"Не зазнавайся."

Как только Петя Стебелькович впервые попал в Старгородоскую гимназию, сразу же привлёк внимание всех её учеников. В свои 14 лет Пётр отличился считай на каждом занятии, связанного с физической подготовкой. Уроки конной езды, обычная физкультура, и даже танцы – в этом Пете не было равных. Насчёт последней дисциплины –занятия танцами не являлись принудительными, и обычно в бальной комнате было от силы человек двенадцать.

В один из таких дней, Пётр, как и все ученики, ожидая учителя, показывал всё, на что был способен. Он кружился на месте дольше остальных, прыгал дальше всех, и без труда становился и в первую, и во вторую, и даже в пятую позиции. Но по неизвестной Пете причине, зрителей вокруг него всё не собиралось должное количество. Причина была ясна сразу же, как Петя увидел в другом краю класса светловолосого мальчишку с очень бледной кожей, и в круглых, комически больших для его лица очках. Мальчик тоже становился во все возможные баллетные позы, что-то тихо рассказывал, при этом громко и псикляво смеясь.

Петю заинтриговало бурное веселье собравшейся вокруг "зубрилки" (а только такой эпитет приходил на ум Пете, когда он смотрел на мальчугана) толпы.

Подойдя ближе, Пётр услышал, о чём именно шептались дети:

-Так я же говорю, мне папа любые книги из его библиотеки брать разрешает! И я вам братцы так скажу, - в этот момент мальчик снова издал ехидный смешок - Я в них прочёл то, что нам нужно! Вот знайте, если какая девочка, да пусть даже из самого Смольного!!! Да пусть даже оттуда...

-Врёшь! - тут же вырвалось у какого-то зеваки в толпе.

-Не вру, дружок, не вру. - быстро осадил его очкарик - Так вот, если вы просто подарите ей синюю розу, и прокрутитесь при этом во-о-от так- блондин продемонстрировал отточенное баллетное движение, и затем встал на одно колено перед воображаемой "девочкой". -То она, через лет так пять, точно, запомните мои слова, точно станет вашей женой!! - мальчишка "понюхал" воображаемую розу, что со стороны выглядело скорее как насморк.

Зеваки заопладировали, а мальчик снова расхохотался, добавив:

-Но это конечно при условии, что вы нарядитесь во что-нибудь поинтересней, чем наша школьная форма... - Не хлопал в ладоши только Пётр. Он грубо заметил:

-А где мы по твоему возьмём розу конкретно синего цвета? Таких роз не бывает!

Очкарик, заговоривший уже было с одним из своих приятелей, резко повернул худую шею в сторону Петра.

-Что-с?! Что говорите-с, сударь??

-Говорю, что таких роз не бывает. - снова повторил Пётр, глядя на мальчишку сверху вниз.

-Значит не бывает... -мальчик закусил губу - А может, может, тебе просто такие никогда не покупали! Ты вообще чей?

-Свой собственный! - вспылил Петя.

-"Своих соб-стве-нных" сюда не берут. - очкарик равнодушно обошёл вокруг Пети, затем ткнул в него пальцем - Фамилия твоя какая?

-Стебелькович. А имя - мальчишка не дал Петру договорить:

-То есть ты сын недавно приехавшего купца. Не дурно. Но знай, ты всё равно скоро отсюдова... Уедешь...

-Это ещё почему?! - рука Петра сжалась в кулак. Остальные ученики зашептались, а кто-то даже отошёл в сторону.

-А потому то, что какие-то там купцы долго на одном месте, особенно на столь чудном месте, как наш Старгород, не задерживаются... - тут только "зубрилка" заметил агрессивный жест Петра. Нервно сглотнул слюну, он быстро, нахмурившись, заявил:

-Моя фамилия Воробьянинов. Я полагаю, о моём отце ты слышал. - на лице очкарика тут же появилась усмешка. То ли надменная, то ли придурковото блаженная.

- Слышал слышал, да вот только не самое лучшее!

-Мой отец, - Воробьянинов гордо выставил вперёд одну ногу -честный человек! А про твоего я даже ничегошеньки не знаю! Кроме того, что он что угодно продаст, и кого угодно р-р-ради новой ткани!

-А я по твоему ничего сказать не могу? Я щас такие слухи про твоего отца расскажу, упадёшь! - голос Пети в этот момент был непозволительно громким. Но голос Воробьянинова почему-то напротив, стал в разы тише.

-А ты что же, всем слухам веришь? Вот и дурак. - он смотрел прямо на Петю. Отчего тому, по совершенно глупой причине, стало совсем не по себе. Но Пётр Стебелькович не был слабаком! Будет он боятся этого ходячего скелета с его старым отцом!

-Так ты меня что, уже и дураком называешь? Уже и дураком называешь? - тут Пётр схватил "малявку" за воротник, и даже приподнял его с земли. Вдруг, не очень близкий приятель Пети из толпы зевак (Стебелькович вчера поделился с ним сливой) вмешался:

-Отпусти его, Петь... Сам знаешь... - а шёпотом добавил - Бед потом будет...

-А пусть! Пусть ответит за свои слова!! - у сына Воробьянинова не было возможности ответить за слова. Пётр сжал его шею, и говорить что либо было сложно. В класс зашёл учитель.

Петра Стебельковича ждал серьёзный разговор. Но чем был этот "серьёзный разговор " по сравнению со льстивой молвой, ходившей по гимназии в тот день. Новенький уделал самого сына Воробьянинова! Не то, что было с физической точки зрения это было сложно... Об этом, кстати, тоже заговорили лишь сейчас.

Петя любил слухи. Он любил, когда они были на его стороне. По этому ходил он в тот день по гимназии с поднятой вверх головой, одаривая учащихся высокомерным взглядом и снисходительной улыбкой.

Вот только самого Ипполита (имя сына Воробьяниных Стебелькович узнал из бойкой молвы людей) Пётр не встречал до конца учебного дня.

"Пойди плачет где-то в углу коридора. Так ему и надо". Такая мысль тешила самолюбие Петра целый день.

За эту выходку на уроке по танцам, Петю задержали после уроков для профилактической беседы. Выслушав замечания учителя молча, но с видом столь самодовольным, что профессор ясно осознал бесполезность этого разговора, Петя не мог дождаться момента, когда прийдёт домой. Расскажет младшим братьям и сестре про свой подвиг... Только родителям, естественно, не слова...

В гардеробе, где висело пальто "героя", не было ни души. Странно, прислуга обычно здесь до самого вечера... Пете пришлось самому взять своё пальто, самому его застегнуть. Внезапно, он услышал тихий голос за своей спиной.

-Что ты хочешь получить за то, что б это все забыли? - Пётр обернулся, и грозно взглянул на стоящего сзади Ипполита. Воробьянинов тоже был в пальто, только застёгнуто оно было не правильно, не на те пуговицы, и надето криво. Петра насмешил вид мальчишки, и он не стал этого скрывать. Он засмеялся, а затем язвительно заметил:

- Что, рядом никого нет, уже не такой смелый?

-У меня есть камушки. Я тебе могу дать несколько, сможешь выиграть завтра в соревновании. - игнорируя слова Пети, продолжил Ипполит. Петя заметил, что говоря это, мальчишка подошёл к нему чуть ближе.

-Сдались мне твои булыжники! А слава у меня и так есть, дурень! Ты тут вроде важная шишка, а я тебя одолел.

-Может, тебе нужны деньги? Деньги всем нужны. А у меня карманных много. - Ипполит продолжал игнорировать всё, что говорил Пётр. И с каждым словом подходил на пол шага ближе.

-Да не нужно мне ничего, отстань! Проваливай, или тебе с утра не хватило! - Пётр невольно попятился назад, но ту же взял себя в руки, и скорчил злую гримасу.

-А знаешь что? - Ипполит, в упор не замечая злости Петра, продолжал подходить всё ближе - Ты прав, Петя. Мне действительно не хватило. Кое-чего.

-Чего же тебе не хватило?... Ударить тебя снова?... Уходи, я не хочу драться с тобой. Скучно это. - Пётр уже собрался уходить, но перед этим решил проверить, аккуратно ли застегнул своё пальто. Он равнодушно посмотрел в зеркало. Пальто было застёгнуто хорошо. Воробьянинова в зеркале уже не было. Видимо, понял, и смылся, наконец-то... Пётр улыбнулся своему отражению и... Почувствовал руку Ипполита на своём плече. Пётр в ужасе обернулся. Мальчишка стоял слева от Петра. Петя ещё раз посмотрел в зеркало. Ипполита там по прежнему не было. Пётр ошарашенно крутил головой то в сторону зеркала, то в сторону мальчишки.

Когда он снова, уже в десятый рад взглянул в зеркало, только и смог, что пробормотать:

-Т-ты чего, чт-то ты выт-творряе-шь?!

-Ты сейчас ничем не болеешь? Простуда, грипп? Нет? - почему-то спросил Ипполит, с поразительной хваткой держа Петра за плечо.

-Н-нет... - автоматически ответил Петя. Он продолжал смотреть в зеркало, где Ипполита не было. И тут Петя почувствовал боль возле запястья. Не очень сильную, такую, будто его укусил дворовый пёс. Петя уже хотел было обернуться и врезать как следует этому странному Воробьянинову. Но сделав шаг назад, Пётр пошатнулся, и неожиданно для самого себя, упал в обморок. Петя обрывисто слышал сначала крысиный смех Ипполита, затем крик ужаса, прерывситое дыхание, слова вроде "Нет нет нет... Отцу это не понравится... Вот чёрт...", а затем быстрые шаги в сторону стены. Приоткрыв глаза, Петя видел, будто Ипполит проходит её насквозь... Забавно. Такое ведь только в сказках бывает...

Окончательно прийдя в себя, Петя огляделся по сторонам. Из окна уже светила полная луна. Петя судорожно посмотрел на своё запястье, которое немного пекло. И впрямь, глубокий укус, похожий на укус какого-то зверя.

Мальчик хотел позвать на помощь, но не смог. Было неудобно говорить, будто во рту что-то мешало. Мешали Пете его же зубы, которые почему-то стали гораздо острее. Петя вскочил с места, и побежал в кабинет учителя, надеясь, что там ещё кто-то есть.

Хорошо, что Петя не видел того, что чем дальше он бежал, тем лучше становилось видно уже было исчезнувшее его отражение в окнах. Хорошо, что он не заметил, что зубы его начинают приходить в норму по мере того, как он бежит. И хорошо, что шрам на запястье затянулся быстро, и теперь у Пети нету доказательств против честной семьи Воробьяниновых.

...

-Киса, сегодня твой папа с собрания возвращается. Не хочешь рассказать ему, что случилось сегодня?

-Нет, Агафья, и не пробуй меня уговаривать! Ты ничего не знаешь, ты всего лишь служанка!

-Ох, Киса Киса... Я думаю, отцу было бы интересно узнать о том, что ты рассказал мне... - молчание. - Как знаешь. Он с минуты на минуту должен приехать. Я пойду его встречать. Ты можешь оставаться в своей комнате...

-Нет уж! Я тоже пойду его встречу!

Красивая голубая карета подъехала к особняку Воробьяниновых. Ипполит стоял во дворе в ночной рубашке, держа за руку гувернантку.

-ПАПА! - из кареты вышел очень высокий, не худой господин в светло голубом жилете и аккуратно уложенными усами. -Папа!! Ты мне что-то привёз, правда?? Правда?? - Ипполит ринулся обнимать отца.

-Ипполит, игрушки ты получишь завтра с утра. Уже поздно. Иди спать. - Ипполит раздосадованно зашипел. - Не забудь почистить зубы. Тот мальчишка явно не был стерильным. - Ипполит автоматически кивнул, но только спустя несколько секунд до него дошло:

-Папа, так ты знаешь?!

-Мало ли что я знаю, тебе пора спать, Ипполит. Иди, и не надоедай мне по напрасну, у меня есть дела после собрания.

В ту лунную ночь не спалось никому. И даже Пете Стебельковичу, который так и не рассказал ни о чём своим братьям и сёстрам. А что теперь рассказывать? Разве победитель – все ещё он?