Нежданный ребёнок - 1 глава

Перевод: Mattiass

Редакт: malina

Если есть желание поддержать канал, автора, работу или переводчиков:

Телетайп (на кнопочку Задонатить (https://teletype.in/@holdmybeermanhwa))

Наш Бусти (https://teletype.in/@holdmybeermanhwa)

Был тёплый зимний день. В небе кружились, а затем падали на землю хлопья снега, напоминавшие осенние листья.

До Ихён, одетый в идеальный костюм-тройку, украдкой взглянул на наручные часы. Его внешность не выдавала внутреннего раздражения: безупречно зачёсанные назад иссиня-чёрные волосы, ровный лоб, а аккуратные губы образовывали чёткую линию. Он казался до неприличного хладнокровным.

Пятница, семь вечера. В обычное время он бы сейчас всё ещё был на работе.

На лице До Ихёна, бесстрастном, как белоснежная гипсовая статуя, проявилось недовольство. Ему совершенно не нравилось, что приходится тратить время впустую в таком неподходящем месте.

До Ихён был трудоголиком, обожавшим сверхурочную работу и ночные смены. То, что он уходил с работы вовремя, было настолько редким событием, что такие случаи можно было пересчитать по пальцам за целый год.

И сегодня До Ихён вышел из офиса в одно время со всеми впервые за долгое время. Из-за этой редкого явления все сотрудники с любопытством пялились на него.

— А куда вы идёте в это время?

— Ухожу с работы.

— Что? Сейчас? Вы плохо себя чувствуете?

— Нет.

— Ты что, сейчас уходишь?

— Да.

— Может, тебе нездоровится? Или дома что-то случилось?

— Нет.

До Ихён, кто бы ни спрашивал, одним словом обрывал ненужное внимание. Но из-за того, что его останавливали раз за разом, он чуть не опоздал на назначенное время.

Стоит признать, что беспокойство людей не было беспочвенным. Пунктом назначения Ихёна была больница.

Уже несколько дней он начал острее, чем обычно, чувствовать феромоны окружающих. Видимо, приближался тот самый нерегулярный период, который случался от силы два-три раза в год.

До Ихён планировал поскорее получить рецепт на сильные подавители и вернуться в офис.

— Хм-м...

Однако врач, уже седой, глядя то на результаты анализа крови, то на бесстрастное лицо Ихёна, тянул время.

— Что-то не так? — тихо спросил До Ихён, хмурясь. Его голос был таким же холодным, как и черты лица.

Запах дезинфицирующего средства, и без того режущий нос, сегодня особенно раздражал. А тянущееся время было ещё неприятнее.

— Да, есть. Очень большая проблема.

Врач ответил ворчливо и сделал недовольное лицо. Вёл он себя словно дедушка, отчитывающий маленького внука.

— Доктор.

До Ихён позвал врача, подгоняя его за то, что тот ходит вокруг да около.

Врач задумчиво пошевелил шершавыми губами, затем осмотрел сидящего прямо Ихёна с ног до головы.

До Ихён был его пациентом уже более десяти лет.

Рост за 180 см, широкие плечи. Красивое, без всяких преувеличений, лицо. Низкий, холодный голос и всегда твёрдое выражение лица.

Куда ни глянь, на омегу он совсем не походил. Скорее, его часто принимали за альфу. Виной тому было позднее проявление: он стал омегой только зимой, в девятнадцать лет, когда уже заканчивал школу.

Из-за того, что проявление случилось почти в конце периода роста, у Ихёна были аномально слабые феромоны, и течка наступала редко. Единственная черта омеги, которую можно было найти у До Ихёна, — это бледная, почти белая кожа, побочный эффект подавителей.

До сих пор Ихён жил жизнью, не отличающейся от жизни беты.

Именно поэтому проблема была ещё серьёзнее. Лицо врача явно потемнело.

— Говорите же.

Врач открыл рот только после того, как До Ихён ещё раз поторопил его.

— У тебя будет ребёнок.

— ...Что? – растерянно переспросил Ихён.

Это было очень неожиданно.

— Сейчас не время для шуток.

— А я что, в настроении шутить? Результаты анализов такие, вот и всё. Мы же даже анализ крови сделали, так что всё точно.

Хотя До Ихён нахмурился, врач, напротив, посмеиваясь, ткнул пальцем в квадратный экран.

— Посмотрим. Судя по этим показателям, где-то 4 недели. Говорил, что чужие феромоны раздражают? Обычно на таком сроке никаких особых симптомов не чувствуют. Скорее всего, из-за беременности организм стал более чувствительным.

Не останавливаясь на этом, врач, поправляя круглые очки, зачитал строчку за строчкой результаты, испещрённые непонятными цифрами.

— Погодите, доктор. Это точно мои результаты?

До Ихён, который редко проявлял эмоции, поморщился и возразил.

Беременность? Такого просто не могло быть, если только не перепутали данные с другим человеком.

— Ты что, меня за шарлатана принимаешь? До Ихён, 30 лет, омега. Результаты пациента верны.

Видимо, задетый за живое повторными подозрениями, врач повернул монитор прямо к Ихёну и сверкнул глазами.

До Ихён, увидев своё имя, чётко напечатанное в верхней части экрана, нахмурил густые брови.

Омеги, у которых приближается период течки, остро чувствуют феромоны альф. Даже у него, крайне безучастного к чужим феромонам, когда приближался этот период, смутно получалось различать, кто альфа.

Но где-то неделю назад стало невыносимо чувствоваться не только феромоны альф, но и омег. Проявлять отторжение к феромонам своего же типа — необычное явление.

Любая другая омега сразу же побежала бы в больницу, но До Ихён беспечно списал это на приближающуюся течку. В конце концов, даже её частота была далека от обычной для омеги. Для Ихёна ненормальное было обычным.

«Неужели я ношу ребёнка?»

Несмотря на утверждение врача, До Ихён просто не мог принять этот факт.

— У меня никогда не было...

— Никогда не было, так откуда же взяться ребёнку?

Так или иначе, у До Ихёна не было опыта отношений, не потому что «не получалось», а потому что он сам не хотел.

Ихён, собиравшийся возразить врачу, вдруг замер, вспомнив недавнее событие.

«...Неужели тогда?»

Чёрные расширившиеся зрачки мелко задрожали.

Около месяца назад До Ихён, сильно пьяный, впервые в жизни провёл ночь с незнакомцем.

— Вы не слишком много пьёте? Вас бросили?

Мужчина в баре подошёл так дружелюбно, словно знал До Ихёна уже давно.

Ихён не ответил, только осушил бокал. Казалось бы, должно быть неловко, но мужчина ловко выхватил у него бокал и отхлебнул.

— Что?

— Вкуса никакого, только градус высокий. Подождите.

Может, это всё из-за непривычного алкоголя, но смутные воспоминания с того момента, как До Ихён поднял голову и посмотрел на мужчину, и вовсе стали обрывочными.

Бокал, мерцающий золотистым светом. Мужчина, улыбаясь, шепчет что-то на ухо.

Страстный поцелуй на заднем сиденье такси.

Быстро растущие цифры на лифте.

И вот До Ихён уже лежит на кровати, безжалостно раскачиваясь.

Что-то горячее и твёрдое неумолимо вторглось между ягодиц. До Ихён, не в силах сдержать нахлынувшее возбуждение, стиснул зубы и уткнулся лицом в подушку.

— М-м, а, хо-о-о...!

Но как ни сжимай челюсти, пока на шее не вздуются вены, невозможно сдержать незнакомые звуки, просачивающиеся наружу. Широко раздвинутые бёдра судорожно вздрагивали.

— Ха-а. Почему так туго? Попробуй расслабиться. Всё равно я не отстану.

Мужчина кончиками пальцев провёл вдоль глубоко прогнувшейся спины Ихёна и нежно поцеловал. Вопреки недавнему упрёку, мужчина умело уговаривал и успокаивал его, упорно продвигаясь вглубь.

Вскоре мужчина крепко сжал ягодицы До Ихёна и вогнал член до самого основания.

— А... м-м...!

Ихён, не в силах сдержаться, кончил от невыносимо сильного удовольствия, которое никогда прежде не чувствовал. Он ощущал, как сдавленные твёрдым членом мужчины внутренние стенки мелко дрожат.

— Уже кончил? Мило.

Мужчина сжал член До Ихёна и большим пальцем игриво потёр головку.

— Не трогай, ах, а!

От стимуляции и без того чувствительного члена возникло возбуждение, отдалённо напоминавшее боль. Ихён вцепился в простыню и замотал головой, но мужчина только рассмеялся.

— Ааах!

Мужчина начал двигать бёдрами ещё быстрее, и в глазах До Ихёна снова потемнело. После этого каждый раз, когда он моргал, картина перед глазами резко менялась.

То Ихён лежит под мужчиной, прижавшись к нему животом, то сидит на бёдрах, хрипло постанывая. Несколько раз он вздрагивал от шокирующей стимуляции, будто готовой разорвать живот, и терял сознание.

Скудные обрывки разрозненных воспоминаний были наполнены чувством острого наслаждения.

Мужчина то крепко кусал его за лодыжку, то демонстративно высовывал язык и лизал грудь, то осыпал такими глубокими поцелуями, что не хватало дыхания. В постоянно меняющихся сценах мужчина ни на секунду не отрывал губ от Ихёна.

— Ха-а, вы знаете, что вы действительно красивы?

Мужчина крепкими руками снова и снова усаживал До Ихёна.

Каждый раз, когда он утыкался лицом в гладкую кожу мужчины, дурманящий аромат вышибал из него дух.

— Хааа...

Мужчина, глубоко вошедший в До Ихёна, медленно вытащил член.

— Аааах...

До Ихён, лежавший с раздвинутыми ногами, вздрогнул от щекотливого ощущения и выгнул спину дугой. Из размякшего от непрерывных оргазмов члена Ихёна каплями сочилась густая сперма. Вход, распухший от долгого проникновения, судорожно сжимался, словно чувствуя опустошение.

— Ха, я правда собирался остановиться. Почему вы так сводите с ума? А?

Мужчина, смахнув влажные волосы и глядя сверху вниз, с досадой сунул палец в покрасневший вход До Ихёна.

Мужчина немного растянул его дырочку, а затем одним движением вогнал член до самого конца.

— Хаааа...

Омега, вонзив короткие ногти в широкие плечи мужчины, беспомощно моргал глазами, неспособными сфокусироваться.

Боли не было. Расслабленные внутренности Ихёна без труда приняли член мужчины толщиной с руку. Скорее, они нежно обхватили член, словно с нетерпением ждали проникновения.

— Поцелуй меня.

Мужчина, потираясь носом о лоб Ихёна, умолял его о поцелуе.

Вопреки сладкому до щекотки в ушах голосу, мужчина яростно двигал бёдрами. Твёрдым кончиком он настойчиво бил именно в те точки, которые особенно чувствовал До Ихён.

— Ааааах...!

Из обмякшего члена Ихёна потекла прозрачная жидкость. Даже не испытав полноценного оргазма, омега достиг пика.

— Ах, красиво.

Мужчина, улыбаясь, запечатлел поцелуи на лице До Ихёна.

В тот миг, когда на кончиках длинных ресниц мужчины замерцал синеватый свет утреннего солнца, До Ихён, исчерпав силы, погрузился в сон.

Когда Ихён с трудом пришёл в себя, на улице уже было светло. Глупо уставившись на однотонный, но элегантный потолок, он приподнялся.

— Ах...

Голос был охрипший, сиплый и надтреснутый, голова раскалывалась от боли.

Несмотря на то, что он открыл глаза в незнакомом месте, Ихён спокойно осмотрелся.

Разбросанные по полу предметы одежды, смятая постель и доносящийся из ванной приглушённый звук душа.

Даже самый бестолковый человек не мог не понять, что тут произошло.

— Тьфу.

До Ихён медленно потер лоб. Память была смутной, но из-за всё ещё ярко сохранившегося в теле возбуждения поясница ныла.

Свершившегося не изменишь. Ихён покинул отель до того, как мужчина вышел из ванной. Он терпеть не мог неловких ситуаций.

В баре он пил в пятницу вечером, а проверив телефон, увидел, что уже утро понедельника. Выходит, с незнакомцем он провёл все выходные, лишившись рассудка и занимаясь сексом.

До Ихёну нужно было срочно заехать домой и направляться в офис.

Как бы много он ни пил, никогда ещё память не пропадала целиком, словно стёртая. Но, как ни странно, несмотря на ломоту в теле, самочувствие было удивительно хорошим.

Приехав на работу в смешанных чувствах, Ихён узнал, что новичок, проработавший меньше недели, допустил серьёзный промах. Проведя целый день за исправлением ошибок новичка, он уже давно позабыл о прошлых выходных.

Для Ихёна ночь с незнакомцем была лишь бессмысленным происшествием, даже менее значимым, чем промах новичка.

Кто бы мог подумать, что незначительная оплошность ударит вот так, спустя время. Месяц назад — в общем-то совпадает со сроком, названным врачом.

«Мы точно использовали презервативы».

До Ихён постучал по подлокотнику кресла. Перед глазами замелькала куча презервативов, сваленных в мусорную корзину у кровати.

«Был беспечен».

Он считал само собой разумеющимся, что они предохранялись. Точнее, упустил из виду факт, что сам он — омега, способный забеременеть.

Видимо, не зря мать не раз говорила, что не стоит делать то, чего раньше не делал.

Ихён вдруг опустил взгляд на запястье. Кожа, выглядывавшая из-под рукава рубашки, была безупречно чистой, но ещё несколько дней назад на ней оставались смутные красные следы.

И не только на запястьях. Шея, плечи, грудь, внутренняя сторона бёдер — всё тело было испещрено следами от пальцев и зубов. Неужели секс всегда такой?

— У тебя что, даже течка была? — осторожно спросил врач, когда До Ихён вдруг погрузился в раздумья.

— Не знаю. – честно признался Ихён, немного подумав.

Память была смутной, и это создавало трудности.

— ...Хочешь сделать аборт? — поправив круглые очки и отведя взгляд, врач деловым тоном задал деликатный вопрос.

Врач давно и постоянно повторял: даже во время цикла вероятность беременности у него крайне низка.

Ихён опустил взгляд.

Он и сам осознавал, что далёк от романтических отношений.

Не то что бы у него совсем не было интереса к сексу, просто жалко было тратить время и силы на других людей. В конце концов, разве найдётся человек, который предпочтёт такого омегу, как он, не говоря уже о чём-то большем?

Вместо этого у Ихёна была привязанность к семье сильнее, чем у других. Виной тому была ранняя смерть отца. Он думал, что даже если не женится, то к тридцати трём годам через банк спермы заведёт ребёнка в одиночку.

«Просто план ускорился».

Немного удивившись неожиданной новости о беременности, До Ихён быстро успокоился. Хотя план и сдвинулся на три года, это было не настолько катастрофично.

— Я рожу.

Омега спокойно поднял голову. На его бледном лице не было и тени сомнения.

Врач, любивший До Ихёна как внука, с выражением, полным невысказанных слов, подвигал уголками губ и тяжело вздохнул. Вместо этого он начал перечислять другие наставления.

— Теперь ты не один, так что следи за здоровьем. Обязательно ешь три раза в день, ни в коем случае не переутомляйся. Если будешь жить как раньше, без оглядки...

Ихён привычно пропускал бесконечные нравоучения врача мимо ушей.

— В следующий раз обязательно приведи папашу.

Врач, разозлившись, что на его слова не обращают внимания, повысил голос.

— Ах, доктор! В наше время за такие слова можно нажить большие проблемы!

Как назло, вошедшая в кабинет медсестра в ужасе отчитала врача.

— Ну-ну, нынче молодёжь, только тронь...

Врач бурчал, покорно выслушивая. Насколько До Ихён привык к ворчанию врача, настолько и врач, похоже, привык, что его ругает медсестра.

— Ихён, у тебя ведь физиология омеги слабая, так что феромоны отца ребёнка очень нужны.

— Отца ребёнка нет.

Вплоть до выхода из кабинета врач настойчиво повторял, что так нельзя, но у Ихёна не было ни малейшего желания искать того партнёра на одну ночь.

Вернее, даже если бы хотел, не смог бы. Ведь всё, что помнил До Ихён о том мужчине, — это одно-единственное смутное впечатление: у него была поразительно эффектная внешность.