начались разбирательства), в Никарагуа (тлея надежды на строительство собственного канала). КНР вкладывает большое количество средств также и в экономики Колумбии, Бразилии, Мексики и Канады. На этом фоне администрация Трампа уже сформулировала якобы новую концепцию доктрины Монро, однако, теперь она служит не целям оправдания континентального изоляционизма, а наоборот – торжеству империалистической гегемонии. Выкинув Китай окончательно из Латинской Америке, США смогут открыть перед собой широкую палитру экономических проектов по добыче нефти в Венесуэле, Гайане, Бразилии, Уругвае, эксплуатации редкоземельных месторождений в Чили и других странах богатого региона Анд. 

Возвращаясь к Европе. Плачущие либеральные политики на Мюнхенской конференции по безопасности, критика Вэнса западных политиков, призыв Китая включить страны ЕС в переговорный процесс по Украине, точным образом отображают ту же тенденцию. Европа стоит на перепутье американского и китайского пути. С одной стороны, надежный союзник по НАТО, обеспечивающий (пока что) безопасностью в виде военных баз, с другой стороны, выгодный экономических партнер в Азии, который вкладывается в общеевропейскую экономику. Как выразился Станислав Белковский, на фоне «Трампуты» (пакта Трампа и Путина),  вероятно, что Европа может остаться без военных баз (сами же европейские страны дай бог смогут выставить 40 тысяч солдат). Поэтому европейским странам необходима будет поддержка другого старшего брата, но уже в лице китайского дракона. Но спрашивается, зачем Трампу терять союз с Европой ради соглашения с Путиным? 

Еще в 2000-е годы, о чем признавался сам президент России, он хотел вступить в НАТО. На что, однако, получал вежливый отказ. Очевидно, что при вступлении в НАТО, Россия преследовала цели получить как можно больше влияния на постсоветском пространстве и обеспечить себя надежным западным флангом без обилия военных баз. Не менее очевидно и то, что НАТО – это часть империалистической системы и поэтому у нее есть свои стратегические интересы, в том числе и цели экспансии экономической, политической и военной. Россия, в то время была готова стать частью этой системы, но… не сложилось. Руководство НАТО и западных стран предпочли интегрировать страны постсоветского пространства (Украина, Грузия, страны Балтии) в свою систему, не отдавая их на попечение России. Спустя время это привело к метанию России между Западом и Китаем (ситуация крайне характерная для всей Европы). С начала СВО, казалось, что это метание окончательно закончилось. Россия и Китай становятся окончательно частью единого альянса. Но и тут не сложилось. Китаю выгодно иметь стратегические инвестиции в России, но не выгодно следовать за Путиным в потенциальное отключение (delinking по Самир Амину) от мир-системы, в котором Китай играет ключевую роль современной «фабрики мира» и имеет колоссальные торговые обороты с Европой и Америкой (около 13% и 12% китайского экспорта соответственно в сравнении со всего лишь 3% экспорта в Россию). Поэтому санкции в адрес России Поднебесная не нарушала, в том числе, не поставляя Путину оружие. Выгоден ли Путину в перспективе такой союзник? Может ли он гарантировать раздел влияния сейчас в Европе или в Украине? Очевидно, нет. 

С другой стороны, Трамп, кажется, серьезно настроен на «договорняк» с Путиным. Даже готов признать его влияние на востоке Украины, что, конечно, России льстит. С другой стороны, Трамп не намерен отдавать всю Украину, наоборот, он заинтересован в редкоземельных металлах и других природных ресурсах Украины, о чем и пытался договориться с Зеленским. 

Здесь хочется отдельно остановиться на вопросе редкоземельных металлов — это группа минералов, которые используются в современных разработках микроэлектроники, зеленых технологиях, вообще любой высокотехнологичной промышленности. Один из важнейших редкоземельных металлов — литий, без которого сегодня невозможно создание наиболее вместительных и эффективных батарей. Китай сегодня владеет около 60% мировой индустрии по добыче и переработке редкоземельных металлов, этим же объясняется и китайское лидерство как авангарда зеленой энергетики — 64% от всех проектов электростанций на возобновляемых источниках энергии строится именно в КНР. На глобальном рынке электромобилей Китай занимает еще большую долю — 76%, входя в прямое противоречие с интересами Tesla во владении правой руки президента Трампа — Илона Маска. Лекалы новой мир-системы формируются вокруг этих наиболее перспективных отраслей промышленного развития и редкоземельных ресурсах, для этого развития необходимых — отсюда и столь высокая степень значимости украинско-американской сделке в переговорном процессе.

Возвращаясь к ней — президент Украины отказался одобрить первоначальную версию вполне неоколониального соглашения (США получало в безраздельное владение весомую часть украинской индустрии,  а также обязывали Украину выплачивать до 50% от доходов с реализации всех природных ресурсов), на что и получил соответствующую реакцию Трампа: «Его рейтинг составляет 3%», «Украине нужны новые выборы». Есть и проблема, заключающаяся в сложности и дороговизне добычи редкоземельных металлов в Украине, о которой украинские представители в изначальном предложении о сделке, естественно, не упомянули. Очевидно, антизеленская риторика инициирована Трампом не для того, чтобы задобрить Путина, как об этом пишут либеральные аналитики, а именно потому, что Трампу нужен более лояльный и договороспособный президент Украины, который и договорнячок примет, и редкоземельные металлы США отдаст. Скорее всего, на эту роль уже давно метят бывшего главкома ВСУ Залужного, который имеет сейчас самый большой рейтинг в стране.  Склонив Украину к миру с Россией и убедив Путина заключить сделку, Трамп может потребовать от него присоединиться к альянсу против Китая – главного врага США. Граница с Поднебесной и большая армия, закаленная в боях, в обмен на гарантию влияния России на западном постсоветском пространстве, может стать выгодным противовесом для США Китаю, Россия же, являясь полупериферийной империей, будет использована как таран для продвижения выгодных экономических и политических сделок для президента Трампа. Возможен ли такой вариант? 

Make дипломатическая революция again

В рамках мысленного эксперимента, попробуем представить себе осуществление трамповских планов по поводу условного союза с Россией против Китая. Как мы указывали выше, союзнические отношения между Россией и Китаем нельзя назвать идиллическими. Поднебесная скорее заинтересована в сохранении европейских рынков, от которой она сама получает весомую долю наукоёмких товаров и технологий, взамен обеспечивая себе крупнейшего потребителя её товаров. Потенциальная помощь России в обходе санкций и поставке вооружений могли поколебать эту синергию, экономически не стоя того. Кроме того, у РФ нет особого рычага давления на своего более богатого союзника — основной экспортный товар в виде нефти и газа легко относительно просто заменить на такие же из стран Средней Азии (тем более доля импорта этих ресурсов в Китай у северного соседа относительно невелика). Полезные ископаемые в случае разрыва с российским рынком так же не станут проблемой для Поднебесной — его может заменить африканский рынок, где Китай, благодаря своим масштабным инвестиционным проектам, имеет огромное влияние на местные правительства.

Другой вопрос, отказ от США для европейских стран. Штаты имели большое влияние на европейскую политику в основном из-за: мягкой силы USAID (которую сам Трамп же и свернул), лидирующей роли во многих международных организациях (по типу ООН, из которой Белый дом грозится выйти) и военного зонтика. Этот последний пункт Штаты опять же угрожают либо свернуть, либо ослабить. Отказавшись от этих трёх пунктов, новоизбранный президент сам подталкивает страны ЕС к союзу с Китаем как альтернативы текущему порядку (тем более, что у Китая в принципе есть опыт размещения военных баз, которые могут заменить американские). Эту альтернативу мог отдалить только условный «национал-интернационал», различные правые и ультраправые партии, которые могут быть заинтересованы в союзе с реакционным правительством США. Другой вопрос, что внутренний потенциал роста правых в Европе кажется на данный момент исчерпан, просто завалить правых деньгами может и получится, но это не увеличит их эффективность (что доказывает опыт многолетнего финансирования Кремлем правых партий в Европе), а тенденциозные заявления новых американских воротил отпугивают людей от правых и раскалывают самих правых — о конфликте популистского и технократического крыльев консерваторов (например, Стива Беннона и Илона Маска) недавно писал и Борис Кагарлицкий*.

Кроме того, предполагаемый союз США и РФ напрямую угрожает влиянию ЕС в Восточной Европе. При том неважно, будет ли она являться членом этого союза или нет. Но только во втором случае, Европа сможет что-то противопоставить этому влиянию, опираясь на своего старшего союзника. России же союз с США может быть интересен как быстрое решение наболевшего западного вопроса, куда уходит значительная часть ресурсов страны и союзничество с более понятной по внутреннему устройству персоналистской диктатурой.

Итак, у каждой из сторон есть свои резоны чтобы изменить своего союзника. Такая ситуация не нова для нашего мира. Называемая некоторыми историками «первой мировой» семилетняя война и правда имеет черты таковой: конфликт затронул множество континентов и имел большое количество участников. А начался конфликт очень похожим образом. Отняв Силезию у Австрии, Пруссия значительно повысила свое влияние в Европе, став основным противником Франции. В результате чего традиционно соперничающие Франция и Австрия заключают союз, а Англия меняет своего союзника против Франции с Австрии на Пруссию. По результатам конфликта хотя последний альянс и смог одержать победу, но обе стороны понесли значимые потери, приведшие к крупным социальным потрясениям. От Великобритании отделяются 13 колоний, а во Франции третье сословие поднимает революцию, и выходцы из него получают серьёзную политическую власть. В результате в мире монархий и феодальных привилегий пробиваются ростки нового мира, в виде ещё неаккуратных буржуазных демократий, формы дающих куда больше свободы и возможностей для рядовых граждан.

Конечно, совершенно некорректно полностью отождествлять ситуацию века 18 и 21, нынешних участников и тогдашних. Но общий момент провести можно — нарушение статуса-кво в Европе (а учитывая колониальный характер Франции и Великобритании — в мире) привело к конфликту, в свою очередь вызвавшего перенапряжение сил и нехватку ресурсов, которую пытались возместить со своего населения (именно вопрос налогов и во Франции, и в США вызвал первоначальные социальные волнения)

*признан "иноагентом"