Чаепитие леди в космосе: Маленькое представление

Космическое чаепитие двух леди продолжалось. Цейтл и Жизель то обсуждали различия и сходства их родных миров, то просто наслаждались звёздными, непередаваемо прекрасными пейзажами вокруг. Угощения на столе заканчивались очень медленно, как и ароматный чай, ибо девушки были больше сосредоточены друг на друге, нежели на еде. Каждой очень нравилась её пусть и временная, но интересная компания, в особенности тем, что и Цейтл, и Жизель являлись не простыми людьми, да и не людьми вовсе, благодаря чему у них возникало много общих тем для разговоров, начиная от продолжительности собственной жизни и заканчивая рассуждениями на тему смертных рас. Как сейчас, например.

— Человеческий род иногда бывает сложно понять, а особенно их упёртость в отношении собственных ошибок. Уж не знаю, почему многие из них так боятся признать, что неправы. Будто это сделает их хуже или ниже. Только вот в чьих глазах? — задумчиво, неспешно произнесла Цейтл, рассматривая чайную ложку в своих руках.

Вдали пролетела длинная хвостатая комета, такая яркая, быстрая, будто луч. Цейтл зацепилась за неё взглядом, и в её глазах мелькнули искорки любопытства. Несмотря на свой внушительный, как для божества, возраст, она не утратила любознательности и жажды знаний.

— Подобная черта свойственна даже Богам, что уж говорить о людях, — ответила Жизель спокойно, после чего элегантно подняла свою кружку за ручку и отпила из неё чай. — Причины этому могут быть самыми разными: хоть страх показать слабину перед другими, хоть нежелание признавать свою неправоту, хоть обычная гордыня.

— Соглашусь. Если уж начистоту, то с Богами иногда возни больше бывает, чем со смертными, — Цейтл весело и негромко хохотнула.

Это она знала по собственному опыту. Жизель, услышав её, улыбнулась в ответ:

— И то правда. Хоть я со всем уважением отношусь к этой расе, но временами их поведение вводит в ступор.

— Это точно. Помню, как Киран учил меня летать, когда я была ещё совсем юной. У меня ведь есть форма металлического лебедя. Цейтл сложила руки на столе, при этом не кладя на него локти. Этикет не позволял. — Я случайно залетела на территорию другого божества, мужчины одного, и он очень агрессивно это воспринял: подумал, что мы проводим какую-то тайную разведку. Киран ему объяснял, что это вышло нечаянно, что я учусь летать, но то божество, хоть и понял, что сказал лишнего и напридумывал всякого, всё равно гнул свою линию. Так мы и ушли. До сих пор помню, как испугалась тогда. Маленькая была, глупая.

Жизель слушала свою собеседницу внимательно, с лёгкой улыбкой на лице, но когда рассказ закончился, она немного призадумалась. Посидела, глядя в стол несколько секунд, а затем спросила:

— Хм, раз уж зашла тема твоей второй формы, позволь узнать, а удобно ли в ней летать? Чувствуешь ли ты холод или жар?

Цейтл повертела всё ту же ложку меж пальцев, а затем положила её обратно в кружку, при этом раздался звонкий и короткий дзинь. Она знала, что Судьи читают любые воспоминания, мысли и прошлое всех, кроме Богов, а значит, Жизель уже были известны ответы на эти вопросы, но ей хотелось услышать их именно из уст самой Цейтл. Такая же манера была и у мужа Жизель — Катриэля. Интересно, кто у кого её перенял?

— Летать в ней удобно, я не ощущаю никакого дискомфорта оттого, что всё моё тело из металлов в этот момент состоит. Холод и жар да, чувствую, и это не очень хорошо, потому что оно иногда мешает двигаться, если температура выходит куда-то за грань допустимого для меня. Ещё один минус — я не пушистая, как птицы, — она мягко посмеялась. — Дети как-то пробовали меня трогать и сказали, что на ощупь я холодная и очень твёрдая. В облике человека, кстати, я тоже могу так делать.

В доказательство она сперва чуть потянула себя за щеку, и та растянулась, как самая обычная кожа. Затем Цейтл разжала пальцы и уже через секунду постучала по той же самой щеке — раздался звук, будто бы кто-то легонько бил по металлической двери.

— Ого, — Жизель искренне удивилась и чуть расширила глаза. В памяти собеседницы она видела все эти факты, но наблюдать за ними вот так, вживую, было гораздо и гораздо более впечатляюще. — Потрясающая способность. И какую область тела ты можешь так превращать?

— Какую угодно, могу хоть всё тело сразу, — та пожала плечами, а после съела небольшое печенье из вазочки для сладостей.

— Было бы интересно посмотреть на такое чудо, — Жизель отставила кружку на стол и села прямо.

Цейтл кивнула ей в ответ, прожевала печенье и вполне охотно решила продемонстрировать, как работает её врождённый дар. Дабы лучше было видно, она расстегнула воротник своей кофты и задрала повыше рукава. Конечно, оголяться полностью она не собиралась, да и Жизель этого уж точно не просила, но для полноты картины Цейтл хотелось показать больше участков, которые обратятся в металл. Наконец, она начала своё маленькое представление: вытянула одну руку и постучала по ней второй, при этом вновь раздался звук слабых ударов в железную дверь, затем проделала то же самое с другой. Дальше — больше. Цейтл чуть подняла голову, и от самого её подбородка кожа вдруг начала быстро темнеть, становиться чем-то другим, менять свою текстуру. В конце концов, она превратилась в настоящий вольфрам, который медленно полз вниз по шее, заменяя собой абсолютно всю кожу, пока не исчез где-то за расстёгнутым воротником. На лице Цейтл тоже пролегли полоски металла. Сейчас она выглядела прямо как андроид из фильмов или игр. Правда, вскоре это диковинное явление пропало: в один момент весь металл исчез, вновь превратившись в обычную кожу.

Жизель с тенью степенного любопытства наблюдала за происходящим: в своей жизни она видела множество метаморфоз, и эта показалась ей одной из самых красивых. Сочетание живого и неживого — плоти и вольфрама — было для неё чем-то уникальным, поэтому она не стала сдерживать эмоции, улыбнулась и элегантно поаплодировала:

— Выглядит весьма эстетично и необычно. Большое спасибо, что не отказала мне в просьбе.

— Тебе спасибо за комплимент. Мне и самой нравится то, какая я, — Цейтл засияла радостью.

— И это очень важно, поскольку любовь к себе помогает двигаться вперёд. Особенно в нашем случае, — Жизель коротко указала рукой сначала на себя, а затем на свою собеседницу, имея в виду их расы.

Та ответила ей понятливым кивком и лёгкой ухмылкой. И ведь действительно, для долгожителей было важно не терять веру в себя и любовь к себе, ибо, если они лишатся этих даров, то вряд ли смогут проводить свои дни, годы и столетия в счастье и покое. Тогда настанет бесконечный, невыносимый ад, который, вполне возможно, они сами захотят остановить.

Безмолвный космос нависал со всех сторон, сияя звёздами, завлекая планетами и маня нераскрытыми тайнами, а две девушки продолжали своё размеренное чаепитие. Спешить им было некуда.