"Код 410" | Часть 2

—Ты какого хрена Лукаса довёл до слёз? Почему он говорит, что ты, цитирую, "сделал Джона"?! — Лили кричала в трубку, пока Линч держал телефон рядом с собой, недовольно мыча и смотря на писателя. Джон лишь неловко смотрел на Линча, пока перебирал документы.

—Лили, послушай... Лукас сам себя до слёз довёл. Ему просто не стоило видеть то, что он увидел. Тут я не виноват.

—А что на счёт Джона? Что ты с ним сделал? — настороженно спросила Лили, уже придумывая самые разные ужасные события. Он же не выкопал его могилу?..

—Я сделал Джона, да, как ты и сказала. Точнее, я сделал искусственный интеллект на основе наших с ним видео и фото. Да, заняло довольно много времени, но я доделал! Он полностью работает! Да, некоторые воспоминания у него отсутствуют по понятной причине, но всё остальное на месте!

Лили была в шоке. В смысле, твою мать "сделал искусственный интеллект"? Линч вообще с ума сошёл? Лили, конечно, знала, что ему сложно пережить потерю Джона, но чтоб настолько, что он решился создать ИИ? Спасибо, что хоть могилу не стал раскапывать.

—Егор, слушай, мне кажется это не адекватно...

—Ты говоришь точно так же, как и Лукас! Я ради вас трудился в поте лица несколько лет, а это мои слова благодарности?!

Линч кричал, сильно кричал. Лили пыталась его успокоить, вскоре тоже перешла на крик, но Егор всё никак не замолкал. В итоге Лили сама сбросила трубку и заблокировала парня, тяжело вздыхая. Егор отложил телефон, что-то злобно ворча себе под нос.

—Ты сам всё слышал... — Линч встал из-за стола, начиная ходить по комнате.

—Жаль не удалось поговорить нормально. Лукаса жалко, на самом деле. Да и Лили... — Джон скрыл документы, и изображение его аватара стало больше, будто он подошел ближе к экрану, — Но всё равно они не понимают тебя, м? Ты же как лучше хотел, а они... Но мы есть друг у друга, нам и так хорошо, верно? — писатель улыбнулся, слегка наклоняя голову в сторону, — И да, советую тебе подумать на счёт разговора с Лили и Лукасом. Может, всё же найдёте компромисс.

Линч ничего не сказал. Он обдумывал правильно ли он вообще сейчас поступает, что бросает сестру одну, а племянника лишает надежды на нормальное общение с ним, так ещё и вновь загоняет в депрессивное состояние. Наворачивая очередной круг по комнате, он нервно сжимал край рукава рубашки, всё время посматривая в сторону компьютера, где на мониторе аватар писателя, зажавшись, пытался придумать что бы ему сейчас сказать... Ох, точно! Эванс предложил отвлечься. Всё что угодно: фильмы, музыка, прогулка, спокойный разговор о всяком разном. Егор кивнул. Надо успокоится, иначе снова впадет в психоз, но уже не по поводу "земли", а по поводу родни, что не принимает его решения. Хотя и их понять можно... Но Джон прав, они не понимают его. Не понимают ту боль, что чувствовал Линч.

—Давай я дальше продолжу разбираться с файлами, а ты отдохнешь. У тебя явно есть и другие дела. Или займись уборкой, например. У тебя в комнате полнейших хаос, я даже не представляю что в других комнатах.

—Ладно-ладно, хорошо. Только... Ты сможешь подключиться к телефону и взять оттуда несколько файлов? Мне некогда, да и... Я ужасно не хочу, — проговорил Егор, становясь на стул возле шкафа и доставая с верхних полок коробку. В ней находились вещи Джона, которые так и не разбирались с момента его похорон. Линч достал телефон, что был слегка разбит и находился в прозрачном, но пожелтевшем чехле, и подошел к столу. Повертев телефон в руках, парень наконец подключает его к компьютеру, — Просто... Любые фотографии и записи, которые ты посчитаешь интересными.

—Хорошо, я постараюсь. Позову, когда закончу.

Линч вздохнул. В его комнате ужасный бардак, действительно уборка не помешала бы. Егор стал убирать многочисленные упаковки от доширака, грязные вещи, что не стирались по несколько недель, бумажки, которые он считал важными и всё не мог никак выкинуть. Ну и развёл он у себя срачельник... А как иначе? Он только и делал, что сидел в компьютере целый день. Егору даже пришлось купить очки, чтобы глаза так сильно не уставали. Он выглядел в них довольно мило, если честно. Чем-то даже был похож на Джона в них. Правда, оправа немного другой формы...

Собрав весь хлам в пакеты, Линч вынес их на улицу и поставил возле входной двери. Немного задержавшись на крыльце, журналист вдохнул свежий воздух, осматривая двор. Всё уже заросло, надо бы и тут всё в порядок привести до наступления зимы. Рядом стоящие деревья уже сильно осыпались, что сделало работу по уборке двора чуточку сложнее. Но двором Линч займётся позже, сейчас надо хотя бы в доме прибраться. Зайдя обратно в дом, Егор пошёл в подвал. Там тоже много чего накопилось, да и давно там его не было. И портал молчит... Наверное, оно и к лучшему. Тем более он вряд ли вернется в будущее, особенно без Джона, который хоть как-то, да успокаивает журналиста своим присутствием. Подвал был обклеен листовками и записками, которые весят тут еще со времен, когда друг был жив. Журналист начал скрывать все эти бумажки, чтобы не вспоминать о том моменте, когда парень судорожно стоял возле стены и пытался что-то объяснить Джону, а тот лишь возмущался и пытался вытащить друга из подвала. Линч скучает. Безумно скучает. Пытаясь не разрыдаться, он одну записку за другой срывает и выбрасывает в пакет. Что в записках - не особо-то и важно. Всё равно всё это было написано в полном бреду. И черт, как же Егор боится вернутся в это состояние... Но ему кажется, что с каждым днём он становится всё ближе и ближе к тому моменту, чтобы сорваться и вновь впасть в психоз.

Но парня из раздумий о былом времени вытаскивает шум с верхнего этажа. Видимо, Джон уже закончил. И что же бы он делал без него... Линч поднимается наверх, по пути оставляет пакет в прихожей и заходит в спальню. Зайдя в комнату, парень замечает, что на экране нет Джона. Странно, чего это он ушёл... Подойдя к компьютеру, Егор стал звать друга, но ответа не последовало. Что, блин, за игры такие? Ладно, если он ушёл, значит закончил свою работу. Линч отключает телефон друга от компьютера и включает его. Вместо привычного главного экрана со стандартными обоями, его встретил полностью черный экран, а телефон иногда выдавал ужасные глюки, похожие на помехи. Что Джон сделал? Вновь позвав ИИ, Егор так же не получил ответа. Открыв телефон, он увидел, что все приложения были удалены, даже самые важные. Журналист забеспокоился. Тут же... Тут же все фотографии, все переписки; всё, что напоминало о Джоне, было в этом телефоне, который теперь больше походит на кирпич. Нет, это же не правда, он не мог такое сделать, он не мог удалить всё! Парень повернулся к компьютеру и стал искать среди файлов те, которые должны были скачаться с телефона. Фух, вроде нашёл, фотографии есть. Но... Среди обычных фотографий какой-нибудь природы или номера заказов в маке, были и фотографии самого владельца телефона, у которого было то заблюренное или перечеркнутое лицо, то вообще в целом отсутствовал на фотографиях. Да какого черта происходит? Линч стал искать по папкам Джона, пытаясь найти его. Нигде нет. Просто не может найти! Посмотрев на иконку запуска ИИ, журналисту пришла идея. Конечно, он не будет класть программу в корзину или удалять, но напугать тем, что он собирается это сделать... Да... Да, это определённо неплохая идея. Найдя среди папок ту, что хранила в себе данные об ИИ, парень, зажав левую кнопку мышки, стал перетаскивать папку к корзине. И это сработало! Вдруг появился Джон.

—С̶-͠с͠т̨о̸й̀!̀ ̸Н͞е͜ ̶д̶е͞л͝а̴й͏ ̕э̷т́о̵г҉о͘,̶ ̸п̨р͞о̛ш̕у͞.҉ ͏Я͝ ҉ж͠е̡ ͟б͠о̸л͡ь̧ш̨е͠ ҉т͡а̷к̕ ͢н̴е́ ̸б̧у҉д̧у́!̨ ̧Э҉т͞о͝ ́ш͡у̶т͢к̧а̧,̢ ̀х̡а̡-҉х̀а̀!̡ ́Л͟и͝н͘ч͢,͜ ͝м̀а̕т͏ь̸ ̛т͝в͏о͝ю̡,̴ ҉п̨р҉ѐк̛р̀а̸т̵и͞,̧ ͏я̀ ̀г҉о͜в̴о̶р̛ю̀,͠ ̶н͘е̛ ҉н͘а̵д́о͠!͟— послышался испуганный и искаженный голос Джона. Аватар покрывался помехами, ему явно было очень страшно. Джон, конечно, хотел показать своё недовольство на счет того, что Линч опять так или иначе вспоминает о настоящем Эвансе, но не думал, что это может привести к такому!

А Линч его не слушал и всё тянул и тянул папку ближе к корзине. По писателю было видно, что тот ужасно напуган и не знает, что делать. Выглядит так, будто тот сейчас схватит паническую атаку, хотя, в принципе, так и было. А что ему делать? Только просить Линча о прощении. Хотя, есть одна идея... Джон схватил курсор и стал пытаться перенять его на себя, как-то забрать папку и выбросить куда подальше, а затем и вообще спрятать её так, чтобы даже сам Джон забыл о том, где она находится. С большими усилиями, но у него получалось тянуть курсор на себя. Всё же, Линч был сильнее. Но вдруг сопротивление пропало и писатель грохнулся, выронив из рук курсор, что упал рядом с ИИ. Папка так же полетела непонятно куда, разбрасывая фотографии Джона и файлы с кодом, что так были необходимы для корректной работы программы, по всему экрану. (...Разве такое возможно?)

—Скажи мне, пожалуйста, какого хрена ты сделал это с фотографиями Джона и почему его телефон, где хранилась вся информация, стал кирпичом? Что ты мне делать прикажешь? Я не для этого тебя просил разобраться с телефоном! — Линч ударил со всей злостью по столу.

—Да потому что надоело! Ты постоянно, всё время, о настоящем Джоне только и думаешь! А я тебе кто? Просто игрушка? Линч, я всё понимаю, но пора уже отпустить его! У тебя есть я, я намного лучше, ты же и сам это знаешь! — выкрикнул парень, поднимаясь и поправляя очки.

Сейчас ИИ понимает что нет, он не тот самый Джон, он просто... Пустышка, созданная по его образу. Ему просто дали воспоминания, которые никак к нему не относятся. Он не Джон, он уже другая, отдельная личность. Теперь-то он понял! А Линч... Он и так это знал. Он всегда это чувствовал и даже не пытался себя переубедить. А может и пытался, кто его знает... Всё еще покрытый помехами, даже немного растворяясь, Эванс, сквозь боль, пронизывающую его тело, принялся быстро собирать выпавшие файлы обратно в папку. Он-то знал, что если не вернуть всё обратно, через какое-то время его тело будет искажаться, а потом и вовсе исчезнет. Хотя, это и Линч знал, но он ничего не делал. Наоборот, он даже отошёл от компьютера, будто надеясь, что Эванс забудет про эти файлы и со временем просто пропадет...

Собрав фотографии и файлы с кодом, Джон прижал папку с файлами к своей груди и удалил с рабочего стола значок запуска ИИ, чтобы Линч не смог вернуть его обратно, кликнув по иконке. Писатель спрятался в недрах файлов, пытаясь выбирать неочевидные пути. Там он и засел в обиде, словно маленький ребёнок. Егор же в свою очередь, просто молча наблюдал за этим. Как только Эванс скрылся, журналист ушел в другую комнату. Как так получилось? Он для Джона делал всё, что в его силах, а он поступает с ним так! И что с ним делать-то? Ладно, посидит, подумает... Может та попытка удаления его образумит, кто знает...

Наступила зима. Стало довольно холодно, снег уже доходил чуть ли не до окон дома журналиста, а подъезд к воротам приходится отчищать практически каждый день. И сегодня, кстати, тоже пришлось делать это, так как всю ночь шёл снег, а Линчу необходимо съездить кое-кого навестить. Не успев отдохнуть и поесть, парень переодевался в свою привычную одежду.

—Мне надо кое-куда съездить. Посидишь один, ладно? Дорога не быстрая, — проговорил Линч, надевая на себя пальто.

—Да, конечно, я найду чем себя занять, — сказал Джон и, включив музыку, расположился в кресле, надевая на себя чёрные очки.

Егор улыбнулся и попрощался с Джоном. Выйдя из дома, он сел в машину и выехал в город. Сейчас Линчу надо заехать в цветочный магазин и купить лилии. Приехав на нужное место, Егор купил цветы и зашел выпить кофе, холодно всё же. Сидя на скамейке и смотря на мимо проходящих людей, Егор медленно попивал напиток, о чем-то думая. Приятная и спокойная атмосфера разбавлялась внутренней тревогой парня. Его руки дрожали, но не от холода. Глаза бегали туда-сюда, будто что-то или кого-то ища.

Допив кофе, юноша отправился дальше в путь. Ехать пришлось часа два, даже чуть больше. Многие дороги замело и пришлось несколько раз делать большой крюк. Тем не менее, он наконец-то доехал. Правда, осталось найти это место... Какой там номер сектора? Ах, да, точно, семнадцатый. Линч, иногда пробиваясь сквозь неочищенные сугробы, шёл к нужному месту. Главное, не потеряться... Главное, не заблудиться... Главное... Ах, вот же он! Егор собирается подойти, но замечает знакомые фигуры рядом. Это Лили и Лукас. Мальчишка стоял на коленях и громко рыдал, а Лили гладила его по голове, слегка приобнимая за плечо. Что они тут делают вообще? Неужели они тоже посещают его могилу? Журналист с тревогой смотрел на них, надеясь, что они его не заметят. Сжимая букет цветов в руках, Егор покачивался, с ужасом вспоминая тот самый день. Через какое-то время Лукас поднялся и вместе с мамой он пошёл в сторону Линча. Пройдя мимо, брат и сестра переглянулись, ничего друг другу не сказав. Журналист подошел к могиле писателя и сел на снег перед надгробием. Ну вот и он. Настоящий Джон... Только глядя на каменное надгробие, у Егора пробивались слёзы. Вот он, под несколькими метрами земли лежи тут и гниет, как и Линч внутри. Его уже давно нет рядом и не будет никогда. Тот, что дома, лишь заполнение пустоты в душе журналиста, что осталась после смерти Эванса. Как бы Линч не пытался убежать от этой суровой реальности, она всё равно оставалась рядом, всё равно напоминала о себе, как и сейчас, когда журналисту наконец-то хватило духу посетить могилу друга спустя столько времени.

—Ну, привет, приятель, — задыхаясь слезами, проговорил Линч, — Ты как тут? Скучаю по тебе... Ты, наверное, на меня ругаться будешь, но и ты меня пойми... Я не мог просто взять и спокойно тебя отпустить, ты и сам же это знаешь. Ну не мог и всё! Ну и... я и сделал "тебя". Точнее, ИИ на основе наших общих воспоминаний. Прости, я просто ужасен... Хотел бы я лечь с тобою рядом в эту могилу, но не могу...

—Ну не молчи, скажи что-нибудь... Я так скучаю... Знаю, я ужасен, знаю, ты на меня зол, но прошу, дай хоть какой-нибудь знак... — Линч зарывался лицом в свои колени, сидя на снегу, и молил ответить ему, постоянно что-то неразборчиво шептал.

Конечно же, ответа не последовало. На что он надеялся? Егор просидел по меньшей мере еще полчаса, всё никак не решавшись покинуть это место. Линч положил букет белых лилий на могилу, медленно встал с земли и отряхнулся. Немного посмотрев на надгробие, Егор вздохнул, вытирая слёзы рукавом и, попрощавшись, пошел в сторону выхода. Слёзы всё ещё текли, мешая Егору чётко видеть. Хотя, он даже и не пытался сдерживаться: много лет он держал всё в себе, а поход на кладбище наконец-то пробило его на чувства. Главное, чтобы глаза не были красными к тому моменту, когда журналист вернется домой. Он ужасно не хотел, чтобы Джон узнал об этой поездке. Опять закатит истерику, как в тот раз... Линч ужасно не хочет разбираться с его кодом полмесяца, пытаясь понять какой именно строкой было вызвано это поведение. Да и если та ситуация была вызвана лишь каким-то чертовым телефоном, то что же будет, если ИИ узнает о посещении могилы?

Раздумывая о всяком, Линч наконец дошел до машины. Сев в неё, парень опустил голову на руль. Сейчас ему предстояло успокоится, заехать в магазин, а потом и домой к другу. Лишь бы он ничего не узнал... Почему тот не отключит программу, раз ужасно сторониться писателя и даже боится его действий? Всё просто: Линч всё ещё не в силах как-либо отпустить друга, даже если у них и будут такие натянутые и некомфортные отношения; даже если Линч больше и не пытается как-то убедить себя, что ИИ - это его старый-добрый Джон... Наконец-то выехав с кладбища, Егор заехал за продуктами, по мелочи купить чего-нибудь. Но в магазине он снова увидел Лили с Лукасом. На этот раз мальчик заметил его, но не стал ничего говорить, а просто со злобой смотрел на дядю, явно всё ещё обижавшись на того за тот случай. Линч так же никак не среагировал на племянника, будто они вовсе и не знакомы. Ужасное чувство пустоты... Желание что-то сказать всё нарастает и нарастает каждый раз, когда Линч вглядывается в слегка запотевшие очки мальчика, чтобы разглядеть его глаза, полные боли и печали, но с каждым вздохом ком в горле нарастает всё больше и больше, буквально душа Егора. Линчу нет прощения.

Приехав домой, журналист первым делом пошёл на кухню, чтобы разложить продукты из пакета. Руки ужасно тряслись. Мало же ему истерики на кладбище, и той встречи с Лукасом, так ещё и в соседней комнате его ожидает ИИ, что не дай бог узнает про его поездку. Не дай бог узнает, не дай бог... Как только Егор закончил с делами, парень зашел в спальню. Экран монитора всё ещё горел, но аватар Джона был повернут спиной к Линчу. На экране виднелось окошечко с сообщением "Ну и как там, на кладбище?". Егор застыл; ноги подкашиваются, сердце безумно застучало, на всё тело обрушилось давление, будто его сейчас раздавит. Этого не может быть... Он же не говорил Эвансу ничего об этом, даже намёка не давал!

—Джон, что ты такое несёшь, какое кладбище?! — кричал парень, пытаясь убедить себя, что Джон просто "играется" с ним. Ну не мог же он...

—Ты и сам знаешь, Линч. Мм, может тебе показать фотографии, которые я сделал, чтобы освежить твою краткосрочную память? — на экране начали появляться фотографии.

Фото в машине, где Линч положил букет себе на колени и, в ожидании светофора достал телефон кое-что посмотреть. Фото с кладбища, где Линч блуждает между могилами и пытается найти нужную. Фото, где Линч, сидя перед могилой друга, достает телефон, чтобы выключить противный пищащий звук, который, по видимому, был воспроизведён Джоном, дабы отвлечь парня и незаметно сделать фотографию местности. Уже было понятно, что Эванс следил за ним. Но зачем? А фотографии для чего? Будто прочитав мысли шокированного парня, Эванс сказал:

—Я следил за тобой через геолокацию. Правда, я этой штуке особо не доверяю, поэтому пришлось сделать пару фотографий. Ты только не ругайся, я же делал это всё ради твой безопасности! — ИИ врал. Ну, как врал, лишь немного приукрасил реальность. Да, он следил за Линчем, но явно не в целях безопасности. Знал он, что тот рано или поздно поедет на могилку плакаться, а послушать-то ой как хотелось! Тем более, после того случая с фотографиями, Линч часто пропадал вне дома, мог подолгу игнорировать ИИ, и в целом, как казалось писателю, чаще упоминал реального Джона, будто бы явно давая понять, что Линч больше не пытается принять программу за замену Эванса. Он не подавал виду, якобы не замечал. Но его терпение лопнуло...

—Как... Как ты вообще смог подключиться?!

—Нуу... Вообще, геолокацию было не так уж и сложно соединить, а вот для фото мне пришлось немного поработать над программкой. Помнишь, ты свой телефон подключал к компьютеру, чтобы я кое-какие файлы перенёс? Так вот, я тогда-то и скачал тебе программу на телефон и скрыл её. Ну разве я не гений? — немного с усмешкой проговорил Джон, дублируя свои слова на экране.

—Почему ты вообще это всё затеял? Джон, мать твою, это не смешно, меня это пугает!

—Чтобы следить за тобой, конечно же. Безопасность, все дела, я же сказал. А вот что касается кладбища и твоих речей... Меня это сильно обижает. Ты просто взял и забыл меня... Линч, так не делается. Мы оба знаем, что ты не воспринимаешь меня как Джона, но ты даже и не пытался! Ты же помнишь тот случай с телефоном? Я вот да. Пытался удалить меня, просто из-за какого-то тупого телефона твоего мёртвого дружка!

Журналист стоял в шоке. Мало того, что этот говнюк следил за ним и делал фотографии, так ещё и подслушивал! Не выдержав, Линч подошел к компьютеру и отключил системный блок с Джоном. ИИ хотел остановить его, возможно как-то оправдаться или извиниться, но не получилось. Стало резко тихо. Линч вздохнул и стал переодеваться, думая над поступком Эванса. Какая, нахрен, безопасность? Тем более после того, что он делал раньше! И то, как он кричал на Егора, со всей злостью... Раньше парень даже и представить не мог, что искусственный интеллект на такое способен.

Даже успокоившись, Линч не торопился возвращать Джона. Обидно. Обидно, неприятно и тревожно. Он больше так не может... Надоело, ужасно надоело. Все эти упрёки, крики, ссоры, слёзы... Может, ну его? Хочется просто взять и удалить, навсегда, наконец-то попытаться отпустить. Пусть хоть голос приятеля забудется, пусть хоть журналист больше не сможет представить его лица, пусть хоть больше никогда не заговорит с "ним", но зато душа будет спокойна. Он устал, ужасно устал. Надоело. Невозможно...

Джон стал неконтролируемым и ужасным по поведению. Он мешает Линчу работать, всё время его отвлекает, сам выключает компьютер, взламывает коды программ, ставит пароли, удаляет важные документы, изменяет свой же код, чтобы получить доступ к каждому пикселю на этом чёртовом компьютере! Линч пытался всё таки как-то ужиться с Джоном после того, что произошло ранее, но, видимо, ИИ не хотел так легко мириться с этим всем. Ещё тогда, когда он понял, что считать себя за Джона бессмысленно, а Линч ни в какую не хотел даже самим в это поверить, писатель принял решение проучить Егора. Просто тупо не давать ему покоя! Линч всё равно не сможет ничего сделать. Ну не удалит же его? Слишком уж он привык! Правда, было такое чувство, что...

Сейчас Линч не дома. Снимает небольшую комнатушку где-то на окраине города. Сбежал. Сбежал, как последний трус, вместо того, чтобы наконец-то разобраться с проблемой. Хотя, он пытался. Взял с собой ноутбук, предварительно сохранив код искусственного интеллекта, чтобы спокойно вновь перечитать его и что-то исправить. Но как он собирался вставить новый код? Джон просто так не позволит. Он не давал Егору даже открывать папки с расследованием, что уж там говорить про выключение самого ИИ! Линч всё же надеялся... Надеялся, что скоро всё прекратиться, что больше такого не будет, что будет как раньше. К сожалению, нет, не будет. На телефон Линча приходит сообщение; уведомление сопровождается звонким звуком, что выбивает юношу из сонного состояния. Опять, как тогда, не спит днями и ночами, дабы разобраться с кодом. Тяжело вздыхая, Егор берёт телефон. СМС, номер неизвестен. "Думал от меня сбежать?" Нет, только не это! Он и тут его достал! Журналист трясущимися руками выключает телефон и переводит свой взгляд на монитор ноутбука. Сразу же посередине появляется окно с сообщением "Ты такой смешной. Думал от меня сбежать? Как бы не так!" Ноутбук выключается с ужасно громким и противным звуком, Линч хватает себя за запястье; сжимает руку, сильно сжимает, чуть ли не до крови; на запястье остаются красные полосы, на глазах появляются слезы, а нарастающий ком в горле заставляет задыхаться. Нет, больше он так не может! Такая, казалось бы на первый взгляд, мелочь, полностью вывела парня из колеи. Схватив ноутбук, журналист со всей силой бросает его в стену, от чего пару деталек вылетает из корпуса, а монитор вдребезги разбивается, слышится характерный хруст. Парень достает из кармана брюк флешку и пристально смотрит на неё. Он уже давно её приготовил, на всякий случай. Видимо, этот случай уже настал. Сжимая её в руке, Линч быстро одевается и выбегает из квартиры, чуть не забывая закрыть дверь. Он даже денег не взял, чтобы заказать такси и на нем уже быстро добраться до своего дома. Да и пока Егор будет идти пешком, может быть, он всё же передумает?

Уже пройдя половину пути, Линч останавливается, вновь смотрит на флешку и вздыхает. Может всё же... Раздаётся громкий, давящий на уши, звук, похожий на белый шум. Телефон. Да какого хрена, он же выключен! Пока парень закрывал одной рукой своё ухо, другой он достал телефон. Сильным броском на землю, журналист ломает лишь экран, но не динамик. Несколько раз наступив на него, звуки всё же прекращаются. Егор берет телефон и ломает пополам, выкидывая устройство в урну. Джон явно намекает, что мирного решения не будет. Ну и не надо! Наконец-то дойдя до дома, Линч, стоя у входной двери, нервно сглатывает. "Может, всё таки не надо? Может, завтра всё нормально будет?". Нет, не может. Нет, не будет. Раздается неприятный и протяжный скрип входной двери. Медленными, неуверенными шагами парень проходит в темную спальню, что освещается лишь тусклым светом монитора. Он поднимает голову, почему-то тревожность сразу же проходит, как только журналист увидел писателя, повернутого спиной. "Ненавижу". Рядом окно с сообщением "Вернулся?"; Джон поворачивается и злобно смотрит на журналиста.

—Ну что? Всё таки осознал, что ты без меня никто? "Ах, Джон, я так скучаю!" - кричит Егорчик, пытаясь найти утешение во мне, совсем забывая о том, с какой целью он меня создал. Ты никогда не пытался принять меня, ты никогда не хотел этого... Линч, заканчивай уже весь этот цирк. И не смотри так на меня... — чуть ли не крича, проговорил Эванс, скрещивая руки на груди.

—Это уже слишком. Я действительно дорожу тобой, и тем, что ты был рядом. Ты действительно дорог... был дорог. Но, к сожалению, пришло время закончить всё это, — Линч достает флешку из кармана и подходит к столу, — Прости. Я правда пытался. Правда надеялся, что ты перестанешь так себя вести. Видимо, мы с тобой уже не найдем компромисс, — Линч вставляет флешку в системный блок и, быстро запуская программу с накопителя, отходит назад.

—Стой. Что ты делаешь?! Линч, только не говори мне, что это... — вирус.

Не успев договорить, Джон начинает "задыхаться", если так можно сказать. Появляются помехи, что разрывают тело на части; он смотрит на свои руки, которые медленно теряю форму, распадаясь на нули и единицы; в глазах всё расплывается, ему страшно. Страшно, больно. Больно! Ужасно больно!

—Л͠л͟И̷И̨͢ н̢҉н̢ч̵Ч̡͏͘ !̧͜1̢̏͢.͆͝ Сͦ҉̷́с̶ͪ͠Т̛̛̋͘о̕ й͜͢͟Й̡й̴̨̎͝,̆ͩ͏̨́͘,ͫ͝.ͮͪ͟͞͞͏ П̷̂̄̔͞͞͠рͣ͏̢е̷͗͡к̽ͤ҉ П̨̀Р̧ͦ͠Еͣ̇̀К̡̡ͪ͋҉͡р̸ а̃͡т̄̏ͮ͜и̢͒.̢̛ͯ̄͂́̀͡.̡̢̛͐͋͡!͑̄ͨ͢1̵̢̛̇1̸͡҉!̾͗ ͏́͟҉̡ Х̶̛̋́͝Х̵В̵̈́̔̚͠ а̴̷̀͜а̕͘͝  В̴̡ͫ̅̍͞т̷̌̏ѝ̵̸̀ т̡̀͡͞т̷̍̕͝,̶͂͒̍͜,̷̢͘͟͟.̵̒͑.͞͠,̸̈ͩ́ в̸̵̡̄҉ы̴т̡̨̛̽ͮТ̢̛̏́͘Т̷̴ͫ͢҉ а͝͡а̡́͜ Щ̨͏̛Щ͢҉̀ и̴͠ ф̡ Л̧͟Е̧е̸͠  Ш͟к͏у̨ у̷͟У̕у̶!҉ Б̨͞ б͝О̴͉͜ л̧͓л̵̶̜ь̷̻͝ Н́͘о̧́.͏̷̕.̶̴̧̠ б҉҉̸͈̺́0̲͢0̵̙̗͢͝ О͜͏̺͜л̶̛̛͍̭̀ ь͢҉̧̬͓Ь̴̪̺̪͘Б̶̛͘҉ н̖̼͟͢0͏̷̴͢͡ !̧́͝1͉̬͡͝1҉̢̛͟!́.̴̵̧̻̙̀͘.҉́̀ Х̨̛̙͟͡ ̲в̷̨̛̘̜̯́͘ а̷̢̧̛Т̙͟В̶̡̤̕͘͜Т̶͠ А̨̲́͘͢͡т̴͘͏̛̜и͏̸̨̲͠т̢̥͙͟ .̪̠͢͡.̨͘͠͝.̴̱͍ М͏̟͕͠М̨̀͞͡ͅн̨̺̭̀͞ѐ̦̘͘͟ н͘е҉̧̧̱е̶̢̙͔ С̢͟͡͏̝т͞ р̵̨̛̱а̢̥Т͏̧͠҉р̛̛͈͜а̷̶͏а͏̸̨Г̗͘ Ш̀͢Ш̵͟҉н̛н̶҉̦ 0̵͜0͞͠о͝.͝.͜!̶̕1̨!͠

Больно? Ему больно? Страшно? Линч не верил. Нет, это не правда. Хотя, Джон и раньше чувствовал страх, но... Он манипулирует. Точно, манипулирует, чтобы Егор прекратил его мучения, но этого не произойдет. Но... а если и вправду больно и страшно? Почему становится так... тревожно... Руки трясутся. Линч пятится назад, чуть спотыкаясь об собственные ноги. Что-то вспоминается. Нет, нет, не может быть... Нет!

В голове Линча промелькают воспоминания о том дне, когда Джон умер. Он оставил его позади, не уследил, не спас. Крик писателя раздается эхом в разуме Егора. "Больно! Линч, помоги мне! Линч, прошу, мне страшно!" Из колонок доносится искаженный голос приятеля, аватар распадается на маленькие частицы, экран покрывается искаженными сообщениями "Мне страшно, мне больно". Поздно. Уже поздно. Разум ИИ растворяется, как и его оболочка. Резкая тишина. На мониторе остается только сообщение о запустившимся ранее вирусе. Линч подходит ближе к столу и дрожащими руками выключает компьютер. На календаре дата: 17 ноября 202х года. 17 число... День, когда умер не только настоящий Джон, но и его воплощение в виде ИИ.

Прошло полгода. Линч уже полностью смирился с потерью Джона. С сестрой он более-менее помирился, точнее, пытался хоть как-то сгладить углы. И ему это удалось, их отношения немного улучшились, но та злоба всё ещё преследовала девушку, не давая простить младшего брата. Что на счёт Лукаса? Вряд ли он когда-либо простит дядю. Ужасно... Что на счёт "фиолетовой земли"? Егор так и не вернулся к расследованию. Не ясно, то ли он смирился, то ли просто боится вернуться в это ужасное состояние беспомощности и вечной тревоги, когда его комната была похожа на помойку, а лицо украшал не только шрам, но и мешки под глазами. Да и есть ли вообще в этом смысл?

Сейчас же Егор стоял на пороге квартиры Джона. Нервно сжимая ключи в потных ладонях, журналист смотрел на дверь. Прошло ужасно много времени с тех пор, как он тут был. Сейчас же в квартире никого, Дэйл давно съехал, а Джон... Уже и так ясно, что с ним. Наконец Егор решается вставить ключ в замочную скважину и открыть дверь. Зайдя в квартиру, сразу чувствуется тот самый запах, что всегда сопровождал писателя. Запах кофе, новеньких книг, легкого одеколона, который на самом деле никогда не нравился Линчу, но сейчас он так скучает по нему... Квартира была не в лучшем состоянии, но не такой уж и засраной, как это обычно бывало. Наконец-то журналист решился пройти в комнату Джона. С момента его смерти туда никто не заходил: ни Дэйл, ни Лили, ни Линч. Открыв дверь спальни, в нос ударил более отчётливый, даже приторный запах кофе и одеколона, заставляя журналиста прокашляться. Время тут будто застыло: этот стоячий запах; тёплый воздух, что окутывал годами непроветриваемую комнату; вещи, что так и остались лежать на своих прежних местах: всё это навевало ужасное чувство ностальгии. Будто бы писатель вот-вот выбежит из кухни, всё ещё дожёвывая еду и крича: "Не обращай внимания, это... Творческий беспорядок!" Пробираясь сквозь разбросанные на полу вещи, Егор подходил к столу. Грязная чашка, что всё ещё хранила в себе остатки кофе, салфетки, смятые записки и...блокнот. Открытый блокнот, в котором можно было увидеть запись. Видимо, это был личный дневник писателя. Дата: 17.XX.202X. Та самая... Запись гласит:

"Привет, Линч. Наверное, ты это читаешь спустя много-много лет, после моей гибели. Как там всё? Спас планету? Ха-ха... Ладно, не буду греха таить: всё это я пишу не просто так. Наверное, ты уже догадался. Я знал, что я умру. Точнее, мне это сказал Болтон, твой дядя, помнишь его? Поэтому я его так недолюбливал. Но, видимо, он был прав, раз ты сейчас видишь эти строки. Просто, хотел попрощаться в последний раз. Не знаю почему, но есть такое чувство, будто это случиться совсем скоро... И я не могу избавиться от этого. Интересно мне, конечно, знать, как я умер, при каких обстоятельствах, но скорее всего, не самым лучшим образом, верно? В любом случае, я хотел сказать, что очень благодарен тебе. Благодарен за такую долгую и крепкую дружбу с тобой. Ты действительно был самым близким для меня человеком. Конечно, у нас не обходилось без ссор, но у кого их не бывает? Знаешь... Каждый раз, когда мы попадали в опасные ситуации, я боялся не за себя, а за тебя. Ужасно боялся. Ты-то! Тебе ещё жить и жить! А мне, как видишь, уже всё... Только не плачь, ладно? Уже вижу как ты слёзы вытираешь. Ты можешь забрать дневник с собой, если хочешь. Тут мои стихи, записи всякие, даже какие-то небольшие истории по мотивам наших приключений. Да, я писатель без единой книги, но зато с самым лучшим другом. Не идеальным, конечно, но до безумия родным. Слишком приторно, да? Но это правда. Та правда, которую я так и не осмелился озвучить. Прощай, Егор. Надеюсь, мы встретимся вновь, когда-нибудь."

Запись заканчивается, а рядом видны очертания давно засохших слёз, что оставил в тот день Эванс. Теперь на бумагу падают чужие слёзы. Стоя один, в тускло освященном помещении, Линч рыдал. Рыдал как не в себя.

Вытирая слёзы рукавом, Егор забрал потрепанный дневник со стола и убрал его в сумку. Осмотрев комнату на наличие ещё чего-нибудь интересного, журналист выходит в коридор, а оттуда и на лестничную площадку. Слышаться тихие всхлипы. Дверь захлопнулась; звук поворачивающегося ключа в замочной скважине эхом разносится по квартире. Тишина.