Номер

Светодиоды. Гирлянды. Диско-шар. И музыка. Повсюду музыка. Громкая и весёлая. Тело двигается само. На танцполе кучка людей танцует. Хотя, наверное, «танцуют» — громко сказано. Просто двигаются. Не стесняясь. Эндрю мог бы им позавидовать. Через минуту десять непрерывного смотрения он понял, что просто пялится на них.

Какой-то рыжий парень манит его пальцем. Улыбается. Из-за яркого света почти не разглядеть, какой он, этот парень. Эндрю ведётся. Подходит ближе. Ему протягивают руку в предложении. Он кладёт свою ладонь в чужую и начинает двигаться. Просто так. Не боясь осуждения. Смотря на рыжего парня, который всё так же улыбается ему. Он красивый. Это даже слепой заметит.

Что-то приятно щемит в груди, когда он крутится вокруг себя, держась за руку Эндрю, а потом наоборот. Эндрю крутится и сам начинает улыбаться. Смешно. Это действительно весело. Особенно когда рядом с тобой красивый парень. Он оглядывается, понимая, что все смотрят на них. Нет, все смотрят на парня. Тепло разливается по телу вместе с музыкой и его улыбкой от ушей.

Двигается парень, конечно же, намного лучше самого Эндрю, но это, почему-то, не вызывает стеснения. Хочется больше держаться за него. Больше движений. Больше взглядов окружающих. Больше взглядов этого парня. Таких сладких, манящих глаз, которые переливаются под всем светом прожекторов. Больше этого парня. Больше прикосновений. Больше музыки и этой улыбки. Этих глаз. Всего. Нужно больше. Так хочется больше двигаться, не стесняясь. Не думая ни о ком и ни о чём. Как будто есть только они. Это только их танцпол. Кажется, весь свет сконцентрировался на них, чтобы все видели.

А парень двигается и двигается. Быстрее, веселее и маняще, подзывая подойти ещё ближе, чем на расстоянии их рук. Может, ему тоже нужно больше? Или это притворство? Неважно. Главное, что сейчас он рядом, танцует и ему весело. Но музыка становится тише, начиная перетекать в другую, совсем не похожую.

— Я Эндрю… — приблизившись к его уху, шёпотом сказал он.

— А я Нил, спасибо за танец... — сказал Нил и поцеловал его в щёку. Такое маленькое действие, но табун мурашек говорит об обратном.

Нил ушёл, а Эндрю посмотрел на руку, которую Нил отпустил последней, когда отходил. Там листок, сложенный вдвое. Он развернул его и улыбнулся: его номер.