Неправильное рождество

Почему Россия отстала от всего христианского мира на 13 дней

Этот текст был написан и опубликован три года назад. Тогда казалось очень важным высказать простую мысль: нет ничего, что нас бы радикально отделяло от Европы, радикально разделяло с европейским христианским миром. И сейчас, в конце 2023 года, нам по-прежнему кажется это очень важным… Даже еще более важным.

Ну и само Рождество, праздник связанный с ожиданием великого чуда, там, где казалось бы нет ему никакого места, никакой возможности. И как раз сейчас, в конце 2023 года, это кажется нам едва ли не самым важным и нужным. Чудо…

Пустота. Но при мысли о ней

видишь вдруг как бы свет ниоткуда.

Знал бы Ирод, что чем он сильней,

тем верней, неизбежнее чудо.

Постоянство такого родства —

основной механизм Рождества.

(Иосиф Бродский. «В Рождество все немного волхвы…». 24 декабря 1971 года)

***

Завтра 25 декабря — большая часть христианского мира будет праздновать Рождество. Но не Россия, христианский календарь, которой отстает на 13 дней. И именно в Рождество — мало того, что дата не совпадает, так еще и Новый год оказывается не после, а до Рождества — календарные расхождения между Россией и Западом ощущаются острее всего. И вызывают желание увидеть в них то ли причину, то ли символ отделенности России от остального христианского мира. Ее отсталости или, наоборот, превосходства.

Россия с момента принятия христианства жила по Юлианскому календарю. Но в этом не было никакой русской особенности. По Юлианскому календарю жил весь остальной христианский мир. Он был введен в Римской тогда еще республике, 1 января 45 года до.р.х указом Юлия Цезаря. И по этому календарю в обычном году 365 дней, а раз в 4 года к февралю прибавлялся еще один день — то есть один год юлианского календаря равен 365, 25 дней. Это почти соответствует солнечному (правильнее говорить «тропическому») году. Расхождение на 11 минут и 15 секунд казалось совсем незначительным.

Богословы и астрономы

По этому календарю жила Римская Империя, именно из него исходили первые христиане и отцы Церкви, принимая решения на Вселенских соборах о датах церковных праздников и церковном календаре. В том числе о едином для всех христиан дне празднования Пасхи и принципах его календарного расчета: «Мы должны праздновать Пасху в первое воскресенье после первого полнолуния, имеющего быть после весеннего равноденствия (21 марта), но никогда в один день с Иудеями».

По этому календарю 16 столетий жил весь христианский мир. Но в итоге эти самые 11 минут ежегодных расхождений с солнечным календарем привели к тому, что реальное весеннее равноденствие уже никак не соответствовало 21 марта, от которого отсчитывали дату Пасхи, теперь оно происходило на 10 дней раньше.

В 1582 году папа Григорий XIII решил все исправить. Он издал буллу Inter gravissimas («Среди важнейших»), вводившую в католических странах новый календарь. По которому, во-первых, текущая дата сдвигается на 10 дней вперед. А во-вторых, устанавливается правило: каждый год, кратный 100, но не кратный 400, не является високосным.

Итак, Григорианский календарь сразу уходил на 10 дней вперед от Юлианского. А потом еще на 3 дня каждые 400 лет (1600 год был кратен 400 и високосные года нового календаря в этом столетии совпадали со старым, но в 1700, 1800 и 1900 — Григорианский календарь убегал на еще один день вперед).

Папа Григорий ⁠исправил очень важный сбой в пасхальной системе. Привел ⁠в соответствие с реальностью ⁠пасхальное правило равноденствия. Однако ⁠тут же вынужден был нарушить ⁠правило «несовпадения с иудейской пасхой». Пока пасху считали по ⁠неточному ⁠календарю — с иудейской пасхой расходились без труда, но теперь это оказалось почти невозможным и время от времени католическая пасха совпадает с иудейской. Седьмое апостольское послание гласит: «Аще кто епископ или пресвитер, или диакон святый день Пасхи прежде весеннего равноденствия с иудеями праздновать будет, да будет извержен от священного чина». Получилось так что логика папы заключалась в том, чтобы уйти от анафемы за непразднование пасхи прежде равноденствия, а логика оппонентов реформы как раз указывала на анафему совместного празднования с иудеями.

В итоге реформа так или иначе нанесла удар по идее главного постановления о пасхе — единый день праздника для всех христиан перестал быть таковым. Впрочем, сам папа хотел этого максимально избежать, а потому в своей булле он обращался не только к католикам, но и ко всем светским властям: «Короли, принцы и республики».

А что Россия?

Православный мир отверг реформу: Константинопольский Собор 1583 года провозгласил анафему «безбожным астрономам». Ну, а Россия календарной проблемы тогда, в XVII веке почти и не заметила. Польша, которая одной из первых в октябре 1582 года перешла на новый календарь, конечно имела в это время большое влияние на Россию и русскую жизнь, но влияние это было весьма специфическим — война и отчаянное противостояние всему польскому.

Основные же взаимоотношения и торговля шли с англичанами, голландцами, шведами и немцами, которые как раз по-прежнему жили по Юлианскому календарю. Сейчас нам это кажется странным, но Англия вообще перешла на Григорианский календарь только в середине XVIII века. Так что когда мы читаем, что Шекспир и Сервантес умерли в один день 23 апреля 1616 года, то должны понимать, что в реальности Шекспир умер на 11 дней позже, так как его смерть датируется по Юлианскому календарю (в мировой практике сложилась традиция не пересчитывать даты событий, которые произошли до принятия григорианского календаря).

И, кстати, история английского перехода была совсем не безболезненной. До бунта не дошло, но волнения и массовые недовольства были вполне серьезные. И очень показательно, что шли они под лозунгом: «Верните нам наши одиннадцать дней!» В Англии люди восприняли изменение календаря, как грабеж — у них украли 11 дней жизни. А заодно и 11 дней налогового года. Впрочем, тут правительству пришлось уступить, и оно перенесло дату окончания сбора налогов с 25 марта на 6 апреля.

В России XVII века Юлианский календарь вообще никем не воспринимался как антизападный, антиевропейский и уж тем более самобытный. Он был общехристианской нормой, скорее, Григорианский календарь воспринимался как сугубо католический. Кстати, мы и до сих пор говорим про 25 декабря как про католическое рождество, даже понимая, что современный рождественский масскультурный канон был рожден в протестантских культурах.

В 1700 году Петр I произвел календарную реформу: установил летоисчисление от Рождества Христова и новый год перенес на 1 января. До этого Россия жила по византийской системе летоисчислений, в которой время считалось от сотворения мира, а новый год начинался 1 сентября (до XV века параллельно использовался и «мартовский стиль», где новый год отсчитывался от 1 марта, отсюда и частые несоответствия — на год или два — в летописях). Петр провозгласил 7208 год от сотворения мира 1700-м от р.х. Но ему и в голову не пришло менять календарь дней. Все по той же причине: англичане, голландцы, немцы, с которыми он общался и на которых ориентировался (и шведы, с которыми он воевал), жили все еще по Юлианскому календарю. Впрочем, немцы и голландцы окончательно перешли на Григорианский календарь как раз в 1700 году, но в сознании Петра вопрос календаря не соотносился ни с европейским укладом, ни с практикой взаимоотношений с Западом. Он просто не воспринимал его вообще как проблему.

Не вызывать волнения в народе.

Проблема возникла в XIX веке. Тогда уже регулярно поднимался вопрос о календарной реформе. Академия наук регулярно пыталась ставить это вопрос, но религиозные и охранительные аргументы каждый раз этот вопрос закрывали с резолюцией — не трогать, потому что может вызвать волнения в народе. Английский опыт показал, что просто так взять и сказать людям, что после первого октября будет сразу 14-е (в XIX веке разница составила уже 12 дней) очень опасно. Чем позже совершается «григорианский скачок» дат календаря, тем болезненнее он воспринимается людьми. И не только из-за большего количества дней, но и из-за большего влияния календарной структуры на повседневную жизнь людей и их восприятие жизни

Что касается сопротивления церкви, то тут категорическое неприятие «католического календаря» и католической пасхалии породило разнообразные идеи, связанные с тем, чтобы вместо перехода на Григорианский календарь обновить и усовершенствовать Юлианский, приведя его в соответствии со световым годом.

В итоге такой календарь был создан сербским астрономом и математиком Милутином Миланковичем — он фактически совпадает с Григорианским (и будет совпадать до XXVIII века), а потом уйдет вперед на один день, так, чтобы еще точнее соответствовать «солнечному календарю». Но Миланкович свой календарь придумал в ХХ веке, уже после русской революции и декрета Советской власти о переходе на Григорианский календарь: февраль 1918 года начался сразу с 14 числа, и с тех пор календарная проблема осталась чисто церковной.

В 1923 году на Константинопольском соборе было принято решение, что все православные церкви должны перейти на Новоюлианский календарь Милутина Миланковича. Однако решение это было выполнено только частью церквей. Константинопольская и Румынская приняли новоюлианский календарь сразу, позже Александрийская, Антиохийская церковь и Элладская (Греческая). Все они считают пасхалию по старому-юлианскому календарю, а все непереходящие праздники (привязанные к календарным датам, как Рождество, например) празднуют по новоюлианскому.

Патриарх Тихон в октябре 1923 года также ввел Новоюлианский календарь в Русской православной церкви, и практически все приходы приняли это нововведение. Однако в ситуации противостояния с Советской властью во избежание раскола или недовольства внутри церкви уже через месяц патриарх Тихон приостановил реализацию этого решения. Уже успели напечатать тиражи календарей, в которых рождество было 25 декабря по новому стилю, но они так и остались библиографическим казусом. Страна перешла на новый стиль, а церковь продолжила жить по старому.

Нет ничего ненормального и тем более отсталого в том, что Россия долго не переходила на новый календарь — до XIX века к такому радикальному шагу не было вообще никаких оснований. Так же, как нет ничего отсталого в том, что русская православная церковь — одна из немногих, кто до сих пор живет по старому, юлианскому стилю: новоюлианская система могла бы стать решением проблемы, но у русских православных в ХХ веке обнаружились проблемы посерьезнее.

Тут нет и не было никаких исторических развилок. Никаких уходящих корнями в русскую историю отклонений. Так вышло, так вот и живем: воцерковленные каждый год делают нелегкий выбор между постом и оливье, а у остальных просто два рождества — одно для распродаж, второе для похода в церковь. И в этом нашем календарном разладе есть уже свой новогодне-рождественский праздничный ритм.