Несущий мир

Казалось, тот день должен был пройти идеально.

Интересная школьная поездка, множество новых мест, истории от учителей, смех ребят и бесконечная болтовня. Всё это оборвалось в один миг: превратилось в кровавое месиво от когтей монстров, смех обернулся криками ужаса и боли, а учителя и одноклассники — кусками разодранной плоти, в которых уже трудно было узнать людей. Паника охватила всех, кто остался в живых. Хаотично полетели заклинания, убивая как врагов, так и союзников. Начался настоящий ад, и никто не знал, что руководил им Бог — Анаксагорас, создатель их мира.

— Господин Велизар, вам здесь что-то нужно? — раздался хриплый голос старика над ухом.

Велизар моргнул, и видения прошлого исчезли. Наверное, слишком глубоко задумался над тем, что случилось тысячу лет назад. Сейчас вокруг него был не город: сплошные развалины, руины, поросшие вялой зеленью и обтянутые хилыми лианами, а завершало картину мрачное тёмно-серое небо, на котором уже больше сотни лет не появлялось солнце. Велизар повернул свою кудрявую голову к старику: тот улыбался так дружелюбно, так мягко. Так фальшиво. И лишь глаза выдавали, насколько неприятно ему было видеть Велизара.

И сам Велизар об этом прекрасно знал.

— Нет, я просто смотрю, не нуждается ли кто в помощи. Скажи, в твоём подземном селении всё хорошо? — он натянул на лицо улыбку. Впрочем, более искреннюю и живую, чем у своего собеседника.

Голос у него был звонким, высоким. Мальчишеским, прямо говоря. Вероятно, потому что Велизар им и являлся вот уже целую тысячу лет. После его ответа старик дёрнул уголком губ и механически посмеялся, махнув рукой:

— Всё в порядке, господин. Не стоит вам тратить своё драгоценное время на нас. Лучше, — «вали отсюда и займись делом», так и говорило его лицо, — уделите внимание другим селениям. Они, к сожалению, не такие сильные, как мы.

Велизар несколько секунд молчал, улыбка его подугасла. Он прекрасно умел читать между строк. Дослушав до конца, он кивнул и ответил, как ни в чем не бывало:

— Отрадно слышать, что всё хорошо. Тогда, пожалуй, ты прав: пойду проведаю другие селения. До свидания!

После чего вежливо кивнул, развернулся и направился, куда глаза глядят, мимо разрушенных зданий и обломков некогда огромного города. Старик ему ничего не сказал на прощание, но Велизару это и не было нужно. Оказавшись на достаточном расстоянии от поселения, он вздохнул. Не тяжело и не горестно, просто без эмоций, с лёгким налётом глухой тоски. Над головой изредка пролетали птицы, а кругом стояла мёртвая тишина, прерываемая лишь шагами Велизара да карканьем голодных ворон, ищущих пропитание.

«Я уже давно привык к такому обращению, но всё равно иногда немного не по себе», — он сунул руки в карманы белой куртки и поёжился: становилось холоднее. Близилась зима.

Когда-то Велизар был героем. Вместе с остальными сильными магами они составляли Совет хранителей, который должен был оберегать планету от всяческих несчастий. У всех них имелась связь с Анаксагорасом, создателем и Богом этого мира. И одновременно его самым большим проклятьем. Кто бы мог подумать, что такое могущественное, величественное создание решит бросить собственное творение, словно ребёнок, которому надоела старая игрушка. Тогда-то и начались все катаклизмы, а после планета и вовсе почти разрушилась. Совет хранителей смог на какое-то время оттянуть её кончину, даже ценой жизни нескольких своих магов, но не в их власти было полностью разобраться с нависшей неизбежностью. В этот момент многие жители мира, потерявшие всякую надежду, паникующие, напуганные, начали ненавидеть их, презирать, называть слабыми и недостойными своей власти. Досталось и Велизару. Когда-то его красиво величали титулом «Несущий мир», но теперь называли «Проигравший миру», «Крест мира». По-всякому. Но суть каждый раз оставалась одна.

«Ничего страшного, переживу. Людям необходимо куда-то вымещать свои эмоции, иначе они сойдут с ума. И если им проще объединиться и переживать трагедию, поливая меня ядом, то пусть будет так. Я привык», — он слабо приподнял уголки губ с мелькнувшим на лице выражением боли.

На самом деле он знал, что никогда к этому не привыкнет. Не сможет смириться, но будет молчать, лишь бы его народу было легче. Начни он и другие члены Совета подробно и скрупулёзно объяснять, почему они априори не могут спасти свою родину, то люди, лишившиеся груши для битья, начнут разобщаться между собой, вымещать эмоции и скопившийся негатив друг на друге, а это было бы в сто крат хуже. Сейчас, по крайней мере, поддерживался хоть какой-то баланс.

Велизар продолжал шагать вдоль обломков зданий, его цепкий взгляд ярко-зелёных глаз переходил от одного пейзажа разрухи к другому, но никаких идей в голове так и не появлялось. Он уже давно, как и другие маги Совета, пытался отыскать способы спасения мира, но всё было тщетно. Умом Велизар понимал, что это невозможно, но продолжал надеяться, собирал разные заклинания, гримуары, магические руины, пробовал использовать их силу, терпел крах своих идей и начинал всё заново. Выходил замкнутый круг.

Подул холодный ветер, неприятно забираясь под куртку, царапая кожу и заставляя всё внутри свернуться в один комок. Велизар торопливо застегнул молнию, поглубже пряча нос в высоком воротнике свитера. Если так пойдёт и дальше, то придётся искать одежду потеплее. А ведь в любом случае придётся, зиму же никто не остановит.

«Можно использовать заклинания огня, чтобы греться, но одежда никогда лишней не будет. Надо заглянуть к Марине, у неё самые дешёвые куртки и пуховики».

Несмотря на то, что многие ненавидели Совет, было достаточно и тех, кто понимал их положение и не винил в отсутствии достаточной силы. В конце концов, с катастрофой таких масштабов мог справиться если не другой Бог, то как минимум божество. Но, к сожалению, в их мире таковых не наблюдали, ведь Анаксагорас строго следил, чтобы он был такой один-единственный.

«Вот кого и стоит ненавидеть, так это его. Но рассказывать правду о нём нам запрещено, чтобы людей окончательно не пожрало отчаяние. Будь у нас божественная мощь, мы бы его...»

Велизар крепко стиснул зубы и мрачно, недобро сощурился, глядя куда-то за горизонт. Его детское лицо сейчас пылало взрослой яростью. Он не простит Анаксагораса. Нет уж, никогда этого не случится. Это чудовище должно ответить за свои поступки, но... Как? Смертным не дано хотя бы пальцем тронуть Бога, что уж говорить о его убийстве. Велизар расслабился: выражение его смягчилось, он выдохнул и вновь обрёл привычный для себя спокойный вид. Подумал о том, что злобой делу не поможешь. И зашагал дальше, ковыряя пальцами завалявшуюся в кармане монетку.

«Соседние миры отказываются помогать нам, у них и своих бед очень много. Столько беженцев-иномирцев никто не примет, это слишком рискованно. Пустых миров поблизости тоже нет», — он медленно перебирал в голове всё, что смог узнать за время как своих поисков, так и поисков других магов Совета.

Всё было более чем плачевно. Велизар закрыл глаза, покачал головой и вновь открыл их, неопределённо смотря себе под ноги. Его белые с жёлтым кроссовки, такие старые и изношенные, скоро уже совсем слились бы с грязной, запыленной землёй, усыпанной камнями, кусками асфальта и тем, что осталось от города. Велизар поднял голову и посмотрел вперёд: где-то в пятистах метрах замаячил яркий большой указатель, на котором что-то было написано красной краской на белом фоне, а рядом с надписью оказалась пририсована большая стрелка, указывающая направо. При виде этого указателя Велизар улыбнулся: знал, куда тот вёл.

«Поселение, где живёт Марина. Что же, вот и можно купить в её славном магазине новые вещи. А по пути я как раз ещё немного подумаю над решением сложившейся ситуации», — он почувствовал, как узел внутри него немного ослаб.

Пусть жизнь в их мире сейчас была ни капли не сладка, пусть она висела на волоске, но сдаваться Велизар не собирался, даже разумом понимая, что выхода нет. Он просто не мог сидеть сложа руки, прекратил бы уважать сам себя, но когда придёт время, он хотя бы будет знать, что пытался спасти всех до самой последней минуты.

Впрочем, ему ещё было неведомо, что где-то там, далеко-далеко, в ещё одном умирающем мире, сидело такое же преданное дитя Анаксагораса, желающее отмщения. И совсем скоро оно собиралось подать знак.