Новая любовница оказалась лучше прежней связала мужика и трахнула
![](/file/02050ab87549b8d717c55.gif)
⚡ ПОДРОБНЕЕ ЖМИТЕ ЗДЕСЬ 👈🏻👈🏻👈🏻
Новая любовница оказалась лучше прежней связала мужика и трахнула
В поисках продолжения (продолжение) «Катя, пожалуйста» - сказала Эмми. «Это не смешно. Отпусти меня…пожалуйста». Ее голос прозвучал так жалко, что Эмми стала противна сама себе. Катя взяла ее за ошейник и потащила за собой. Шатаясь и спотыкаясь, Эмми последовала за светловолосой девушкой. Это все было просто шуткой, возможно неудачной попыткой Кристины помочь ей преодолеть писательский кризис. Vollständig anzeigen… Она объяснит Кристине, что в этом нет необходимости, и та отпустит ее. Ей не нравились такие вещи, каким бы ни было содержание ее книг. Она делала это только из-за денег. О, боже! Она была голая, полностью обнаженная перед этой женщиной. Кристина тоже увидит ее голой. Она даже не могла прикрыться руками. О, нет! «Золотой Цветок» - раздался низкий возбужденный голос. «Приятная встреча». Эмми подняла глаза. Она совершенно не имела понятия, где она очутилась. Она думала, что это была гостиная или спальня Кристины. Вовсе нет. Это была большая комната в изысканном арабском стиле, погруженная в полумрак, освещенная лишь несколькими мерцающими свечами. На стенах и потолке висели цепи с оковами, а в пол были вмонтированы крючья. Обстановка была роскошной. Стены были увешаны картинами, на каждой из которых, как Эмми с ужасом заметила, были красивые закованные женщины. В дальнем конце комнаты, развалившись на длинном диване, сидела Кристина, только она совсем не была похожа на ту женщину, которую Эмми встретила на вокзале. Вся одежда Кристины состояла лишь из нескольких полосок шелка: одна полоса обвивала ее красивую грудь, едва ли что-то скрывая, другая тоненькая полоска охватывала ее промежность, спереди и сзади прикрепленная к шелковому поясу у нее на талии. Кристина сидела, вытянув одну ногу, едва касаясь пола голой стопой, а вторую поджав под себя. Искусно накрашенная, она выглядела чувственно и властно, ее длинные волосы мягкими волнами ниспадали на плечи, красиво обрамляя лицо. Она выглядела как королева, могущественная и опасная женщина. Катя поставила Эмми перед ней не колени. Кристина медленно обвела обнаженное тело Эмми сверху вниз безразличным взглядом. Краснея от смущения, Эмми попыталась сжать ноги и наклониться, пряча свою наготу. «У тебя прекрасное тело, Золотой Цветок. Почему ты пытаешься спрятать его от меня?» Эмми хотела сказать что-нибудь, но ее горло словно парализовало. Она почувствовала, как слезинка скатилась у нее по щеке. «От моей сестры ты тоже прятала свое тело? С ней ты была такой же застенчивой? Это добавляло очарования вашим отношениям?» Эмми вскрикнула, когда Катя схватила ее за волосы и вернула в прежнее положение – на коленях, с прямой спиной. Сейчас ее тело было полностью открыто для Кристины, и она внимательно изучала его. «Отвечай Королеве Саломее» - прошипела Катя у Эмми за спиной. «Кристина, пожалуйста» - сказала Эмми. «Это плохая шутка. Пожалуйста, отпусти меня». Но Кристина продолжала, словно не слыша Эмми. «Я росла в ее тени, ты знаешь это. У нее было все, что она хотела. Все, чего бы она ни пожелала. И я пообещала себе, что однажды я заберу у нее все. А сейчас, ты видишь? Все, чем она владела, теперь мое. Ее замок принадлежит мне, ее страна». Она широко и чарующе улыбнулась. «Ее любовница принадлежит мне. Конечно, она сама пока не принадлежит мне, но будет. Ты мне скажешь, где она». «Нет» - сказала Эмми. «Пожалуйста, неужели вы не понимаете, что это плохая шутка? Отпустите меня!» - но она не смогла сказать все это. Все, что она говорила, было «нет», снова и снова. «Да, моя милая, ты скажешь. Но сначала ты отдашься мне, как отдавалась ей. Ты будешь любить меня, как любила ее. Ты будешь ползать возле моей кровати, целовать и лизать меня, будешь служить мне и делать все, что я пожелаю». «Нет» - снова сказала Эмми. Сейчас она уже рыдала. «Нет. Кристина, пожалуйста…» «Заткни ее» - резко приказала Кристина. Эмми вскрикнула, когда Катя внезапно силой вставила толстую полоску скрученной кожи ей в рот. Концы полоски защелкнулись на затылке Эмми, плотно облегая голову. Она пыталась сказать что-нибудь, но не смогла. Она чувствовала лишь отвратительный вкус кожи. «Ты будешь называть меня Госпожа Саломея» - сказала Кристина. «Или Ваше Величество, как тебе больше нравится. До тех пор, пока ты не будешь так ко мне обращаться, тебе лучше молчать». Все это казалось бредом, безумием. Эмми совершенно не могла соображать. Это была всего лишь плохая шутка. О, Господи, зачем она только приехала сюда? Зачем она вообще писала эти книги? Ей следовало ожидать, что может случиться нечто подобное. «Посмотри на себя» - проворковала Кристина наигранно строгим голосом. «Ревешь как девчонка. Ты ведь была такой гордой, Цветок. Такой сильной и самоуверенной. Я сомневаюсь, что ты могла бы поверить, что окажешься в таком положении, не так ли?» Эмми покачала головой. Это было абсолютной правдой. Кристина встала со своего трона – дивана – и направилась к Эмми, медленно и грациозно. Она выглядела именно так, как Эмми и представляла себе, должна выглядеть Саломея. Одежда, походка, невероятное высокомерие и красота…все было безупречно. Катя задрала голову Эмми, когда Кристина остановилась прямо возле нее и посмотрела вниз. Эмми жалко захныкала, когда ее мучительница нежно погладила ее лицо, и, стерев пальцем слезу, попробовала ее на вкус. «Ты вкусная» - сказала она. «У тебя вкус страха». Катя крепко держала Эмми. Не в силах пошевелиться, она вынуждена была смотреть в лицо женщины, которая подсыпала ей снотворное и теперь силой удерживала у себя. «Ты будешь ползать передо мной» - прошипела Кристина. «Ты будешь целовать мне ноги, ты будешь боготворить меня». Говоря это, она особенно выделяла слово «будешь», заставляя Эмми вздрагивать каждый раз. У Кристины не было и тени сомнения, что все это произойдет. «Ты отдашь себя мне. Ты будешь умолять меня прикоснуться к тебе, поцеловать тебя, трахать тебя, пока ты не будешь кричать. Ты БУДЕШЬ делать все это». Она улыбнулась, а Эмми начала дрожать. Она много раз описывала дьявольские улыбки своих героинь, но она никогда не видела, чтобы так улыбались в реальности. «И ты будешь моей. У тебя есть один единственный шанс, маленький Цветок. Единственный шанс, перед тем как я начну пытать тебя. Ты покоришься мне добровольно?» Пытать? О, нет, она не выдержит. Одно дело унижения, но физическая боль! Эмми вспомнила хлыст у Кати за поясом. Да, она сделает все, лишь бы ей не делали больно! Она не смогла бы терпеть боль! Она попыталась сказать «да», но ее голос заглушал кляп. В отчаянии она пыталась кивнуть головой, но Катя крепко держала ее. «Нет?» - игриво сказала Кристина? «Ну, хорошо, ничего другого я и не ожидала от храброго и преданного Золотого Цветка. Я уверена, потребуется масса усилий, чтобы сломать тебя». Она вернулась к своему трону и села. «Но сломаю, я сделаю это». Снова выделив «сделаю». Эмми трясло, и она начала безудержно рыдать. Эмми не сопротивлялась, когда Катя освобождала ее от цепей. Она могла бы попытаться бежать, но она не осмелилась. Катя обращалась с ней мягко, но она ясно давала понять, что она может быть и более жесткой, если возникнет необходимость. Как только ее руки были освобождены, Эмми была поставлена на ноги, ее левая рука тут же снова закована и поднята цепью вверх так, что она могла стоять только на цыпочках. Вторая рука оставалась свободной. Левая нога, заведенная назад и согнутая в колене, за лодыжку тоже была притянута вверх. Эмми поняла, как ее собираются заковать. Она начала извиваться, но Катя лишь с большей силой стала тянуть ногу, закрепляя цепь на лодыжке. Второй конец цепи Катя приковала к правому запястью Эмми. Цепь была очень короткой, поэтому не было никакой возможности ослабить натяжение. Эмми почувствовала боль. Она знала, что очень скоро боль станет невыносимой. Заковав Эмми таким образом, Катя отошла от нее. Подвешенная за одну руку, Эмми едва сохраняла равновесие на одной ноге. Кристина подошла очень близко к беспомощной Эмми и хрипло спросила: «Чем вы занимались в постели с моей сестрой? Что ты любила, чтобы она делала с тобой?» Эмми лишь мычала через кожаный кляп. Ее нога начала дрожать, а растянутые мышцы пылать огнем от напряжения. «Она ласкала твою киску? Она целовала твои груди?» Кристина слегка прикоснулась к груди Эмми, и беззащитная девушка вздрогнула. Это было едва ощутимое прикосновение, но Эмми вздрогнула так, как будто получила разряд электрического тока. «Я уверена, что она делала это. У тебя прекрасная грудь, мой маленький Цветок». Она наклонилась и поцеловала сосок Эмми. Сначала она лишь слегка прикасалась чувственными губами, но потом она приоткрыла рот и стала нежно ласкать розовый сосок языком. Она жадно облизывала его, словно кошка, лакающая сметану. Когда она полностью обхватила сосок губами, посасывая его, Эмми, мелко задрожав, откинула голову назад. Она никогда не испытывала ничего похожего. Никто не целовал ее груди раньше. Она описывала такие сцены несколько раз, но она и представить не могла, что сама испытает это. Что делали ее героини в подобных случаях? Было очевидно, что Кристина проигрывала в реальности воображаемую сцену из ее книги. Если Эмми суждено было выдержать это, остаться живой, то ей предстояло стать подобием Золотого Цветка. Как вели себя ее героини? Она пыталась сосредоточиться, не думать о жгучей боли в напряженных мышцах и долгом влажном поцелуе на груди. Как вели себя ее героини? С пугающей очевидностью, она нашла ответ на этот вопрос. Они сдавались. Все они сломались под пытками. Потом им удавалось бежать и одержать победу в конце концов. По счастливой случайности или с помощью друзей. Они обладали сильной волей, но все таки все они были порабощены. Сеньяхаз сделала Звезду Лили своей рабыней. Леди Рона под пытками сломила сопротивление Чейз. Тариланна была превращена в ничтожную рабыню. Мирия спаслась от Жрицы Лира с помощью своих друзей. Эмми жалобно застонала, когда Кристина начала ласкать другую грудь Эмми. Ее героини были сильные, смелые и удачливые, но никто из них не смог выдержать подобных пыток. Что уж говорить про Эмми! Очень быстро ее соски затвердели и вытянулись, мокрые от слюны Кристины. Безжалостная мучительница больно сдавила их длинными ногтями и подала знак Кате. Светловолосая стражница протянула Кристине небольшой металлический предмет. Эмми посмотрела на него и ее глаза округлились от ужаса. Инструмент для прокалывания плоти не оставлял сомнений в намерениях Кристины. Нет! Нет! Пожалуйста, нет! Но она не могла говорить, и она сомневалась, что Кристина пожалеет ее, даже если бы она молила ее об этом. Не пожалели бы ее ни Сеньяхаз, ни Рона. Конечно же не пожалеет и Саломея. Эмми еще не описывала Саломею, упоминая ее только в разговорах или фантазиях. Часть проблемы с написанием этой истории в том и заключалась, что она понятия не имела, чего хотела Саломея и как она выглядела, и что собиралась сделать с Золотым Цветком. Сейчас она знала это. Саломея ожила у нее в голове, и выглядела она точно так же, как выглядела Кристина. Голос Кристины, ласковый и чарующий, властный, надменный, мстительный…именно так должна говорить Саломея. И Саломее совершенно чуждо чувство жалости. Она не остановится ни перед чем, чтобы получить все, что она хочет, а хочет она все, что принадлежит ее сестре. Цветок и Таниелла никогда не были любовницами, но Саломея конечно думала, что были. Эмми взвыла через кляп и отчаянно задергалась в своих оковах, когда первый сосок был проколот острой иглой. Кристина вставила в кровоточащее отверстие сверкающее золотом кольцо и намертво защелкнула его концы. Такая же участь ожидала и второй сосок. Кристина соединила оба кольца толстой золотой цепью, наслаждаясь болью и ужасом в глазах Эмми. «Моя сестра всегда была слишком мягкой. Она никогда не обращалась с тобой как со шлюхой, которой ты являешься. Я уверена, что она никогда не заковывала тебя в цепи, не связывала и не порола твое маленькое чудное тело. У тебя была слишком легкая жизнь здесь, не так ли?» Эмми могла лишь смотреть на нее, полная животного страха, убежденная, что Кристина не остановится, пока не сломает ее, полностью не сломает. Никто не придет, чтобы помочь ей. Никто. Нет, не Саломея! Кристина! Это была Кристина, ее «величайшая поклонница», а не вымышленная королева-ведьма. «Стой спокойно и смотри» - приказала Кристина. Она откинулась на спинку дивана, а Катя подошла к ней, сбрасывая свои кожаные одеяния. Она страстно поцеловала свою Госпожу, а потом опустилась на колени, целуя и облизывая нежные бедра Кристины, медленно поднимаясь все выше. Эмми смотрела, как Кристину сотрясал сильнейший оргазм. Никогда раньше она не видела такой яростной разрядки, и конечно же не испытывала ничего подобного сама. Через терзающую боль, которая наполняла сейчас ее, она подумала, что Цветок была такой же неопытной, как и она сама. Красивая женщина-воин, привыкшая к вниманию и мужчин, и женщин, не имела особого интереса к сексу. Она была влюблена в Таниеллу, храня безнадежную неразделенную любовь к своей законной королеве. Таниелла не отвечала ей взаимностью, она не любила ее, а Цветка больше никто не интересовал, и она оставалась одна. Теперь книга начинала обретать форму. Эмми не терпелось вновь приступить к работе. Но сейчас она была закована, неспособная двигаться, кроме как извиваться в своих оковах, которые крепко держали ее. Она попыталась поднять ногу выше, чтобы ослабить давление цепи на запястье, но тут она чуть не потеряла свое шаткое равновесие. Боль в ее левом запястье итак была достаточно сильная, не говоря о том, чтобы удерживать вес всего тела. Потом она попыталась опустить ногу настолько, насколько была способна, чтобы вернуть тело в прежнее положение, до предела натягивая цепь на правом запястье. Ей ничего не оставалось, кроме как ждать и смотреть, и пытаться превозмогать боль. Когда Кристина кончила, она властно оттолкнула Катю в сторону и поднялась. Тонкой шелковой полоски вокруг ее талии уже не было. Эмми никогда раньше не видела половых органов других женщин, и она не могла оторвать глаз от промежности Кристины. Волосы на лобке были мокрые и спутанные. Кристина источала резкий запах сексуального возбуждения. Кристина едва прикоснулась к животу Эмми, и несчастная девушка чуть не потеряла равновесие. «Моя сестра когда-нибудь занималась этим с тобой?» - спросила она. Эмми мычала под кляпом, отчаянно пытаясь сказать что-то. Кристина расстегнула кляп и вытащила его изо рта Эмми. «Что ты хочешь сказать мне, мой дорогой Цветок?» - спросила она. «Пожалуйста» - прошептала Эмми. Как она хотела, чтобы ее называли? «Госпожа Саломея…пожалуйста, освободите меня от цепей. Я сделаю…». Она почувствовала себя такой жалкой, ей было тошно произносить это, но она больше не могла терпеть эти муки. «Я сделаю все, что вы хотите». «Ты встанешь на колени передо мной, будешь целовать мне ноги?» «Да, Ваше Величество». «Ты будешь целовать мои груди и принадлежать мне полностью?» «Да, Ваше Величество». «Ты будешь умолять, чтобы я позволила полизать меня, доставить мне удовольствие, делать любые отвратительные и унизительные вещи с твоим беззащитным телом? Ты отдашь себя мне в качестве вечной рабыни?» Эмми рыдала. «Да, Ваше Величество». Кристина фыркнула. «Это обман. Телохранительница королевы Таниеллы, Золотой Цветок, никогда бы не сдалась так быстро. Все это ложь». Эмми пыталась возразить, но кляп быстро вернулся обратно к ней в рот. «Я не люблю, когда мне лгут. Повисишь здесь, и, возможно, тогда твои слова станут более искренними». Она вышла из комнаты с надменно поднятой головой. Катя засеменила следом за ней, остановившись на миг, чтобы окинуть взором, полным триумфа, закованную девушку. Эмми осталась одна, беспомощная, неподвижная, надежно скованная цепями и вынужденная страдать от безжалостной жестокости Королевы Саломеи. Золотой Цветок висела в пустой комнате, плача от безысходности. Она так быстро чуть не покорилась Саломее. Потребовалось так мало усилий, чтобы сломить ее волю. Даже Саломея не поверила в это. Она подумала, что это хитрость, не предполагая, что Цветок правда молила о пощаде.
В поисках продолжения Золотой Цветок часто заморгала, как только ее вытащили из темноты каземата, она была ослеплена светом фонарей. Там, где она содержалась – в маленькой темной камере - была кромешная тьма. Единственным занятием в этой темнице - было считать часы и терпеливо ждать своей участи. Vollständig anzeigen… Две ее охранницы крепко держали ее, чересчур крепко. Обе охранницы были красивыми женщинами, смуглыми и темноглазыми. Их страстные пристальные взгляды были устремлены на красивое, и едва прикрытое тело Цветка. На их полных сексуальных губах играла понимающая улыбка. Женщина-воин залилась румянцем от смущения под бесстыдными и откровенными взглядами своих тюремщиц, что было ей совершенно не свойственно. Она старалась вырваться изо всех сил, но была слишком слаба. Время, проведенное в темнице, давало о себе знать – от удара по голове, которым ее сбили с ног и от недосыпания, ее слегка шатало. Тюремщицы с легкостью держали ее, ведя ее к тронной зале, где ждала новая королева. Конец Четвертой главы. «Какое продолжение у новой истории?» Эмми посмотрела на электронное письмо, обдумывая ответ. Она избегала электронных посланий и телефонных звонков от своего издателя уже в течение нескольких недель. Но это письмо было от Кристины, ее самозванной «величайшей поклонницы». «Не очень хорошее», она печатала. «Я не могу ничего придумать уже в течение нескольких недель». Никогда еще у нее не было такого писательского кризиса. Да, бывали трудные моменты время от времени, но чтобы так.…И она вовсе не писала что-то серьезное, вроде Войны и Мира. Совсем нет. Все было гораздо проще. Она писала низкопробные лесбийские садомазохистские истории с различными тематическими фантазиями. Сорок тысяч слов было достаточно. Ей обычно удавалось использовать фантазийный жанр, искусно вплетая слабый приключенческий сюжет, добавляя большое количество лесбийского секса, насилия, пыток и т.д.. Ей обычно удавалось написать историю за два или три месяца. Сама она совсем не была лесбиянкой. Вовсе нет. Она не была экстравагантной, как многие в наши дни. Она была скромной, довольно мягкой и имела мало друзей. Насколько она могла помнить, она всегда хотела быть писателем. Будучи еще ребенком, она писала самые разные фантастические истории. К несчастью, ей не везло, и ее серьезные работы никогда не публиковались. Издатели все время отказывали ей, поскольку ее произведения были слишком длинны, слишком серьезны, отличались высокопарным стилем и еще по многим причинам. Потом она нашла издательство, которое называлось Дом Цепей, совершенно случайно, ища издательства в Интернете. Они принимали рукописи к издательству, если те содержали много секса и не были слишком длинными. Это совершенно не казалось вдохновляющим, но благосостояние и самооценка Эмми стремительно сходили на нет. Если бы ей удалось что-нибудь опубликовать, что-нибудь на бумаге, тогда это было бы уже кое-что. Ее первая книга была закончена через шесть недель и называлась Похищение Пантер. История о высокомерной аристократке, которая покупает дикую необузданную женщину в качестве рабыни. В итоге аристократка оказывается плененной и попадает в джунгли, где сама, в свою очередь, становится рабыней. Книга была быстро распродана. Так же быстро разошлось и второе издание книги. Очень быстро издательство всерьез заинтересовалось ей и запросило вторую, а потом и третью книги. Сама того не сознавая, Эмми сделала себе карьеру. Это было совсем не то, о чем она хотела бы писать, но это было довольно легко, деньги платили хорошие, и она получала удовольствие, видя, что ее книги публикуются. Конечно, она использовала псевдоним, но она знала, что это были ее книги. И этого Эмми было достаточно. Это также означало, что она могла теперь зарабатывать написанием книг, и это было для нее всем, что Эмми когда-либо хотела делать. Сейчас, в 24 года, она была автором шестнадцати книг, у нее был свой дом, она была независимой, и это было все, что она хотела от жизни. А сейчас ей казалось, что все это может закончиться. Может быть, это
Прерваный Горячий Секс Сотрудиков В Офисе
Лейла и Белла на кастинге кончают он анального оргазма
Потрясающая милфа отдается агенту до спермы в писе на кастинге