Новая оппозиция пытается выбраться из экзистенциального кризиса
Позірк. Навіны пра БеларусьАдам ЮРЧЕНКО, политический обозреватель
![](/file/c805e5880a66ae9f7fc30.png)
Последние месяцы ознаменовались рядом скандалов внутри белорусских демократических сил, что служит отражением глубокого системного кризиса. Надолго ли это, что делать и как выбираться?
Ситуация в демократических силах начинает идти по колее классического белорусского постэлекторального цикла. Сначала — популярность и узнавание внутри страны, затем — репрессии, изгнание (в эмиграцию или внутреннее политическое гетто), постепенная утрата влияния и замыкание деятельности структуры на себя.
В нынешнем случае, после тектонических событий 2020 года, масштабы и контекст совершенно иные, чем во времена "старой" оппозиции, но сюжет схож.
Структуры политической эмиграции повисают в воздухе
Помимо давления режима, у текущих и прежних проблем оппозиции есть и другая схожая природа. Это особенности создания структур, не исправлявшиеся до последнего времени. Все создавалось стихийно, из того человеческого материала, что был под рукой. В итоге излишняя открытость, инклюзивность и отсутствие опыта привели к драматическим последствиям, как в случае с инфильтрацией агента ГУБОПиКа в проект "Черная книга Беларуси".
К этому можно добавить политическую культуру, в которой можно было делать заявления, а потом пробовать подгонять под них реальное положение дел. Есть немало примеров, когда громко сообщали о создании/запуске/инициировании чего-либо, что потом не наполнялось реальной деятельностью, людьми и ресурсами. Повод тихо забывался, и так до следующего раза. Сейчас этот цикл вынужденно остановлен, и мало шансов, что он будет запущен вновь.
Попытки же институализироваться и эволюционировать идут со скрипом. Объединенный переходный кабинет (ОПК), который должен был стать реальной структурой, имеющей рычаги исполнительной власти, таковой все еще не является. Причина тому — дефицит ресурсов и кадров. Найти компетентного специалиста, который согласился бы занять, по сути, "расстрельную" должность, и до последних кризисов было непросто. Сейчас, после кейса Татьяны Зарецкой, найти таковых будет практически невозможно.
И это не говоря уж обо всех остальных проблемах, с которыми сталкивается кабинет в первые месяцы своей организации. Часть функций Офиса Светланы Тихановской (ОСТ) и ОПК пересекается, что создает ненужное дублирование.
У остальных структур значимого прогресса тоже пока не видно. Оппозиция к оппозиции в виде Валерия Цепкало и его соратников продвигает альтернативные выборы в некий квазипарламент, сторонники Зенона Пазьняка пытаются обозначить себя в реальности движением "Вольная Беларусь", но оно все еще больше похоже на виртуальное. Военное строительство, завязанное на силовой сценарий перемен в Беларуси, стоит особняком, его представители в политической борьбе вроде как не участвуют, но, насколько известно, сложности есть и в этой сфере.
Отдельно стоит отметить перезапуск Координационного совета, который сейчас набирает новый состав. Часть оппозиционного политикума даже рассчитывает с его помощью потеснить потрепанные кризисами флагманы — ОСТ и ОПК. План амбициозный, но вряд ли реализуемый.
Доверие к политике если и падает, то в целом, а не к отдельным субъектам. К тому же переназначение не решает ключевую проблему — отсутствие исполнительных механизмов. От пересадок и самоназвания реальная власть и ресурсы не появятся. А аудитория, разочарованная прежними неудачами, отвернется от пустой структуры еще быстрее.
Окно возможностей будет, вопрос в готовности действовать
В общем, следует трезво оценивать возможности существующих инициатив противников режима. Даже если часть из этих структур относительно устойчива, имеет поддержку партнеров, относительную узнаваемость и ресурс, то с деятельностью внутри Беларуси у всех примерно одинаково плохо. Да, упоминаемость может разниться, но это явно не то, что можно было бы назвать электоральным рейтингом или уровнем поддержки политического лидера.
Но сколь непростой ни была бы ситуация на политическом поле, запросы и проблемы, с которыми сталкивается белорусское общество, никуда не делись, и их надо кому-то решать. А значит, у любой структуры, которая сможет хотя бы частично их решить, появляется шанс на возрождение или, по крайней мере, обоснование своего существования.
Эти запросы вполне осязаемы и конкретны. Их можно разделить на такие направления: солидарность, самооборона, информация.
Если говорить о солидарности, то здесь проблема стоит наиболее остро. Тысячи человек в тюрьмах по политическим мотивам, у многих есть близкие, кому нужна поддержка. На этом поле одновременно работают правозащитники, волонтеры, благотворительные фонды, но полностью покрыть запрос все равно никто не в состоянии.
Даже по самым скромным оценкам, регулярная отправка передач, оплата адвокатов и поддержка семей в расчете на тысячи человек требует сумм с шестью нулями. Кроме того, начинают выходить политзаключенные, отбывшие свои сроки. Всем понадобятся новые формы поддержки, которой пока нет.
Самооборона — это широкий комплекс запросов, связанный с обеспечением безопасности и защитой независимости страны. Беларусь балансирует на грани активного вступления в войну с Украиной, с одной стороны, и окончательной российской оккупацией — с другой. На это накладываются репрессии и встречное желание возмездия, восстановления справедливости.
Понятно, что действовать в этом плане внутри Беларуси крайне сложно, и об этом сейчас речи не идет. Но если говорить о формированиях вне страны — до серьезного потенциала тоже еще далеко. Плюс в том, что этим занимается несколько инициатив, но, скорее всего, потребуется широкое военно-спортивное движение, массово вовлекающее диаспору, которая тем временем понемногу ассимилируется.
Информационная работа тоже критически важна, поскольку остается единственным инструментом, связывающим вытесненные в эмиграцию политические силы и Беларусь. Хотя медиапроектов много, немногие из них выходят за пределы сформировавшегося информационного пузыря. Блокировки ресурсов и деполитизация белорусов делают свое дело.
Но что еще хуже — так это постепенное расхождение между медиа и их аудиториями, ножницы между запросами читателей и тем, что можно написать о стране, находясь за ее пределами. К тому же репрессивный аппарат делает все возможное, чтобы разорвать связь аудитории и журналистов. Тот, кто сможет пробить эту стену, попасть в запросы аудитории и при этом адекватно их отработать, тот и добьется успеха.
При этом за локальными трагедиями важно не забывать о событиях в регионе — российско-украинская война вполне может утянуть за собой последнего союзника России. Кроме того, первопричина политического кризиса никуда не пропала, поскольку он был вызван и регулировался только одной персоной — Александром Лукашенко. Потому какой бы раздрай ни происходил у его оппонентов, все предпосылки для нового витка противостояния режима и общества сохраняются.
✅ Подпишитесь на "Позірк" в "Телеграме", чтобы не пропустить важные новости о Беларуси и аналитику от известных авторов.