Неупокоенный 2

———————————————————

Столь странная просьба перепугала Илью ещё больше. Мысль о том, что этот кто-то – вампир, не возникла сразу. Сначала надумал черноволосый, что этот жуткий парень – самый настоящий убийца или людоед. А как подумать, иначе, коли у него вся пасть в крови? Хотя, он выглядел достаточно симпатично и молодо, если не учитывать все вышеперечисленные факторы...

На секунду юноша задумался. Он что, только что видел небольшие клыки во рту у незнакомца? Да ну его, свет и страх сами по себе картины пишут и мир меняют. Но клыки – далеко не самое страшное.

С чего бы ему вообще просить убить себя, если он тут маньяк? Что происходит? Всё это никак не укладывалось в голове обычного молодого крестьянина. Тот нервно сглотнул слюну, не отводя глаз от белобрысого, но сказать вновь ничего не удалось. Вдруг, товарищ напротив сделал несколько шагов в сторону, словно пропуская Илью к выходу. А он от внезапных движений дёрнулся и нож ещё крепче сжал, словно было куда.

–Я..есть хочу...уход-ди... – Еле-еле, с горем пополам, пробурчал обладатель разноцветных глаз, непроизвольно покачиваясь из стороны в сторону, не то как псих, не то как тот, кто вот-вот рухнет на пол без сознания.

Тут уж у Ильи быстро сработал инстинкт "бей или беги". Но поскольку бить было слишком уж страшно, решил выбрать второе. Он резво вскочил, поднявшись на ватные, казалось бы, ноги, и помчал так быстро, как никогда доселе не мчал. Он ловко прошмыгнул через дыру в стене наружу и словно молния побежал куда глаза глядят, держа в руке нож. Корзинки плетённые с грибами остались там, но какая уж разница?

Спотыкался юноша, падал, но снова подымался и продолжал неистово бежать, не чувствуя усталости и холода. Ветви деревьев окаянные безжалостно хлестали по бледному от первобытного ужаса лицу, царапая кожу тонкую, но это сейчас совсем было не важно.

Так и бежал без устали, пока не выбежал наконец к триклятой опушке, где упал сразу на траву и стал жадно глотать воздух, словно отбирает кто. Там уж, кое-как, он до избы своей семьи дополз, а там таких люлей отхватил... Крик отцовский, наверное, вся деревня слышала. И выпорол отец юношу как следует, но тому всё по барабану было, будто слепой да глухой. А всё ведь только потому, что живой вернулся.

Рассказывать всё родителям он, конечно, побоялся. Сказал мол, от собак одичавших убегал, так и оставил в лесу грибы. Мать с отцом недоумевали, да и не знали совсем, правду чадо их городит иль нет, но допытывать не стали. Спать уж ложиться было пора.

Только вот всю ночь Илья проворочился, ибо вид того блондина из головы на отрез отказывался выходить. Такой, с одной стороны, чудесный! А вот с другой... Это ж как его угораздило, интересно? Его ведь умыть только, переодеть, покормить и дать отоспаться – будет писанный красавец, все девки бы слетелись мигом. Но откуда он взялся вообще, и неужто он виноват в пропажах скотины, домашних животных и даже людей?

Странный он... Весь бледный такой, с мёртвым взглядом, в лохмотья одет, босиком. На руках да ногах тряпки какие-то замотанны. Показалось, даже, что кожа в нкоторых местах слазит... А клыки те? Может, не причудилось таки Илье? Может, и впрямь упырь? Но на кой чёрт упырю о таких вещах вдруг просить, опять же? "Убей меня, пожалуйста." – эта фраза, сказанная столь жалобно и тихо, вызывала очередную волну мурашек. Даже обидно за него становилось. Устал, наверное, бедненький. Коли действительно вампир, значит, прожил много. Каждый день еду себе добывать, от солнца в земле да в заброшках прятаться, друзей и любви нет, и больно наверное так, что почти невыносимо. Всё эти язывы на теле, раны, ссадины да синяки... Это ж всё гниёт и страшно ноет.

Со всеми этими весьма странными рассуждениями, парнишка, в итоге, и уснул. А как проснулся, когда пропели первые петухи, и вышел с отцом на улицу после недолгого семейного завтрака, увидел у входа в избу, на пороге, те самые две корзинки, полные грибов, что вчера в той церкви и оставил. Неужто, упырь этот принёс?

Кое-как объяснив матушке, откуда они здесь взялись, Илья отправился в поле пахать да по хозяйству помогать старшим.

Погода сегодня была тёмная, пасмурная. Казалось, вот-вот грянет гром и молнии разразят небеса. А поле то находилось недалёко от леса совсем, пару шагов, и вот, ты уже средь дубов да сосен.

Весь день сегодня, бедный юноша, рассеянный бродил, работал нескладно, наперекосяк. Батя спрашивал, что стряслось с ним, коли сегодня такой растяпа, а тот лишь плечами пожимал и отмахивался, всё в сторону чащи поглядывая. И в какой-то момент увидел: вот те на! Стоит нечисть белобрысая там, недалеко совсем, глядит, но не нападает. Тут, вдруг, Илью охватил страшный интерес! Не страх, не ужас, с именно интерес. Вот бы щас к нему подойти, да обо всём расспросить. "Небось, ночью-то поймал себе какого-нибудь зверя и сожрал, так что, теперь не голодный" – думалось зеленоглазому. И вот, сказал он отцу, что в хату ненадолго вернётся, мол надобно ему там что-то. А сам в обход, чтобы не видел никто, к опушке леса прошёл. Сквозь деревья прошмыгнул и пришёл туда, где чёрт этот стоял окаянный. Да вот только нет никого. Расстроился молодой, уже уходить собирался, как вдруг сзади хруст веток услышал. Развернулся, и вот, опять стоит. Илья растерялся мгновенно: мужественного из себя не построишь перед нечистью или психом, да и трястись от страха толку ноль.

–Ты вампир? – Спустя минуту молчания, наконец спросил черноволосый, и что самое интересное – голос его даже не дрогнул.

Некто отвёл уставшие глаза, уставившись в землю под собственными ногами, и сделал странное движение головой, напоминающее согласный кивок.

–А чего молчишь? Знаю ведь, говорить умеешь.

–...

Илья нахмурил брови, когда ответа не получил, но вдруг светловолосый голову приподнял, показывая на бледном, словно снег, горле, большую, свежую рану.

–...б-больно. – Прохрипел он. И на удивление, в голосе его было полно человеческого. И безразличие, и принятие, и страдание в одном флаконе! Так ещё и приятный голосок, если смог бы громче говорить, да не так сипло.

Тут юноша ахнул. Жалко, почему-то, стало эту падаль. Всё же, он тоже чувствует... Хотя, Илья попытался сие мысль прогнать. Как может быть жалко убийцу и людоеда?!

–Ясно. И на кой чёрт явился ты сюда?

–...

Упырь сделал пару вялых шагов вперёд, от чего Илья напрягся и был готов в любой момент либо ударить, либо бежать быстрей вчерашнего. Но этот убийца выглядел столь жалко и немощно, что даже убегать не хотелось, а там более бить.

Однако, вместо того, чтобы напасть, вампир протянул ему руку, и разжав кулак с почерневшими ногтями и кучей ссадин на тонкой коже, показал черноволосому уже готовый, наточенный осиновый кол.

Взглянув в уставшие, стеклянные, не выдающие эмоции, разноцветные глаза, Илье вдруг показалось, что тот щас заплачет, хотя на это и намёка не было.

–Это что ещё? – Строго спросил он.

–...м..убей..ме..ня...

–Да сколько-ж можно? Что ты за вампир такой странный?

–У..стал...хочу с...спать.

Зеленоглазый насмешливо прыснул.

–Ну, иди в свою церквушку да проспись! Днём упырям это делать и нужно.

–...Хочу...спать..в..э..всегда...

–Так возьми кол, да убей себя сам! – Крикнул юноша на эмоциях, делая шаг назад. От резкого движения и громкого звука, светловолосый тоже отшатнулся назад, и, кажется, слегка погрустнел, после чего отрицательно помотал головой.

–..Стра..шно...

Ну дела! Илья ведь и не догадывался, что такое бывает. Вампир, только очень вялый, не особо-то опасный, ещё и мечтающий умереть, но боящийся это сделать! Кому расскажешь – не поверят и засмеют.

–Ну, знаешь ли, уважаемый вампир, я тоже тебя боюсь. Да и к тому же, не могу я так, средь бела дня... – Отнекивался черноволосый. Мол, как же он к бате на поле вернётся и работать целый день будет, с осознанием того, что только что человека убил?! Пускай и так, уже кучу лет как не живого.

–О, а давай я ночью сюда же приду и тебя убью? – Внезапно предложил он, хотя не очень-то и горел желанием сдерживать данное обещание.

Вампир кивнул, и на его лице словно промелькнула мимолётная, почти незримая улыбка.

–Как тебя звать хоть?

–...А-а..Андрей...

Илья тихо рассмеялся. Не слишком пафосное имя, но он уже понял, что упырей представлял неверно. Или этот – единственный в своём роде упырь-меланхолик.

–А меня Илья. И кстати, за грибы тебе спасибо. Ну, что принёс.

Тот в ответ вновь слабо качнул головой, после чего медленно сделал несколько шагов назад, чтобы Илья, если что, не боялся пройти.

В конце концов, черноволосый к отцу в поле вернулся, а сам всё думал о том, что он ведь ночью, выходит, пойдёт сражаться с нечистью! Ну, или, если быть точнее, добровольно эту нечисть казнить... Но как? Симпатичный такой, если не смотреть на все шрамы и рваную, сырую, старую одежду. А глаза его разноцветные и столь уставшие – это просто что-то с чем-то. Посему, не смотря на то, что он опасен, убивать его не хотелось вовсе.