Ночь посвящения

Глава 6

— Нам пора, — сказала Арина резко. Она захлопнула блокнот и сунула его во внутренний карман балахона. — Мы здесь слишком долго.

Она уже развернулась к двери, ведущей в технический коридор, когда за её спиной раздался звук. Глухой. Деревянный. Стул, стоявший у стены, дёрнулся, качнулся на задних ножках и с грохотом упал на пол. Никита.

Он не бросился к двери. Не начал паниковать. Он подошёл к упавшему стулу, неспешно поднял его, поставил на место. А потом сел. Прямо посреди комнаты, среди фотографий, схем. Сложил руки на груди. И усмехнулся.

— Слишком ты уж много знаешь, — сказал он, глядя на Арину в упор. — И сюда мы пришли… как-то ооочееень странно.

Алина замерла. Арина остановилась у двери. Медленно повернула голову. На её лице не дрогнул ни один мускул, но Алина заметила, как побелели костяшки пальцев.

— Что ты сказал? — тихо спросила Арина.

— Что слышала. — Никита откинулся на спинку стула. Стул скрипнул. — Мы пришли сюда, потому что ты нас привела. Ты знала про этот ход. Ты знала про котельную. Ты знала, где выключатель, где дверь. Ты знала всё. И вот мы сидим в комнате, где висят наши фотографии, схемы и планы, и ты говоришь: «Ой, какая неожиданность, как жи тааак».

Он развёл руками.

— Алина, тебе не кажется это странным?

Алина не ответила. Она смотрела на Арину. И в груди у неё всё сжалось, потому что где-то в глубине сознания, там, где жил холодный, рациональный голос, который она старательно заглушала весь вечер, этот голос говорил: он прав.

— Я знаю это здание, — сказала Арина ровно. — Я говорила это. Три года ночных смен. Фотографическая память. Я здесь живу.

— Ты здесь живёшь, — повторил Никита. — Ага. И поэтому ты знаешь про запертую дверь, которую никто никогда не видел. И поэтому у тебя в кармане отмычка. И поэтому ты знаешь, где выключатель аварийного света. И поэтому тот чувак в балахоне не тронул тебя в коридоре.

— Он меня не видел.

— Он смотрел прямо на тебя.

— Он смотрел на неё. — Арина кивнула в сторону Алины. — Он охотится за ней.

— Или за тобой, — сказал Никита. — Или вы вместе.

Тишина. Густая, как смола. Алина чувствовала, как между ними двумя натягивается струна, которая вот-вот лопнет. Она стояла между ними — буквально и фигурально. И не знала, к кому сделать шаг.

— Никита, — сказала она тихо. — Прекрати.

— Почему? — Он посмотрел на неё. В его глазах не было злости. Только усталость и что-то ещё, что Алина не могла разобрать. — Потому что она тебе нравится? Потому что она тебя спасла? Алина, очнись. Она спасла тебя, потому что ты нужна ей. Ты — «основная цель». Помнишь? На схеме. Ты. И она.

Алина вздрогнула. Она вспомнила блокнот. Имена. Пометки. «Цель». «Второстепенная». «Основная». «Запасная».

— Откуда ты знаешь про пометки? — спросила она.

Никита моргнул.

— Что?

— Ты сказал: «Ты — основная цель». Откуда ты знаешь, что там было написано? Ты вроде бы быстро просмотрел тот блокнот.

Никита замолчал. На секунду. Всего на секунду. Но Алина заметила, как дёрнулся его кадык. Как пальцы, лежавшие на коленях, сжались в кулаки.

— Я… — начал он.

— Ты видел блокнот раньше, — сказала Арина. Голос её был холоден, как лёд. — Ты знал, что там написано. Ты знал про пометки.

Никита встал. Стул снова грохнулся на пол.

— Я не…

— Ты был здесь, — продолжила Арина, делая шаг вперёд. — Ты был в этой комнате раньше. Ты знал про фотографии.

— Я не знал! Я просто предположил!

— Ты не предполагал. Ты знал. — Арина сделала ещё один шаг. — И ты сидел на этом стуле. Ты сидел на нём, когда мы вошли. Он стоял посреди комнаты. Не у стены. Посреди. Кто-то сидел на нём перед нами. И это был ты.

Никита попятился.

— Вы обе с ума посходили. Я с вами. Я с вами с самого начала. Я с Максом был. Я видел, как его…

Он замолчал. Голос сорвался. Алина смотрела на него. И в этот момент она поняла, что не знает, кому верить. Она не знала Никиту. Не знала Арину. Она знала только одно: где-то в этом здании ходит человек с ножом. И, возможно, не один.

— Хватит, — сказала она. — Оба.

Она шагнула между ними. Ближе к Арине. Она сама не заметила, как это произошло. Но её плечо коснулось плеча Арины, и она почувствовала, как та едва заметно выдохнула.

— Мы не выберемся, если будем не доверять друг другу, — сказала Алина. — Я не знаю, кто из вас врёт. Может, вы оба. Может, никто. Но я знаю, что если мы останемся здесь, мы умрём. Все трое.

— Ладно, — сказал он. — Ладно. Ты права. Пошли.

Он посмотрел на Арину.

— Но я буду следить за тобой. Каждую секунду.

Арина выдержала его взгляд.

— Следи, — сказала она. — Если тебе так легче.

Она повернулась к двери. Открыла её. И первой шагнула в темноту. Алина пошла за ней. Никита — замыкающим. Теперь они шли в другом порядке. И это меняло всё.

Потому что теперь Алина не знала, кто идёт за её спиной — защитник или убийца.

***

Они шли по техническому коридору. Тот же сырой кирпич, те же ржавые трубы. Но теперь порядок был другой: Никита шагал впереди, освещая путь своей трубкой и фонариком на телефоне. Алина и Арина позади. Никита то и дело оглядывался через плечо. Следил. Алина старалась не смотреть на него. Не думать о том, что он сказал. Не думать о том, что где-то в глубине души она всё ещё сомневалась. В Арине. В себе. В том, что чувствовала.

— Ты слишком громко думаешь, — тихо сказала Арина. Она шла рядом, почти касаясь плечом. — Это мешает.

Алина вздрогнула.

— Что?

— Я слышу, как ты напряжена. — Арина чуть наклонилась к ней. Ближе, чем позволяла необходимость. — Ты боишься меня.

— Я не боюсь, — соврала Алина.

— Боишься. — Арина усмехнулась. В полумраке было видно, как блеснули её серые глаза. — Так значит, я тебе нравлюсь?

Алина почувствовала, как кровь прилила к щекам.

— Что? Нет. Я…

— Ты покраснела.

— Я не… это просто… здесь душно.

Арина тихо рассмеялась.

— Я тебе нравлюсь, — сказала она. Не вопрос. Утверждение. С ухмылкой. Алина не знала, куда девать глаза. Она смотрела на спину Никиты, на его удаляющуюся фигуру, на луч фонарика, выхватывающий из темноты куски стен.

— Иди уже, — пробормотала она, толкнув Арину плечом. Слабо. Без силы.

Арина не отстранилась. Наоборот. Она потянулась и взяла Алину за руку. Пальцы холодные, но уверенные. Они переплелись с пальцами Алины, крепко, без слов. Алина замерла. Сердце пропустило удар. Потом ещё один.

— Что ты делаешь? — прошептала она.

— Иду, — ответила Арина ровно. — Ты же сказала.

Она не отпустила руку. И Алина не убрала свою. И на несколько секунд Алина позволила себе забыть. Забыть про то, что происходит вокруг. Про эти убийства. Про страх. Осталась только рука Арины. Тёплая, несмотря на холод коридора. Живая. Настоящая.

— Арина, — тихо позвала Алина.

— М?

— Ты правда не убийца?

Арина не ответила сразу. Они сделали несколько шагов в тишине. Потом она сжала руку Алины крепче.

— Конечно, нет, — сказала она наконец. — Я хочу помочь тебе и остальным выбраться отсюда.

Алина закрыла глаза на секунду. И кивнула. Даже если Арина этого не видела. Впереди Никита остановился. Обернулся.

— Эй, вы там, голубки! Не отставать!

Арина мгновенно отпустила руку Алины. Её лицо снова стало холодным. Непроницаемым. Как будто ничего и не было.

— Идём, — сказала она громко.

Алина пошла за ней. И в груди у неё всё ещё горело тепло от прикосновения. Даже когда они снова вошли в темноту. Даже когда Никита бросил на них подозрительный взгляд. Она знала: она влюбилась. В девушку, которую подозревают в убийстве. В девушку, которая может быть монстром.

***

Они шли ещё минут десять. Коридор петлял, сужался, снова расширялся. Никита впереди то и дело останавливался, прислушивался, потом махал рукой — вперёд. Алина держалась рядом с Ариной. Ближе, чем требовалось. Ближе, чем было безопасно. Но после того, как их пальцы переплелись в темноте, она не могла заставить себя отойти. Наконец коридор закончился. Впереди показалась тяжёлая металлическая дверь. Никита толкнул её плечом. Она поддалась со скрипом. И они вышли в другой корпус.

Алина сразу поняла, что это уже не подземелье. Другое здание. Другие стены. Светлее. Шире. Высокие потолки, длинные окна, старый паркет. Они оказались в главном корпусе университета. Том самом, где утром она пила кофе с Катей и Настей. Где смеялась над шутками Макса. Где всё было нормально. Теперь здесь было тихо.

— Где мы? — шёпотом спросила Алина.

— Главный корпус, — ответила Арина, оглядываясь. — Второй этаж. Если я не ошибаюсь.

— Не ошибаешься, — буркнул Никита. Он стоял у окна, выглядывая в темноту. — Только здесь тоже всё вырублено. Ни света, ничего.

Алина подошла к окну. За стеклом чернота. Ни фонарей, ни луны, ни звёзд. Будто весь мир исчез. Только их университет. Только этот коридор. Только они. И тут они услышали крик.

Не просто крик. Раздирающий. Пронзительный. Такой, от которого кровь стынет в жилах и хочется забиться в угол и закрыть уши. Он шёл откуда-то сверху. С третьего или четвёртого этажа. Женский голос. Молодой. Полный боли и ужаса. Алина вздрогнула. Арина схватила её за руку.

— Тихо, — прошипел Никита. Он мгновенно присел, прижавшись спиной к стене. — Оба вниз. Быстро.

Девочки присели. Алина чувствовала, как сердце колотится где-то в горле. Крик повторился. Потом оборвался. Как будто кто-то закрыл рот кричавшему. Или перерезал горло. Никита выглянул из-за угла. Никого. Он махнул рукой.

— За мной. Не шумите.

Они крались вдоль стены. Шаг за шагом. Алина старалась ступать бесшумно, но старый паркет скрипел под ногами. Каждый скрип казался ей выстрелом. Арина шла впереди неё, загораживая собой. Никита — впереди всех. В конце коридора виднелась дверь. Деревянная. Приоткрытая. Никита остановился. Прислушался. Потом толкнул дверь. Они вошли.

И замерли.

Комната оказалась небольшой аудиторией. Старые парты, сдвинутые к стенам. На полу несколько курток, чьи-то сумки. А в центре — они. Катя. Настя. Дима. И ещё двое старшекурсников. Живые. Целые. Напуганные до смерти, но живые. Катя увидела Алину первой. Её глаза расширились. Она вскочила.

— Алина?!

— Катя!

Они бросились друг к другу. Обнялись. Крепко. Так, что кости хрустнули. Алина почувствовала, как Катя дрожит. Вся. С головы до ног. Но она была жива. Жива. Настя подбежала следом. Обняла их обеих. Заплакала. Тихо, беззвучно, уткнувшись лицом в плечо Алины.

— Мы думали, вы мертвы, — прошептала она. — Мы думали, он убил вас.

— Мы тоже думали, что нам конец, — ответила Алина. Голос дрожал. Дима подошёл к Никите. Пожал руку. Молча. Но в этом рукопожатии было всё: облегчение, страх, усталость.

— Где вы были? — спросил Дима.

— В каком-то сраном подземелье, — ответил Никита. — Нашли комнату. С фотографиями. Со схемами. Они готовились.

— Кто «они»?

— Мы не знаем.

Алина обернулась. Арина стояла у двери. Не подошла. Не обнялась ни с кем. Просто стояла. Наблюдала. Как всегда. Холодная. Собранная. Катя проследила за взглядом Алины.

— Она с тобой? — тихо спросила она.

— Да, — ответила Алина. — Она спасла меня.

Катя посмотрела на Арину. Долго. Потом перевела взгляд на Алину.

— Ты уверена, что ей можно доверять?

Алина замялась. На секунду. Всего на секунду. Но Катя заметила.

— Я… я не знаю, — честно сказала Алина. — Но без неё я бы не выжила.

Катя нахмурилась. Но ничего не сказала. Только сжала руку Алины крепче. Арина тем временем подошла к Диме. Посмотрела на его руки. На кровь, которая уже высохла. Потом на его лицо.

— Ты видел кого-нибудь? — спросила она.

— Только силуэт, — ответил Дима. — И слышал шаги. Много. Как будто их было несколько.

— Может, их несколько? — сказала Арина.

— Откуда ты знаешь? — резко спросил Никита.

Арина посмотрела на него. Спокойно.

— Потому что один человек не может быть везде одновременно. Он был в мастерской. Потом в коридоре. Потом снова в мастерской. Это невозможно. Значит, их несколько. Никита ничего не ответил. Катя подошла к Алине. Близко. Заглянула в глаза.

— Ты в порядке? — спросила она тихо.

— Нет, — ответила Алина.

Катя слабо улыбнулась. Потом посмотрела на Арину. На то, как та стоит у двери. На то, как её взгляд то и дело возвращается к Алине. На то, как Алина, сама того не замечая, ищет её глазами.

Алина осталась стоять. В центре комнаты. Среди друзей. И впервые за весь вечер она почувствовала, что, может быть, у них есть шанс. Она обернулась. Арина смотрела на неё. Только на неё. Алина улыбнулась. Слабо. Но искренне. Арина не улыбнулась в ответ. Но что-то в её глазах изменилось. Стало мягче. Теплее. Как будто она тоже позволила себе на секунду поверить, что всё будет хорошо.

***

Алина всё ещё стояла в центре комнаты, когда почувствовала, как напряжение снова начинает сгущаться. Слишком тихо. Никита отошёл к окну, выглянул в черноту, потом резко задёрнул старую штору. Пыль взметнулась в воздух.

— Надо забаррикадировать дверь, — сказал он. — Быстро. Пока они не нашли нас.

— «Они»? — переспросила Арина. Она всё ещё стояла у стены, скрестив руки. — Ты уверен, что их несколько?

— Ты сама сказала, — огрызнулся Никита. — Один человек не может быть везде одновременно.

— Я сказала «может быть», — уточнила Арина. — А ты говоришь «они» так, будто точно знаешь.

Никита замер. Потом отвернулся и начал двигать парту к двери. Дима подошёл помочь. Катя и Настя остались у стены, прижимаясь друг к другу. Алина смотрела на Никиту. Что-то в нём было не так. Что-то, что она не могла назвать. Но чувствовала. Арина подошла к ней. Близко. Так, чтобы никто не слышал.

— Ты заметила? — тихо спросила она.

— Что?

— Он сказал «они». Не «он». — Арина смотрела на Никиту. В её глазах был холод. — Он знает, что их несколько. Откуда?

Алина нахмурилась. Она вспомнила, как Никита сидел на стуле в комнате с уликами. Как он знал про пометки в блокноте. Как он сказал «ооочееень странно» именно тогда, когда Арина захотела уходить. Слишком вовремя.

— Может, он просто предположил, — сказала Алина, но голос её дрогнул.

— Может, — согласилась Арина. — А может, он один из них.

Алина посмотрела на Никиту. Он как раз оторвался от парты, вытер лоб тыльной стороной ладони. И обернулся. Поймал её взгляд. Улыбнулся. Но улыбка вышла кривой. Натянутой.

— Что? — спросил он. — Чего смотрите, нахрен?

— Ничего, — ответила Арина. — Просто думаем, как выбраться.

— Ну так думайте быстрее, — сказал Никита. — Потому что я не собираюсь торчать здесь всю ночь.

Он снова повернулся к окну. Дёрнул штору. Выглянул. Алина проследила за его взглядом. За стеклом чернота. Но Никита смотрел не в неё. Он смотрел вниз. На двор. Туда, где всё началось.

— Ты что-то видишь? — спросила Катя.

— Нет, — слишком быстро ответил Никита. — Ничего.

Он отпустил штору. Отошёл от окна. Слишком быстро и нервно. Арина сжала руку Алины. Едва заметно. Но Алина почувствовала.

— Он врёт, — прошептала Арина. — Он что-то видел.

Алина сглотнула. В горле пересохло. Она не хотела верить. Не хотела думать, что Никита — один из них. Но слишком много совпадений. Слишком много «случайностей». Дима закончил баррикадировать дверь. Отряхнул руки.

— Готово, — сказал он. — Теперь они не войдут.

— Они и не будут, — сказала Арина. — Они не станут ломиться. Они просто подождут, пока мы выйдем сами.

— И что тогда? — спросила Настя. Голос дрожал.

— Тогда нам нужно найти другой выход, — ответила Арина. Она отпустила руку Алины. Подошла к столу. Развернула карту, которую забрала из комнаты с уликами. Её пальцы скользили по линиям, по коридорам, по выходам.

— Здесь есть ещё один ход, — сказала она. — Через архив. Он ведёт в подвал, а оттуда — на улицу.

— Ты уверена? — спросил Дима.

— Да, — ответила Арина. — Я видела его на схеме.

Никита резко обернулся.

— Ты видела его на схеме? — переспросил он. — Ты что, знала про этот ход раньше?

— Я знала про архив, — ответила Арина ровно. — Но не знала, что там есть выход.

— А сейчас узнала? — Никита шагнул к ней. — Как удобно. Ты знаешь все ходы. Ты знаешь все выходы.

— Никита, — вмешалась Катя. — Прекрати.

— Нет, — он не отводил взгляда от Арины. — Я не прекращу. Потому что это слишком подозрительно.

Арина выпрямилась. Посмотрела на него.

— Ты хочешь сказать, что это я всё устроила? — спросила она.

— Я хочу сказать, что ты нагло нам врёшь.

— А ты? — тихо спросила Арина.

Никита замолчал.

— Ты знал про заметки в блокноте, — продолжила она. — Ты сказал «они», хотя не мог знать, сколько их. Ты смотрел в окно и соврал, что ничего не видел. — Она сделала шаг вперёд. — Откуда ты знаешь то, чего не должен знать, Никита?

Тишина. Густая. Тяжёлая. Никита смотрел на неё. Долго. Потом усмехнулся. Но усмешка вышла жалкой.

— Ты просто пытаешься перевести стрелки, — сказал он. — Я не…

Он не договорил. Где-то в коридоре, за баррикадой, раздался звук. Медленный. Тяжёлый. Скрип половиц. Все замерли. Арина схватила Алину за руку.

— Нам нужно уходить. Сейчас.

— Но выход… — начала Катя.

— Я найду, — сказала Арина. — Но не здесь. Идём.

Она потянула Алину к дальней стене. Туда, где за старой картиной, судя по схеме, скрывалась ещё одна дверь. Никита смотрел им вслед. И в этот момент Алина обернулась. Поймала его взгляд. И увидела, как он сжал кулаки. Как побелели его костяшки. Как что-то тёмное мелькнуло в его глазах. Она отвернулась. И крепче сжала руку Арины.