Не люблю

Она не поняла в какой момент ее взгляд изменился.

Габриэлла всегда смотрела на него с наивной, но от того преданной и до нельзя хрупкой, детской влюблённостью. В какой-то момент она осознала, что больше не видит в нем своего принца на белом коне. Нет, он все еще был ее рыцарем в сияющих доспехах, но предназначенным не для ее сказки.

Леон всегда был мил, обходителен и добр. Он с завидным терпением смотрел все танцы, которые она хотела ему показать и с непоколебимой вежливостью хвалил ее, а замечания делал так аккуратно, что обижаться было просто невозможно. Даже такой капризной девчушке как Габриэлла.

Она пронесла свои чувства к нему сквозь годы взросления. Она так сильно берегла их, так дорожила ими, что сама не заметила как цепляется уже за одну только идею влюблённости, а не за само окрыляющее чувство.

Однажды девушка просто взглянула на него другими глазами и поняла, что больше не видит в нем объект своей романтической привязанности. Он всё еще был самым лучшим парнем, которого она знала. А самые любимые ее мужчины были ее семьёй.

Она все еще любила его, просто само понятие её любви выросло вместе с ней. Габриэлла питала очень глубокую привязанность к нему, граничащую с искренним восхищением. Таких чувств удостаивались только её братья, одним из которых стал Леон.

Он был рядом в самые важные моменты ее жизни: посещал все концерты на которые не могли придти члены ее семьи; уделял ей время, которого у него было безбожно мало; репетировал с ней спектакли и давал ценные советы.

На каждую премьеру он неизбежно приходил с огромным букетом цветов — каждый раз разных. Для Леона она была не просто младшей сестрой его друга, она была его собственной маленькой сестричкой, которой у него никогда не было.

Он заботился о ней, потому что видел в ней себя — такого же сломленного ребёнка, пытающегося получить хоть каплю внимания, если не дома, то на сцене. Габриэллу, как и его когда-то, привела в балет мать, поэтому сейчас она отдавала всю себя этому искусству. Ей бы очень хотелось, чтобы мама гордилась ей, чтобы видела каких успехов она добилась. Отец и братья не могли посещать ее выступления так часто, как ей бы того хотелось, но Леон всегда приходил.

Он каждый раз неизменно ждал ее за кулисами; дарил красивый, вкусно пахнущий букет и заваливал комплиментами, отчего она смущенно заливалась краской — не каждого человека хвалит знаменитая звезда балета.

Девчонки из ее группы жутко завидовали и было чему: за прошедшие годы Кагер превратился в молодого импозантного мужчину, приковывавшего к себе взгляды, который к тому же стал самой нашумевшей персоной в октавианском балете.

Слухи разрастались как пожар разносясь стремительным потоком по всему театру.

- Габриэлла, Леон Кагер снова здесь. Девчонки видели его с шикарным букетом белых лилий.

Она неопределенно хмыкнула и продолжила развязывать пуанты.

- Снова уйдешь со своим парнем? Не останешься отпраздновать премьеру?

Габриэлла вскинула голову и медленно повернулась:

- Какой парень? Вы о чем вообще?

- О Леоне, конечно же. Не зря ведь он ходит на каждую премьеру, еще и с цветами.

Девушка скорчила забавную рожицу, а после звонко рассмеялась, вводя напарниц в ступор.

- Это мой старший брат, он ходит на каждое выступление и поддерживает меня, потому что мы семья. Ни о чем большем тут и речи быть не может. — она отвернулась, продолжая свое брошенное на пол пути занятие.

Леон стоял за тяжёлыми шторами и ярко улыбался. Его младшая сестра только что отстояла свои личные границы и не дала себя в обиду. Но еще приятнее было узнать, что она относится к нему так же бережно, как и он к ней.