No more pain

Минхо должен был зайти сегодня к Чану. Забрать вещи, которые случайно оставил у него. И Бан терпеливо ждал. У него в планах было прогуляться с друзьями, но Минхо обещал сегодня зайти, поэтому он отложил свои дела.

Прошел уже час, но парень так и не появился. Чан начинал раздражаться. Почему Минхо не уважает его время? Он писал ему, но сообщения тоже оставались непрочитанными. Ну это уже было совсем не смешно. 

Чан резко поднялся с дивана, быстро схватил куртку и вышел на улицу. Он был намерен серьезно поговорить с Минхо, поэтому направился прямо к его дому. Конечно, ситуация не была критичной, но паршивое настроение давало о себе знать. 

Как бы Чан не хотел, он бы никогда не смог поссориться с младшим. Бан пытался злиться, не обращать внимания, но не получалось. Каждый раз мысли возвращались к парню, который давно поселился в его голове. Даже сейчас он не злился всерьез. Казалось, хотелось просто увидеть Ли? Чан сам до конца не мог себе в этом признаться.

Задумавшись, Бан не замечает людей вокруг. Уже через десять минут он оказывается у дома младшего. На улице уже темно, но свет в доме не горел. Это немного удивило. Неужели никого нет? Чан поднялся по небольшой лестнице и постучал в дверь. 

Ему долго не открывали. Даже звуков не было слышно. Он стучал снова и снова, опять чувствуя нарастающее раздражение. Вдруг послышались тихие, неуверенные шаги. Дверь открылась.

Перед Чаном стояла красивая, стройная девушка. Это сестра Минхо — Сана. Чан уже был с ней знаком. Девушка всегда выглядела уверенной, громко смеялась, цеплялась за брата при любой возможности. Они всегда стояли друг за друга горой. Сейчас Чан её не узнавал. На лице читался страх.

Чан не стал ждать приглашения, и слабо оттолкнув Сану, прошел в дом. Его тут же схватили за руку, останавливая. 

— Где Минхо? — хрипло бросил Чан прямо в лицо девушки. — Я как Хатико жду его, потому что он сказал, что придет. Я свои планы отодвинул, если интересно. — Сана молчала. — Да вы издеваетесь что ли?

Чан вырывает руку, и двигается вглубь просторного дома, в поисках нужного человека. 

— Чан, уходи, прошу. — прокричала ему вслед Сана. 

Она быстро догнала парня, схватила его за край кофты, и только тогда Бан увидел, что у неё дрожат руки. Он перевел взгляд на лицо. На нем были запечатлены слишком явные страх и боль. Но почему? Этого Чан понять не мог.

— Да, что с тобой? Я просто поговорить с ним хочу. — парень отворачивается, и заходит в единственную закрытую комнату. — Минхо!

Чан, с противным скрипом, открывает дверь. В комнате горит только настольная лампа. А на полу он видит, то, что никогда не хотел бы видеть. 

На полу, свернувшись в клубок лежит Минхо. Он весь в крови, кажется даже не дышит. На паркете рядом растеклась алая кровь. Белая рубашка парня также окрасилась в красный. Мокрые волосы закрывали лицо. Это была по истине ужасная картина. Чан не знал как дышать. За секунду внутренности болезненно сжались. Он схватился за дверной косяк в попытке удержать себя на ногах. 

— Господи…

Сана тут же оббежала Чана, и упала на колени рядом с Минхо. Она закрыла его собой. Своим телом. Будто боялась, что Бан может сделать хуже. Девушка громко плакала, и явно дрожала. Теперь Чан понял, что значил этот страх. Она боялась за брата. Боялась за его жизнь. 

Придя в себя, Чан подходит ближе.

— Он… жив? — тихо, боясь услышать ответ. — Что вообще произошло? 

— Жив! — разозлившись на такой вопрос, прокричала Сана. — Помоги мне отнести его в комнату. — девушка проигнорировала второй вопрос старшего, продолжая держаться за окровавленного брата. 

Чан не думая подходит, отодвигает Сану в сторону. Он опускается на корточки. Мельком рассматривает не дышащее лицо Минхо, сдерживая собственную панику, он осторожно перехватывает ослабевшее тело, поднимая на руки. Чан не боится испачкаться в крови. Плевать. Он боится за Минхо. Его лицо сейчас выражает те же чувства, что и Саны. 

Бан несет младшего в его комнату, кладет на кровать, и немного отходит, подпуская сестру к брату. Сана мягко садится рядом, уже не обращая внимания на гостя. Она глотает соленые слезы. Девушка берет салфетку, заранее чем-то смоченную, и начинает стирать с парня кровь. Аккуратно. Так, чтобы не причинить боли. 

Чан же оседает на холодный пол, прижимается спиной к стене, и обхватив колени руками, наблюдает за осторожными действиями девушку. Он и сам почти не дышит. Глаза тоже покраснели. Чан плакал, но так, чтобы не беспокоить Сану. Чтобы она не видела.  Он всё думал, как это могло произойти. Кто так избил младшего. 

— Пойдем. — вдруг слышит Чан, когда девушка заканчивает, и поднимается с кровати, напоследок целуя брата в щеку, мягко поглаживая. Она шепчет. — Прости. Прости меня, Минхо. — И тогда Чан совсем ничего не понимает. За что она извиняется? 

Он послушно поднимается, и вместе с девушкой выходит из комнаты, последний раз взглянув на бледное лицо Ли. Они идут на кухню. Сана предлагает Чану сесть на стул рядом с собой. Он медленно опускается, и смотрит на собственные окровавленные руки. Сана молчит несколько минут, а после тихо начинает.

— Это я виновата. Из-за меня он пострадал. — Чан вопросительно смотрит на девушку, и качает головой.

— Я не понимаю. 

— Наш отец конченый отморозок. Сегодня он ещё и напился. Я обещала, что приду домой в восемь, но задержалась. Не специально, честно. Я не хотела… — Сана рвано дышит. — Я вернулась, и отец с порога накинулся на меня с кулаками, но появился брат. Минхо оттолкнул его, и мы вместе забежали в мою комнату, но немного не успели… — девушка снова заплакала, закрыв лицо руками. — Этот урод выбил дверь. Минхо велел сесть в дальний угол и не выходить. Я не хотела оставлять его, но он закричал, умолял не медлить. — Чан почувствовал как слезы потекли из глаз, он опустил голову, запуская пальцы в непослушные волосы. — А после… ублюдок стал бить Минхо, со всей силы, повалил на пол. Он бил всем, что попадало в руки, а после и ногами. Минхо не кричал, не плакал. Он просто… лежал, весь в крови, цеплялся руками за плечи, закрываясь от ударов, но это не помогало, казалось, этот урод хотел убить его. — Сана замолкает, переводя дыхание. — Я кричала, просила остановиться, но он, будто не слышал меня, или не хотел слышать. — Сана поднимает голову и смотрит на парня. — После он ушел. Просто вышел из дома. Будто ничего не произошло. Будто не он до полусмерти избил собственного сына. 

В комнате повисла тишина. Чан просто не знал, что сказать. Это было настолько ужасно. Он даже подумать не мог, что у Минхо такой больной отец. Если бы знал, может он смог бы как-то помочь. Не допустил бы всего этого. Но он не знал. Ли никогда не говорил ему об этом. Чан чувствовал такую злость. Хотелось прямо сейчас сорваться и найти этого урода. Вернуть ему всё, что он сделал с Минхо. Ладони сжались в кулаки. 

— Ты не виновата. Этот ублюдок заплатит за всё. Я посажу его. Обещаю тебе. И Минхо.

— Ты думаешь это единственный случай? Нет, Чан. Просто иногда нам удается закрыться. Минхо столько раз обнимал меня, стирая слезы. Глушил. собственные страхи, лишь бы мне было спокойно. А теперь из-за меня он лежит там, даже двигаться не может… Я не могу простить. 

Чан молча касается ее плеча, шепча, что всё будет хорошо. Сейчас он может думать только о Минхо. Постоянно хочет вернуться в комнату, сесть рядом, и ждать пока тот очнется, а после не отходить ни на шаг. Даже понимая, что ни в чем не виноват, Бан не мог не ругать себя. Теперь он злился и на то, что изначально так ворвался. 

Чан не уйдет до самого утра.  Он просидит рядом с кроватью Ли, вслушиваясь в редкое дыхание. Всю ночь он даже не сможет уснуть. Чан обещает себе, что больше никто и никогда не причинит Минхо боль. Он не позволит. Больше нет. 

— Только не умирай. Ты слышишь? Я еще не сказал тебе главного. — надрывно шептал Чан, сжимая холодную ладонь Ли.