«Не тот номер»

— Чжоу, чжень, инь, лей, шун, пу…. блин, не то. Ладно. Чжоу, чжень, инь, лей, шун, пу, — Маруся сидела в позе лотоса на полу, монотонно повторяя мантру, которую услышала на youtube-канале китайской гимнастики цигун. Сидела она так уже минут тридцать в полной темноте и пыталась остановить свой ум, сосредотачиваясь то на ощущениях в теле, то на дыхании, то на мантре.

Получалось плохо. Сначала чесалась правая нога, затем зудело в глубине правого уха, ныла поясница, мысли стадом овец, заунывно блея, шатались туда-сюда, периодически клонило в сон. Но Маруся не сдавалась — ей во что бы то ни стало хотелось остановить свой ум и познать Пустоту. Что это за Пустота Маруся не особо понимала, но, по словам разных интернет-гуру, именно она должна была одним махом решить все ее проблемы и самое главное избавить от страданий.

Страдать Маруся не любила, но как противоречивая натура отдавалась этому занятию часто и самозабвенно, иногда с утра и до вечера. Полгода назад она вышла замуж, уволилась и осела дома, чтобы наконец найти себя. Так как муж Витек много работал — торговал на рынке сантехникой — был неприхотлив в еде и приходил под вечер, свободного времени у Маруси было с излишком. Теперь все ее внимание сосредоточилось на саморазвитии. Вдохновение она черпала из Инстаграма, где восторженные девы практиковали дыхание маткой, устраивали групповые медитации по лунному календарю, обсуждали уровни развития души, открытие сердечной чакры и называли свою вагину не пилоткой, как грубо шутил Марусин муж Витек, а возвышенно — йони.

Марусе тоже хотелось стать одухотворенной, загорелой и подтянутой, а еще уехать жить из пыльной Москвы куда-нибудь далеко-далеко — желательно на сказочный Бали, омываемый бирюзовым океаном и тонущий в зелени пальм, где судя по соцсетям, собралась целая тусовка просветленных людей – эльфов, как она их называла. Про себя Маруся решила, что тоже эльф, просто сбившийся с пути.

Уже несколько месяцев Маруся упорно ходила на занятия по цигун, и с грацией молодой бегемотихи пыталась повторять плавные и завораживающие движения за текучим как вода мастером-китайцем в лиловом шелковом костюме. Когда ей становилось скучно и душа требовала чего-то пободрее, Маруся изменяла китайцу со стройной блондинкой-йогиней — благо в спортклубе, в который ей подарил муж карточку было и то, и то.

О том, что для познания Пустоты нужно остановить свой ум Маруся прочитала в какой-то книге — может по йоге или цигуну, а может даже по медитации — рекомендованной одной из ее муз. Где точно, она не помнила: все книги Маруся бросала где-то на трети, как пчела перелетая от цветка к цветку. Об усмирении ума вещали и мудрецы на youtube — особенно ей нравился один улыбчивый индус с пушистой седой бородой, сочно посыпающий шутками свои глубокие умозаключения. Еще он говорил про эго, вспомнила Маруся, и поняла, что снова увлеклась мыслями и забыла про мантру:

— Чжень, инь, лей, шун, пу…. пу… шун…, — бубнила она. — Бля.

У Маруси затекли ноги, но она держалась — настоящие йоги и йогини могут часами сидеть медитируя без движения! А чем она хуже? Особенно продвинутые вообще могут питаться солнечной энергией. Этот пункт также был в Марусином списке самосовершенствования — ей как раз нужно сбросить килограммов десять, а то как она будет покорять красивых и мускулистых серферов на Бали! Про Витька в моменты сладостных мечтаний Маруся даже и не вспоминала.

Чем эго отличает от ума, и почему они собственно мешают ее Марусиному счастью, а также почему от эго вообще нужно избавиться, Маруся так и не поняла, но решила последовать совету старших эльфов.

— Шун, лей, инь…

Теперь перед сном, лежа в кровати, Маруся обычно прилежно искала в себе коварное эго, но кроме путанных мыслей, детских обид на испортившуюся ей детство маму и раздражения на мужа-мужлана — просто застрял в развитии на нижних чакрах, поставила ему диагноз Маруся — она там ничего другого не находила.

— Может разговоры про эго — это заговор каких-нибудь ушлых мудрецов? Просто отвлекают внимание, чтобы 8 млрд человек не просветлились и не подвинули их там в раю, — опять отвлеклась от мантры Маруся. — Вот Россию не любит Америка, многие мужики не любят геев, я не особо люблю других баб, особенно красивых. Значит и мудрецы, все-таки они люди, не сильно должны любить обычных смертных — таких скучных и приземленных, нижнечакровых в общем, — продолжала витать в своих мыслях Маруся.

— Опять сбилась. Ну не дура. — разозлилась на себя Маруся. — На чем я остановилась? Лей, шун, пу…

Витек Марусино увлечение Пустотой не разделял. Они познакомились, когда Маруся еще была бойкой и заводной продавщицей в секс-шопе. Витек заглянул туда, чтобы по-быстренькому прикупить для своей девушки соблазнительный костюм горничной, но застрял на три часа, сбитый с курса ярко-красными губами Маруси, ее певучим и нежным голосом и пышной грудью, так и рвущейся на свободу из тесного черного платья. А с каким знанием дела и удовольствием она рассказывала про сексигрушки — Витек был сражен, и уже на следующий день ждал ее с букетом цветов у входа в магазин, забыв о своей уже бывшей подруге. И понеслось.

Кто знал, что тренинги по саморазвитию нанесут их бурному счастью такой удар. По ночам Витьку хотелось секса с молодой женой — желательно, с наручниками и плеткой, как в былые времена — но она рассказывала ему про непонятную энергию ци, Пустоту, сознание, плановое воздержание и грозила страшным словом “тантра”. Витек пугался, ругался и грозил разводом, но Маруся была непоколебима.

Марусе все чаще казалась, что она совершила ошибку, выйдя за Витька замуж — они точно души разного уровня, да и энергетические вибрации от него исходят какие-то тяжелые: то пиво пьет с друзьями, то футбол свой смотрит — вот и все увлечения. Слово «вибрации» она услышала от йогини-преподавательницы, и оно ей так понравилось, что Маруся всех людей стала мерить по магической вибрационной шкале и уровням. Витек и, конечно, мама, обиды на которую Маруся прилежно копила с детства, сразу были записаны в графу «тяжелые вибрации», а в иерархии духовного развития определены как души самого нижнего красного уровня. Сама Маруся еще не была просветленной, но однозначно имела к этому большой потенциал.

Мысли о бесперспективности своего брака накатывали на Марусю особенно сильно после просмотров фотосториз одной из инстаграмных богинь. Вот муж богини, длинноволосый татуированный красавец, страстно обнимает ее в волнах прибоя, а вот нежно и целомудренно целует в лоб, или вот они медитируют вместе, взявшись за руки на фоне красочного заката.

Витек медитировал один раз и то после очередной Марусиной истерики — да, и разве это медитировал, через считанные минуты взял и захрапел. В общем Витек орк — что с него взять, однажды вечером постановила Маруся. Однако уйти от него она не решилась — возвращаться к родителям ей совсем не хотелось, а собственных денег у нее пока не было. Тогда Маруся решила всерьез заняться перевоспитанием мужа.

Этим вечером урок введения в духовную жизнь опять закончился скандалом, и Маруся, обозвав Витька орком, гордо отправилась медитировать в темную комнату. Витек пометался по квартире, повздыхал под дверью и ушел спать. Теперь Маруся могла сполна насладиться обществом своего ума и, конечно, желанной Пустоты.

— Инь, лей, шун, пу, чжоу, чжень, инь, лей, шун, пу, — заунывно пела Маруся.

— Нихао*, — раздался голос у нее за спиной.

От страха Маруся попыталась вскочить, но онемевшие ноги не слушались — она споткнулась и неуклюже рухнула на пол. В нескольких метрах от нее возвышалась темная фигура. Марусе очень хотелось кричать, однако от ужаса она не могла вымолвить ни слова.

— Нихао, сяо-цзе**! — еще раз обратилась фигура к Марусе, но та только сдавленно что-то промычала в ответ.

Раздался треск, как из коротящей розетки, и возникло красное свечение. На Марусю смотрел огромный свин ростом под потолок, в красном китайском халате, подпоясанном толстым черным поясом. На голове у него высился цилиндрической формы убор с двумя длинными «ушами», торчащими как крылья у стрекозы в разные стороны.

— Вы дозвонились до отдела внешних связей Китайского филиала Ада. Какой вопрос Вас интересует?

Маруся ошеломленно хлопала глазами, вжавшись всем телом в стену. Свин кашлянул. Маруся молчала. Свин медленно стал надвигаться на Марусю, и вот он уже нависал над ней, буравя ее маленькими красными глазами без радужки и зрачков. От него нестерпимо пахло тухлыми яйцами и плесенью.

— Неофит. Понятно, — констатировал свин после секундного осмотра. — Как же задрали эти дилетанты, а еще больше просветители-недоучки. Все-таки напишу докладную начальству, чтобы оборудовали еще одну комнату для особо талантливых.

В памяти Маруси всплыла молитва, которой в детстве ее учила бабушка.

— Иже еси на небесех! Да святится имя Твое, да приидет Царствие Твое. — затараторила она. — Да… Черт, забыла, — осеклась Маруся.

Как ни пыталась она вспомнить молитву, ни одного слова в голову ей больше не приходило. Неожиданно в испуганном уме Маруси зазвучали знакомые мужские голоса. Они пели. Маруся узнала буддийскую мантру, которую ей посоветовал слушать вечерами ее мастер по цигуну.

— Ом мани падми хум, ом мани падме хум, — заорала Маруся.

Свин отступил и скривился.

— Ну и каша в голове! — он покачал головой и смачно плюнул на пол. От его плевка поднялся дым — слюна прожгла паркет. — Каша, причем плохо сваренная, а еще любви нет, ни грамма — ни к другим, ни к себе. Продолжишь в том же духе, свидимся снова, но уже при других обстоятельствах.

Свин стал таять в воздухе.

— Как там по вашему, по христиански: “Если имею дар пророчества, и знаю все тайны, и имею всякое познание и всю веру, так что могу и горы переставлять, а не имею любви, — то я ничто”. Да, и в следующий раз внимательнее мантры читай, чтобы номером опять не ошибиться, а то у нас и без таких как ты работы хватает. Дзай дзэнь***, сяо-цзе! — проговорил свин и исчез.

Маруся проснулась от того, что за дверью истошно мяукал кот. Она лежала скрючившись на коврике для йоги. Было уже утро. Маруся попыталась сесть, но ей это удалось с трудом — тело ныло, а любой поворот головы отдавался резкой болью в шее.

— Не ори. Сейчас, — стоная, Маруся доползла до двери и открыла ее коту. — Вот чего ты орешь? Иди сюда. Знал бы ты какая мне дичь при… — Маруся запнулась. Ровно под ее локтем на светло-коричневом паркете чернело пятно с обуглившимися краями.

* нихао — по-китайски, здравствуйте.

** сяо-цзе — по-китайски, обращение к молодой женщине (дословно – младшая сестрица).

*** дзай дзэнь — по-китайски, до свидания.

Маргарита Федорова, июнь 2022

Академия Timeless Teachings