Не судьба резидента

На Первом канале вихрем промчался «Шпион», новый российский сериал о приключениях офицера ФСБ Андрея Рыбина. Надо признать, острый сюжет держал в напряжении всё время.

И после мелодрамы «Раневская», выдававшей себя за реальную биографию актрисы, «Шпион» режиссёра Ивана Стаханова по-своему был честен со зрителем. За рекламой из жизни знаменитости не прятался, на историческую правду не претендовал, а на всю катушку пустился в интриги и разоблачения.

Не проходило и десяти минут, чтобы действие в сериале не перевернулось с ног на голову. Учитывая количество невероятных происшествий, свалившихся на финансового аналитика капитана Рыбина, сериал можно смело записать в шпионское фэнтези. Благо, что подслушивающие жучки и подсматривающие камеры-глазки населили новый дивный мир современной Москвы с той же плотностью, с какой летом на болотах кружатся комариные тучи.

В главной роли вертелся, юлил, угрожал, клеил бороду, подсматривал, метко стрелял, ловко нокаутировал и лазил по колодцам и заброшенным домам Сергей Безруков. И всё это он проделывал артистично, водя за нос ораву суперагентов. Словом, Безруков играл Безрукова. Правда, не того разведчика-нелегала Андрея Безрукова, вернувшегося несколько лет назад из США и теперь иногда выступающего в телепередачах. Надежда на связь с реальностью таила с каждым сюжетным поворотом. Борьба шпионов и контрразведчиков выглядела как битва магов из продолжения «Ночного дозора».

Действительность один раз громко постучалась в середине «Шпиона». И это была настоящая жизнь, вернее – смерть. В перерыве между сериями произошёл теракт в центре Санкт-Петербурга. Молодая и глупая бомбистка Дарья Трепова взорвала военкора Владлена Татарского. Десятки раненых. Реальность неожиданно срифмовалась с выдуманным сюжетом: в четвёртой серии, то есть буквально накануне, показывали молодую особу, сидящую на гранте западного НКО «Общество и политика» и играющую в шпионку Мату Харри. Финал девицы в сериале бесславен – выпала из окна высотки и разбилась. Террористка из реальности осталась жива, и, исходя из показанных по ТВ кадров допроса, это было единственное, в чём ей повезло.

Уже в шестидесятые годы, в эру молодого телевидения, кинокритики сделали открытие – зритель смотрит фильм по телевизору, воспринимая его в сложной взаимосвязи вместе с выпусками новостей и других передач, то есть в едином информационном потоке. Кинофильм комментирует новости – и наоборот. Нынче сделаем поправку на интернет. Словом, редкий человек может абстрагироваться от происходящего в мире и в стране, следя за сюжетом сериала, идущего по телевизору. Тем более, если после окончания очередной серии на 1 канале включалась передача «Время покажет» с обсуждением актуальных событий.

Понятно желание федерального канала развлечь зрителя – особенно в нынешнее неспокойное время. Но шпионский материал, который выбрали продюсеры, сегодня требует иного обхождения. Одно дело – убежать в виртуальный мир мелодрамы, поиграть в ретро. Другое – воссоздать на экране сегодняшнее противостояние России и США. Тут всё горячо, всё актуально. И неопределённость в состоянии героя не может длиться вечно.

В популярном советском фильме «Ошибка резидента» (реж. В. Дорман, 1968) зрители две серии наблюдали за засланным в Советский Союз иностранным шпионом. Он был необыкновенно обаятелен, у него была яркая мужская харизма и шикарная, располагающая улыбка, он нравился женщинам и был почти неотличим от образцового советского гражданина. В нём чувствовалось что-то настоящее, неподдельное. Его играл Георгий Жжёнов. Зритель всё это видел, но верил, что с этим человеком обязательно произойдёт преображение – он перейдёт на нашу сторону. Иного не дано. Режиссёр был предельно чёток, а фильм не допускал двусмысленностей.

В вышедшем «Шпионе» под колпаком все – и почти все они сотрудники ФСБ. Главный герой так сильно вовлечён в круговерть событий, что всё время гадаешь, он предатель и ни перед чем не остановится, чтобы спасти свою шкуру, или засекреченный контрразведчик, которому позволено всё, лишь бы вычислить «крота». Постановщики сконструировали мир, в котором доверять нельзя никому (герой Безрукова даже цитирует по этому поводу Мюллера из «Семнадцати мгновений весны»). Да и как доверять, если в суперсовременном отделе ФСБ – постоянные склоки, а некоторые офицеры – типичные неврастеники, которые путают личную жизнь со служебной. 

В советских фильмах про разведчиков сквозь погони и перестрелки ясно читалась реальная подоплёка дела – интерес иностранных держав к нашим атомным секретам или к стратегическим поставкам в дружественную страну третьего мира. Или, наоборот, наш интерес к их разработкам химического оружия, к сепаратному миру во время второй мировой войны. В российском сериале «Шпион» единственным содержанием оказывается желание агента самосохраниться. Никакого другого дела нет. Они выслеживают его, он выслеживает их. Как будто авторы сериала бояться (или не хотят) затрагивать деликатные материи. Будто наши секреты не столь уж важны сегодня, и вопросы нашей безопасности иностранную разведку не интересуют. Согласно авторам сериала – уж лучше игра в кошки-мышки, как в игре в мафию на дружеской вечеринке, чем дать зрителю пищу для размышлений о дне сегодняшнем.

Отсюда ряд важных сцен даны вскользь как проходные моменты большой игры. Арест высокопоставленного «крота» в ФСБ, который, по идее, тянет если не на сенсацию, то, во всяком случае, должен быть кульминацией сериала, по своей скоротечности напоминает поимку безбилетника в трамвае. Будто подобное случается каждый день. Зритель в лёгком шоке – он оставлен с кучей вопросов. Как такой солидный дядя окопался в нашей цитадели? Каковы корни предательства? Конечно, мы не дети и смотрим криминальные новости по ТВ: серьёзные чины бывают коррумпированы. Но от авторов сериала, столь ловко захлестнувших петлю интриги, ожидаешь какого-нибудь намёка на художественный анализ событий. Но столь глубоко авторы не копают.

@ekbevents