Не кронпринц

Сонхва медленно расхаживал в ночных одеждах по главной зале своего замка. Он никого не ждал, но смутное предчувствие говорило о том, что его должны сегодня посетить. 

Со стороны ворот послышался шум и топот. Сонхва насторожился и повернулся к входу. Дверь распахнулась, впуская в комнату вихрь холодного воздуха, пробирающего до дрожжи привыкшее к теплу тело. На пороге появился запыхавшийся стражник.

– Господин Кан Ёсан прибыл, – сообщил он громко и глядя в глаза своему господину.

– Впустить, – скомандовал Сонхва и сложил руки на груди.

Предчувствие не обмануло, а что самое приятное, гость был желанным. 

На пороге появился мужчина в черном плаще. Капюшон практически полностью скрывал его лицо. Он вошел уверенно, так, как будто пришёл к себе домой. 

– Оставьте нас, – скомандовал Сонхва слугам, что тут же разбежались и быстрым шагом приблизился к гостю.

Своими изящными, украшенными перстнями пальцами он снял с него капюшон и лучезарно улыбнулся. Ёсан был красив настолько, что с трудом верилось, что этот человек воин, а не купающийся в комфорте наложник.

Сонхва прикусил губу, сдерживая до коликов в губах, импульсивное желание поцеловать его.

– Здравствуй, Сонхва. Извини что побеспокоил в столь поздний час, – будучи ниже ростом, Ёсан слегка приподнял голову, чтобы посмотреть прямо в глаза.

– Не беспокойся, мой принц. Я рад тебе в любое время дня и ночи, – речь Сонхва лилась словно мёд. Его взгляд излучал лишь бесконечное восхищение исходящее из самого сердца. Ёсан был его светом, его смыслом, его любовью. – Тебе нужно что-то от меня? Какие-то проблемы во дворце?

– Я пришел не за этим, – как и всегда, в его голосе звучала незыблемая уверенность и твёрдость. Сонхва в тайне млел и таял от этой его черты, – Я хочу чтобы ты принял меня в своих покоях. Позволишь?

– Позволю. Только я тебя не ждал, и мне нужно будет отлучится на некоторое время. Я позову слуг, они сопроводят тебя выдадут всё необходимое.

…

Ёсан сидел на краю мягкой кровати, покрытой простынями из тончайшего шелка, оставшись лишь в одном исподнем. Всё убранство комнаты почти кричало о том насколько изысканный вкус и бесконечный бюджет у её владельца. Ёсан бывал в этих покоях ни раз и ни два, и интереса осматривать их не было. Он отпустил слуг и  ждал Сонхва, вновь и вновь анализируя недавно добытую информацию с последнего собрания верховных членов совета. 

Вдруг, послышался долгожданный звук приближающихся шагов. Дверь бесшумно отворилась, впуская в комнату своего владельца. Ёсан на секунду замер, забыв как дышать. Сонхва распустил свои длинные до плеч, черные как смоль волосы. Шелковый длинный бордовый халат, покрытый изысканной вышивкой был подпоясан на его тонкой талии, а распахнувшийся ворот открывал взору очертания ключиц. Его красота требовала молчаливого восхищения. Сердце забилось чаще, от предвкушения осязания этого прекрасного существа.

Сонхва закрыл дверь и подошел ближе. Яркий румянец на его щеках, придавал его виду особую трепетность. 

– Ты прекрасен, Сонхва, – с придыханием произнёс Ёсан, притягивая его к себе за хрупкую талию. Хотелось распалится восхищённой тирадой о его красоте, но он знал, что сейчас не время. Он обязательно выскажет всё в своих последующих любовных посланиях.

– Ты всегда это говоришь, мой принц, – Сонхва оседлал его ноги. Лёгкий, словно пушинка, он прижался ближе, словно пытаясь слится своим хрупким телом с телом напротив. 

– Потому, что ты красив всегда.

Горячими ладонями, Ёсан провел по прохладным бёдрам Сонхва, двигаясь выше. Никакого сопротивления в виде ткани он не встретил и это создание отдалось в паху тянущим удовольствием. Он крепко сжал мягкую плоть ягодиц, на что Сонхва словно замер, выгнувшись сильнее.

Взгляд Ёсана сам собой опутился на пухлые, налитые кровью губы, словно созданные для того, чтобы их целовали. Он прикрыл глаза и впился в них голодно, так как он мечтал весь сегодняшний день. На шее почувствовал чужие руки и вот его уже прижали ближе, отвечая столь же нетерпеливо. Сонхва не останавливался, он проникал своим длинным языком в рот, словно требуя большего и волнообразно двигал бёдрами, притираясь пахом об пах.

Как же сильно он сводил с ума. Ёсан прикусил его нижнюю губу и слегка оттянул, на что получил в ответ несдержанный стон. Руки сами потянулись к поясу халата, не глядя развязывая его. Член пульсировал от возбуждения и хотелось поторопиться, ощутить скорее приятную узость, но сердце требовало растянуть удовольствие. 

Резким движением руки, халат отлетел в другой конец комнаты. Ёсан отклонился и уперся руками в кровать за собой, любуясь телом Сонхва. Его возбуждённый член дёрнулся, касаясь головкой стройного живота, отчего тот рвано выдохнул и покраснел.

– Ты слишком долго смотришь, – Сонхва прошептал смущённо, и отвëл взгляд.

– Разве тебе не нравится когда я смотрю на тебя так?

Сонхва не ответил, лишь закусил свою пухлую губу, продолжая смотреть куда-то в сторону. Ёсан улыбнулся, наклонился вперёд и прижался губами к горячей шее в болезненном поцелуе. Сонхва вздрогнул, а следом простонал от приятной боли. Ёсан забылся, он бездумно втягивал и прикусывал нежную кожу, наслаждаясь как каждый сопровождался звуками удовольствия. Сонхва впивался ногтями в его сильную спину, оставляя собственные отметины, что приносило какое-то мазохистическое удовлетворение.  

– Хватит, – вдруг скомандовал Сонхва отстраняясь. 

Ёсан лишь похлопал глазами, с удовольствием разглядывая как плоды его труда расцветают красными цветами на шее. 

Вот бы иметь возможность видеть его таким всегда…

Замечтавшись, он вздрогнул, когда его толкнули на кровать и нависли сверху. 

– Сегодня я не отпущу тебя, пока не удовлетворю все свои желания.

– Как прикажешь, моя звезда. Я весь твой.

Ёсан лëг удобнее, стянув себя мешающую тряпку. Сонхва, в ту же минуту сел ему на грудь. От ощущения мягкости бёдер на своем теле и вида красивого, почти касающегося его губ, члена всё внутри свело от возбуждения. Кажется, ещё немного и он бы кончил прямо так, не касаясь себя. 

Сонхва приподнялся и уткнулся головкой в его губы. Ёсан разомкнул их, высунув язык, с удовольствием ощущая тяжесть налитого кровью члена у себя во рту. Сонхва упëрся руками в кровать, медленно вгоняя член глубже. Втянув щёки, чтобы подарить ещё большую стимуляцию, он услышал сдавленный благодарный стон. Он никогда не признается себе насколько ему нравится делать это для Сонхва. Тот двигал бёдрами, вгоняя член глубже. От давления на горло, стало тяжело дышать и он слегка хлопнул по ягодице, чтобы тот отстранился. Сонхва послушно вышел, садясь обратно, но так близко, что его розовый, мокрый от стимуляции член касался красных мокрых от слюны губ Ёсана. Замутненный удовольствием взгляд карих глаз изучал эту картину сверху. Кадык Сонхва дёрнулся от сглатываемой слюны.

Невыносимо…

– Я думаю, с перекусом мы закончили, пора перейти к главному блюду, правда? – на спокойном лице Сонхва возникла умылка.

Он слез и насадился ртом на член Ёсана. Горячая узость рта подействовала слишком сильно, заставляя с низким стоном машинально толкнутся бёдрами навстречу. 

– Тише, милый, – выпустив мокрый от слюны член изо рта успокоил Сонхва.

Он забрался сверху и направил его в себя. С каждым сантиметром, Ёсан ощущал, как его сжимает чужое горячее нутро. Он сдерживался, чтобы не извергнутся внтурь с первым же полноценным точком. 

Насадившись на всю длину, Сонхва начал медленно и волнообразно двигаться, сводя своими движениями с ума. Он сам доводил себя до удовольствия, позволяя Ёсану любоваться его красотой: закатывал глаза, когда проезжался членом по чувствительному месту и громко стонал. Его движения становились всё более несдержанными и рваными. Громкие звуки хлопков разносились по всей спальне, вместе с общими вздохами и стонами.

Ёсан, приподнялся и уронил Сонхва на кровать. Тот обхватил его своими стройными ногами, не давая отстраниться. Ёсан схватился руками за тонкую талию и быстрыми толчками выбивал из Сонхва последние звуки удовольствия. Он выгнулся словно тетива лука, сжимаясь внутри так сильно, что тот кончил следом.

…

– Я хочу чтобы наши свидания стали чаще, – Сонхва снова стоял в своем шёлковом халате, но уже на пороге собственного замка. Холодный ветер обдувал его, пробирая до мурашек, но сейчас это казалось второстепенным.

– Я тоже желаю этого, моя звезда. Но сейчас я не могу тебе этого пообещать. Сам знаешь.

– Знаю, – Сонхва действительно знал, что его возлюбленный, бастард короля-тирана, сейчас всеми силами готовился к перевороту. Но сердцу не прикажешь и не объяснишь. Оно металось и болело от предстоящей долгой разлуки.

– Тебе нужно вернутся, тут слишком холодно. Я не хочу чтобы ты заболел. 

Ёсан сделал шаг навстречу, приподнял  подбородок Сонхва двумя пальцами и поцеловал. Нежно, словно давая обещание, что он вернётся, что у них будет будущее. Он попрощался и исчез в темноте ночи. 

Сонхва рвано вздохнул, чувствуя как слёзы двумя мокрыми дорожками катятся по его щекам.