Невидимые
Я не спал двое суток. Вышел покурить на балкон. На улице лютый мороз, а на часах семь утра. Звонит телефон, но я только зажег сигарету. Покурить внутри? В квартире будет вонять, а “эта” опять будет орать. Подождите, “этой” уже нет. Ведь мои “домики” мне важнее чем она. Конечно легче разрушить отношения, чем понять и принять человека. Ну вот, пока решал, телефон перестал звонить. Как же я устал. Хоть бы кто-то спросил каково это проектировать дома. Каково это сделать, чтобы оно не развалилось к чертям собачьим, каково это думать о других, каково это отстаивать свое “я” и своё видение в архитектуре. Всем все равно. Дай, сделать, переделай, найди новый заказ, не спорь. Черт, сигарета последняя была. Бычок я по привычке выкинул вниз. Собирался заходить в комнату, потому что замерз как собака, но крик внизу меня остановил.
— Молодой человек! Молодой человек! — крикнула женщина.
— Что? — удивленно ответил я.
— Я подметаю в этом дворе больше пяти лет. Каждый день, независимо от погоды и поры года. Знаю каждого жителя, знаю кто когда уходит на работу. Да что уж там скрывать, знаю кто когда курит и сколько. Можно просьбу? — спокойным голосом спросила женщина.
— Денег попросить хочет что ли. — подумал я. Да, что хотите? — все-таки спросил. Любопытство взяло надо мною верх.
— Перестаньте курить. Вас это погубит. Вы такой молодой, а курите так, как будто будете жить вечно.
— Да, хорошо.
Надел зеленый свитер. Из еды только кефир и сухая булка с изюмом (которую я дико ненавижу). Все-таки от “этой” была польза — было что поесть. Ладно, по дороге на работу поем. Выпью чаю.
9 утра. Я на работе. Слова женщины не выходят из головы. Какая-то незнакомка сказала мне спокойным тоном то, что криком пытается донести до меня мама уже 7 лет. А именно из-за неё я начал курить, именно она меня довела. Надо покурить. Черт, я забыл купить сигареты. Ладно, через час собрание.
— Сергей Викторович, можно сделать уборку в кабинете?
— Что?
— Говорю, можно кабинет ваш убрать. Неделю уже не впускаете, боюсь, в свалку превратите ваше место работы. — сказала женщина.
— А, да. Только окно откроете в конце. — сказал я выходя из кабинета.
Наталья давно у нас работает. Никогда с ней не общался. Говорят, она дружелюбная и милая женщина.
О, идет “Гитлер в юбке”. Пойду чаю выпью.
— Сергей Викторович! Сергей Викторович! Сергей! — с криком на весь коридор и тяжелыми шагами шла ко мне навстречу “любимая и лучшая на свете” начальница.
Не успел.
— И вам доброе утро, Жанна Эдуардовна. Как спалось? — сказал с натянутой улыбкой. Смотрю на вас, — кинул взгляд на неё снизу вверх, — Думаю, очень хорошо.
— Доброе утро. А вы, вижу, и не ложились. В офисе ночевали?
— Люблю свою работу, но предпочитаю спать дома. — скрестил руки на груди.
— У вас проблемы в проекте, Сергей Викторович. — сказала начальница. В её голосе яд давно пропитался.
— Вы? Так это временное.
— Я насчитала около 8 ошибок…
— Так. — перебил ее. Во-первых, я вас слушать не буду. Почему? Ну, наверное, потому что переспать с большим дядей, не равносильно получить знания в области архитектуры, тем более опыта. Разве что в чем-то другом. Но меня это не касается. Во-вторых, на мне, большой дядя зарабатывает намного больше, чем на тебе. Хотя, что с тебя взять? Ладно, мне лень с тобой разговаривать. — медленно пошел в свой кабинет.
— Хамло! — истерически крикнула начальница.
Я улыбнулся. Хотелось её с грязью смешать, но настроения и так не было.
— Кстати. Не проект, а чертеж. Всего доброго. — сказал я, закрывая дверь кабинета.
Жанна неплохая девушка. Просто до жути глупая, невоспитанная, местами истеричка. И от нее ужасно пахнет. Иногда хочется купить ей нормальные сигареты. Но фигура красивая. Роста бы немного добавить и было бы хорошо. Что в ней папа нашел?
—Да. Да, разговаривал. Да, услышал про 8 ошибок. Нахамил? Конечно. Грех не нахамить ей. Папа, если это твои замечания, приди в офис и скажи мне их в лицо и покажи на бумаге, а не передай их через эту. Не буду. Вот придешь через пол часа обсудим все чертежи. Пап, я на работе, на которой надо работать, чтобы зарабатывать деньги. Я не хамлю. Люблю.
Примерно так выглядят мои разговоры с отцом. Он тоже неплохой человек, просто деньги и власть меняют людей, а такие, как Жанна, еще придают псевдо статус и псевдо уверенность в псевдо важных, высоких и особых кругах. Маму родную не жалко. Тоже истеричка редкостная. У папы глаз на таких лежит. Но я их люблю. Иногда.
Спустился на второй этаж. Дико захотелось кушать. На кассе работает милая девушка. Новая? Не знаю.
— Доброе утро, Сергей Викторович. — поздоровалась со мной девушка.
Она знает как меня зовут. Интересно.
— Доброе утро. Можно…
— Как обычно?
— А как обычно?
— Яичница, 3 яйца, глазок. Обязательно поперчить. Сыр и черный хлеб. Черный чай. — сказала девушка с улыбкой на лице. Но она не улыбалась губами. Она улыбалась глазами. Ещё немного и она будто начала бы светиться.
— И две ложки сахара. — одновременно сказали.
— Интересно. Вы всех так запоминаете?
— Редко. Я вас часто тут вижу, поэтому и запомнила.
— А имя откуда моё откуда знаете? Ещё и отчество. Следите?
— Да особо и следить не надо. Пару раз слышала как ваша начальница на вас орет. — сказала девушка мило улыбаясь.
— Да она мне не начальница. Просто…Просто никто. — сказал я и посмотрел на часы. Я сяду возле окна. Как обычно.
Часто видит меня. Хм. Неужели я стал таким слепым, что не заметил её сразу?
10:20. Черт, опаздываю.
— Спасибо. Все было очень вкусно.
— Не за что.
— А как вас зовут? — решил поинтересоваться.
— Ваш папа возле лифта, вы опаздываете.
— Не скажите?
Девушка улыбнулась и ушла на кухню.
И вправду опаздываю. Папа и еще 6 человек сидели в переговорной.
— Ты опоздал.
— Прошу прощения. Виновен. Дайте минуту подготовиться.
— Влюбился? — сказал кто-то в комнате.
— Разлюбил. — раздраженно сказал я.
8 ошибок и не было, все прошло хорошо и наконец-то все утвердили. Пора идти домой.
Мы с отцом выходили из офиса.
— Ты выглядишь лучше, чем неделю назад. — заметил папа.
— Ну вы наконец-то утвердили чертежи.
— Сидишь опять на чем-то? — с осторожностью спросил папа.
— Нет. — спокойно ответил я.
Это пройденный этап, который не вызывал у меня агрессии. Все изменилось. Все хорошо.
— Время лечит, пап.
— Я рад это слышать. Тебя подкинуть до дома? - спросил отец.
— Нет. Мне надо к другу.
— У тебя же машины нет. Вернуть?
— Нет, не хочу. Пешком полезно ходить, да и в троллейбусе можно почитать.
— Где? В троллейбусе? Ладно, делай что хочешь. Позвони мне завтра. — сказал папа и садясь в машину.
— Пап, ты зажрался.
— Что? — мужчина спустил стекло машины.
— Завтра позвоню. Пока.
Никакого друга нет. Я хожу к психологу. Хороший мужик. Друзей у меня не осталось. Точнее, не было. Какие могут быть друзья, у которых зависимость? Мне и вправду уже легче. Все сразу навалилось и маленькими кусочками уходило из жизни. Ещё немного и буду чувствовать себя ещё лучше.
На улице шел мерзкий, мелкий дождь. Дул холодный ветер. Девушка в короткой юбке смешно перебирала ногами. Как будто пыталась согреться. Маленький мальчик упал лицом в снег и абсолютно счастлив. Но очень холодно. В такую погоду лучше сидеть дома. Ещё и этот снег. Точнее, слякоть.
Я пришел на остановку. Троллейбуса не пришлось долго ждать.
— Все деньги на карточке. Мелочь. Блин, опять будут ругаться. — подумал я, заходя в транспорт.
— Один билет. — протянул я руку с мелочью.
— Возьмите билет. — сказал водитель.
Я прокомпостировал билет и доехал до своей остановки. Немного подождал в приемной у психолога. Там была жуткая парочка и лучше подождать пару минут, чем прерывать их сеанс. Даже если он закончился. Сложная ситуация.
— Старовский. Есть?
— Есть.
— Заходите. Константин Михайлович отошел на секунду. Чай или кофе?
— Чай. Черный. Две ложки сахара.
Через пару минут появился психолог. Он нервно мял руки, как будто снимал стресс.
— Выглядите уставшим.
— Сезон закончился, но люди еще идут. Продлили или что-то поменялось?
— Не знаю, если честно. — протянул руку и поздоровался с мужчиной.
— Я тоже. Но, пока они нами не видят реальной проблемы и игнорируют мои слова и рекомендации — я зарабатываю деньги. — сказал мужчина, раскладывая по местам вещи на столе.
— Константин Михайлович, а можно я на диван лягу? Никогда такого сеанса еще не было.
— Конечно.
Я лег. Это было приятное ощущение. Да и диван мягкий. Как у нас в старом доме, когда родители еще вместе жили.
— Рассказывайте. Что у вас нового? Последний раз вы были у меня 5 дней назад. Хотите оставить меня без работы?
Я посмеялся. Хочу признаться, у меня очень звонкий голос, молчу уже про смех.
— Ни в коем случае. Вы хороший специалист, который мне помогает. Чему я безмерно рад.
— Это меня радует. Что вы заметили или ощутили нового в своей жизни? — с улыбкой спросил мужчина.
— Доктор, вот вы знаете, она стала более глубокой и широкой. Я начал видеть новых людей, испытывать новые чувства. Как будто проснулся после долгого сна.
— Видеть новых людей? В плане знакомиться?
— Нет-нет. Которые каждый день с нами, но как будто они…они невидимые в реальности.
— Интересно. Расскажите поподробнее.
Мой сеанс продолжался чуть больше, чем обычно. Целых 2 часа. Эта была последняя встреча с Константином Михайловичем. Такое ощущение, что его миссия была завершена, и я выздоровел.
Посвящаю другу.
Лариса Амбарцумян