Ночной крик 3/?

И вот они уже почти касаются губами. Время остановилось. Чонгук нежно прикоснулся к лицу Тэхёна, а затем их губы встретились в первом поцелуе — осторожном, но полном чувств. Это был момент, который они оба ждали так долго. Вокруг них мир исчез, осталась только эта ночь и их сердца, бьющиеся в унисон.

Чонгук, прерывая столь желанный и вкусный поцелуй, вдруг воскликнул, разрывая тишину: — Ты знаешь, что ты просто невероятен? —

Его голос звучал как громкий крик, наполненный восхищением и игривостью, хотя сказал он это шёпотом. Тэхён только улыбнулся в ответ, его глаза блестели от гирлянд, что украшали всю комнату Чона.

Скользнув к талии ведьмочки, Чонгук обвил её, плотно прижимаясь к ней лицом, начиная зубами поднимать ткань. Словно хищник.

Тэхён не до конца понимал, что это правда происходит с ним, что он вовсе не спит.

Он соврал бы, сказав, что ему не снились такие сцены с Чонгуком. И он совсем не представлял себя вот так, прямо под ним.

Тэхёна трясло ещё больше, но не от страха. А от животного возбуждения. Зубами Чонгук задевал бархатную кожу парня, прикусывая, на такие действия Тэ поскуливал, сжимая кулачки.

— Блядство, моя ведьмочка. Ты такой сладкий у меня. —

Глаза закатываются от таких слов, между ягодиц всё намокло, дыхание всё громче с каждым действием этого сумасшедшего, но до белых костяшек желанного мужчины. Тэхён никогда не думал, что сможет заинтересовать мужчину старше него самого на 7 лет...

Но друзьями они стали очень быстро, а сейчас эта грань разбилась вдребезги.

Мужчина перед ним в одних чёрных брюках, а Тэхён, вжавшись в кровать от предвкушения, в одном белье.

— Ведьмочка отдаст мне свою конфетку? Иначе злой крик всё равно похитит её — пальцы Чонгука потянулись к резинке белья.

— Чонгук, прекрати так говорить — уходя от взгляда мужчины, недовольно шипел младший.

— Я сочту этот ответ за «да» — в этот же момент белье со звуком рвущейся ткани оказывается где-то на полу.

А Тэхёна за бедра подтягивают к себе, начиная выцеловывать внутреннюю сторону бёдер. На что младший выгибался кошечкой, сладенько постанывая.

Тэхён закрывал глаза, когда мужчина переходил на шею, и расслаблялся в родных руках. Гук покрывал её поцелуями, оставляя алые следы, спускаясь ниже, переходя на грудь. Уделяя ей большее внимание.

Ни одного миллиметра тела своего возлюбленного не было оставленно без внимания. Абсолютно везде были укусы и засосы старшего.

Тихие вздохи, а иногда и мычание были слышны из уст младшего.

Тэхён, цепляясь за плечи Чона, с каждой минутой впивался ногтями всё сильнее и сильнее.

Смазав пальцы смазкой, началась плавная растяжка и разработка тугих мышц младшего. Хоть и тёк он обильно, Чон не замечал рассказов юноши про данные похоти с другими.

Парень кривился от неприятных ощущений и движений, но старался расслабиться.

— Моя ведьмочка такой умничка, сейчас станет легче, всё хорошо — Чонгук пытался отвести всю боль на второй план, глуша её мягкими словечками и чмоками в макушку.

После достаточного количества времени, старший ощущал свободное движение пальцев в младшем и толчки навстречу.

Значит, можно приступить к десерту.

Чонгук, сжимая бедра Тэхёна, потянул его на себя.

Достав лубрикант и смазав колечко ещё обильнее, мужчина, предупреждая, входит.

Через несколько минут ожиданий, старший входит членом до упора, слыша скулёж под собой.

— Маленький, всё хорошо. Не сжимай меня так — расслабиться было тяжело обоим, но каждый старался для другого.

Через некоторое время младший начал ёрзать на члене, создавая трение, тогда Чон на пробу махнул бёдрами и оказался прав, в силу своей неопытности так юноша хотел показать, что готов.

Первые толчки были немного болезненными, но после боль отступила.

Младший, кусая губы в кровь, пытался быть тише, когда его секрет был раскрыт, старший попадал точно по простате. Тэхён, вскрикивая от удовольствия, царапал плечи, грудь, шею. Кусался, шипел, как недовольный кот.

Когда Чонгук был уверен в том, что парня можно уже не любить, а именно трахать, то грубо вышел из него.

Такое действие Тэхён не оценил и хотел уже возразить. Ведь никто из них так и не кончил.

Его приподнимают и, пользуясь тем, что младший не понимает, в чём дело, меняют позу. Теперь он стоит попой к мужчине, в позе собачки. Неожиданно получая грубый шлепок по заднице, он вскрикивает и выгибается. Такая грубость заводит ещё больше. Он любит нежности и сам очень нежный, олицетворяет идеального мужа, но в постели он больше похож на страстного любовника.

— Что ты делаешь, блять? Больно вообще-то. — всё же возражает Тэхён, не замечая за собой нецензурную брань.

Парень слышит звук чего-то металлического за спиной, в этот же момент его хватают за руки, цепляя наручники.

Юноша понимает, что ничего уже не сделает, ведь ко рту подносят кляп, и ведьмочка покорно его принимает в рот.

Перед мужчиной открывается такая чудесная картина: перед ним его желанный мальчик, с разведенными ножками, в наручниках и с кляпом во рту. Взгляд упал к дырочке, что сжималась, говоря о желании принять в себя.

Мужчина, не церемонясь, входит в нутро во всю длину, трахая с такой силой, что даже через кляп можно было услышать стоны удовольствия. Моментами он гортанно выстанывал имя мужчины, что возбуждало обоих с каждым разом сильнее.

Нижний чувствовал его всего. Из-за бешенного темпа, который нарастал с каждой секундой.

В скором времени оба пришли к разрядке, кончая обильно и грязно.

Хватило ли этого Чонгуку?

Конечно нет. После первого оргазма он сразу поменял позу, перекладывая Тэхёна на спину. Парню, обмякшему после оргазма, оставалось лишь подчиниться. Мокрый от слюны кляп был вынут из рта юноши.

— Мой мальчик был таким послушным, но я не насытился тобой. Разведи ножки для меня. — кладя руки на бедра, сказал Чон.

Войдя в растянутое нутро снова, Чонгук двигался спокойно. Всё для того, чтобы парень возбудился. Почувствовав, как член сжимают стеночки, Чонгук снова начал втрахивать нежное чудо в кровать.

Шлепки тел и стоны обоих были слышны настолько сильно, что казалось, соседи явяться с минуты на минуту.

Тэхён запрокидывал голову назад, уже не зная, куда себя деть. Мужчина провел рукой по шее, придушивая парня. Хватило и пяти толчков, как Тэхён кончил с животным стоном, хватаясь за руку Чона.