О Тайне

Вопрос

Как вам кажется, насколько такое несправедливо негативное представление об оккультизме может быть связано с теми тайнами, которые всегда окружала и окружает себя эзотерика? Простой человек видя эту ауру таинственности начинает фантазировать, и его фантазии обретают зловещие очертания – раз это окружено такой тайной значит тут что-то очень «злое», «плохое»? Не это ли причина дурной славы эзотеризма и насколько в современном мире вообще можно и целесообразно пытаться сохранить какую-либо тайну?

Ответ

Я готов согласиться с исходным посылом. Как говорится «сон разума рождает чудовищ» и как только какая-то группа начинает скрывать свои мистерии, невежественная толпа начинает подозревать ритуальные убийства христианских младенцев. С этим, к сожалению, ничего невозможно сделать, потому что сама суть эзотеризма, оккультизма связана с идеей тайны, сокрытия, ведь даже если просто проследить этимологию слов, они всегда указывают на наличие тайн.

Но проблематика Тайны как философской, психологической категории гораздо шире банального сокрытия секретов и мне кажется, что оно потребовало бы полноценного исследования - здесь мы можем только краем коснуться некоторых аспектов этой проблематики.

Суть тайного знания прежде всего в том, что при всем желании, истинные тайны, тайны связанные с духовным развитием невозможно разгласить. То что для одного будет сокровеннейшим символом связанным с глубочайшим опытом души, другому покажется лютой банальностью. Сама природа языка подразумевает сокрытие глубинных смыслов, даже если говорящий стремиться к их полному раскрытию.

Очень часто бывает, что получив доступ к неким эзотерическим тайнам, непосвященные разочарованно качают головами. Где же зажаренные младенцы, где коллективные гомосексуальные оргии, где участие в проекте по захвату мира? Все что видит непосвященный - это невнятный набор слов, жестов, знаков, за которыми для него не стоит никакой реальности. И на это следует удивление мол, «если это все, то чего огород городить»?

Вот, например, уже давно все ритуалы масонства изданы, обнародованы, провозглашены, а конспирологи не могут уняться, мол не может быть, что все так просто – не тайны мол, а какой-то елизаветинский театр.

А дело в том, что эти непонятные слова, формулы, жесты могут иметь свою силу и жизнь, только при условии, что находятся в своем контексте. Скажем применительно к масонству – в контексте масонского ритуала и только его. Вырвите их из контекста, и получится тот же результат как, скажем вырванный с корнем цветок. Но как подводный поток, эти символы и мистерии веками были истоком самых важных культурных инсайтов – достаточно вспомнить «Волшебную флейту» Моцарта или целый ряд философских веяний эпохи просвещения вдохновленных масонскими мистериями.

И этот процесс утраты контекста – это не только к эзотерическому знанию. Это ко всякому «знанию души», забвение истины при утрате контекста происходит мгновенно. Впрочем, наверно можно сказать, что всякое настоящее «знание души» это эзотерическое знание.

Вот в качестве примера такой деформации – учение Ницше. Вырвали его, поместили в нацисткий контекст. Одни радостно потирают руки – мол мы ницшеанцы, мы фашисты, другие презрительно отмахиваются мол «да фашист ваш Ницше». А когда тем и другим показываешь прямые цитаты где Ницше предлагал как срочную меру спасения культуры «выгнать из страны всех этих антисемитических болтунов» и писал даже из больницы своей сестре проклятия за связь с антисемитами и те и другие могут только одно – моргать как последние люди. То есть само учение Ницше, не смотря на свою открытость по сути оказалось «тайной» для абсолютного большинства, смотрящего на него сквозь призмы своего опыта.

Тут мы сталкиваемся с парадоксом тайны на который я хочу обратить особое внимание. Оказывается, что тайна нужна для того чтобы сохранить открытость знания, сохранить его контекст, сохранить, хотя бы в ограниченном пространстве возможность передачи и распространения. Потому, что оказавшись «обнародованной» тайна теряет свой смысл. А в наше время информационных технологий, мы живем фактически в «стеклянных домах» так что даже частичное сохранение тайны оказывается проблематичной.

Как я уже сказал, эзотерические тайны связаны с тонкостями духовного развития, глубинных переживаний символической реальности. И нужно немалое усилие, чтобы совершить «перевод», превратить «сырую материю переживания», будь то сон, откровение, трансцендентный экстаз, в полноценную культурную форму. Юнгианский философ Вольвганг Гигерих писал о проблеме малого и большого магистерия в связи с этим «переводом». Гигерих пишет, что переживания, сны, видения, откровения сами по себе это всего лишь «малый магистерий», значимый только для самого человека и очень немногих его близких. Так сны и видения Юнга без его учения, без долгого интеллектуального труда, не были бы Великим Магистерием сами по себе. Великим магистерием делает эти видения именно интеллектуальная, философская работа Юнга, позволяющая нам соприкоснуться с его магистерием, доносящие до нас звучание его снов и переживаний больше чем сам текст описывающий эти сны. Малый магистерий становится великим.

Почитайте какие-нибудь алхимические трактаты и попробуйте что-то в них понять – я гарантирую, что не получится. Это «сырая материя» магистериума, которая превращается в Магнум Опус усилием того же Юнга или скажем таких оппонентов Юнга как Эвола или Головин.

Когда я был моложе, я недоумевал и даже возмущался – зачем Юнг «сокрыл» свою Красную книгу, неужели он действительно так боялся осуждения буржуазных болтунов. Это Юнг-то. Но сейчас я понимаю эту глубинную основу тайны, когда многие годы «Красную книгу» давали читать только немногим юнгианцам самого близкого круга. Книга становилась своего рода семенем оплодотворяющим их души, передаваемое в контексте, оно позволяло сохранить исходный посыл. Обнародуй Юнг эту книгу раньше времени, он остался бы в истории как один из «эзотерических учителей» без своего неповторимого индивидуального лица.

Но точно также как в любой закрытой системе нарастает энтропия, в определенный момент тайна должна быть раскрыта. Это предельно деликатный момент, в котором никогда нельзя ничего просчитать заранее. Например, когда Регарди обнародует полную систему «Золотой зари», Золотая заря как Орден была уже духовно мертва, и это был одновременно – последний удар и возможность этой «смертью тайны» оплодотворить те немногие души, которые в противном случае остались бы за пределами. Точно так же и появление в наше время «Красной книги» это не досадное разглашение, а жизненная необходимость – Юнгианство уже слишком «примелькалась», его все больше адаптировали под требования духа времени в ущерб духу глубин. Поэтому единственная возможность сохранить реальное Юнгианство было разрушить эту тайну, и сама судьба нашла таких людей. Поэтому это чрезвычайно деликатная материя, где нельзя ничего рекомендовать. Мне только кажется, что определяющим здесь может быть истинный мотив. Тайна может разрываться во имя жизни или во имя смерти, тот кто раскрывает тайну во имя жизни обретает жизнь, кто во имя смерти - смерть. Мотив, при чем реальный, настоящий мотив тут является единственным критерием "Суда Маат" за разглашение тайны.

Истинным предназначением оккультизма является быть этими тайными, сокрытыми грунтовыми водами, питающими культурные новации, противостоящие энтропии. И это относится к самым разным направлениям культуры будь то наука или искусство. Цветок культурного сознания – наверху, но корни этого цветка – в земле. Так, опус Парацельса превращается в рождение экспериментальной науки, а опус Парсонса – в новейшие технологии ракетостроения. Я думаю, что это одна из высших задач оккультиста – донести «воду жизни» на поверхность коллективного сознания, не дав ей расплескаться или отравиться внешними влияниям, для чего нужно постоянно проводить работу Великого Магистерия. Такую попытку со своим «малым опусом» я и предпринимаю в работе «На темной стороне луны» превращая его в "Магнум опус". С одной стороны, я полностью откровенен в этой книге, в ней нет ни слова лжи, прямая ложь, сознательная, корыстная подтасовка в пользу той или иной ангажированности, убила бы дух книги и описывая некоторые события я был вынужден поставить под большой риск реально значимые для меня взаимоотношения. Но ее успех стал моим доказательством, по отзывам на сайте я могу сказать, что уже сейчас, эта книга нашла благодарных читателей.

С другой стороны, из тысяч снов, переживаний, синхроний, я отобрал для этой книги именно те, которые могут выдержать этот «перенос на поверхность». Если бы я стал публиковать все воспоминания до последней записи дневника, это было бы похоже на бессвязный бред, а не на магистерий. И это понимание отличает меня от большинства современных «околоэзотериков» выкладывающих всю свою подноготную в «необработанном» виде. Такие стратегии можно сравнить с лопнувшим сосудом – вместо драгоценного вина мы получаем грязь на ковре. Поэтому необходимость сохранения тайны, четвертая заповедь Сфинкса, все так же актуальна как и в древности и нужно глубоко знать себя и для того, чтобы уметь сокрыть тайну и для того, чтобы ее раскрывать.