Ничего святого

Габи вернулась в дом после  урока по балету. Радостная и уставшая, она поднималась в свою комнату, думая, что дома, как всегда, никого нет.
Из гостиной донесся разговор на повышенных тонах. Девочка тут же узнала голос брата, второй был знаком лишь смутно: она забыла, где его слышала.
- Это твоя вина! - кричал Гедеон.
- Согласен, я заслужил, - отвечал ему спокойный и ровный голос, - если хочешь еще одну, я согласен.
- Нет, - твердо ответил брат, - с тебя довольно.
- Да уж, - усмехнулся его собеседник, - не думал, если честно, что новость настолько сильно тебя разозлит.
- Он - ребенок, Люмьер, - снова повысил голос Гедеон, - еще подросток, у него должно было быть нормальное детство! Что за игру ты ведешь?
- Какая игра, - искренне удивился Люмьер, - лишь отказ от старой системы разделения. Признай, что и сам ее ненавидишь. Низшие, чистокровные, полукровки... Гедеон, нам нужно новое общество.
- Так просто ты не снесешь все, даже с принцем в руках. Давай вместе признаем, что Готье, - Гедеон запнулся и продолжил, утверждая, - Готье. Лишь пешка в твоих руках. Ты знаешь, что мой брат будет прислушиваться к каждому твоему слову.
Габи приблизилась ко входу в гостиную. Гедеон стоял у маленького столика, на котором стояла аптечка. Люмьер сидел напротив с перевязанной грудью.
- Твой брат? Будь добр называть вещи своими именами. Он не...
- Готье - не вещь, - стукнул по столу Гедеон, перебив Люмьера, - он человек, мой...
- Принц, - друг воспользовался моментом и перебил Гедеона.
Мысли Габи спутались, комок подкатил к горлу, она едва сдерживала слезы: "Принц... Какой... Готье? Нет. Они не о нем. Готье же был с ними всю ее жизнь. Он не может... Или может? Как?"
- Мой брат, - холодно закончил Гедеон.
- Считай как тебе угодно, реальность от этого ты не изменишь. Килиан - спасение Октавии, наш луч надежды на мир и союз с другими странами.
Габи видела как брат откинулся на спинку стула и сжал кулаки.
- Не нарывайся на дуэль, Уолдин, - зло бросил Гедеон, - я не дам тебе право распоряжаться его жизнью.
В это время Габи медленно сползла по стенке, рюкзак упал на пол, а сама она, не сдержав слез, громко зарыдала. Ее брат, на самом деле, не ее. Он - принц. Маленький мир рухнул, но одно останется неизменным: она верила и будет верить Гедеону.
Брат уже поднял сестру на руки и крепко обнял, шепча ласковые слова утешения.
- Он был, есть и будет нашим братом, - услышала она обещание прежде чем заснула на его руках.