Диссоциативное расстройство идентичности

Синтетические доминанты как источник патологий: клиническая подсказка, которую даёт диссоциативное расстройство идентичности

Одним из самых сильных клинических подтверждений того, что патологии могут определяться доминирующими регуляторными режимами мозга, является феномен диссоциативного расстройства идентичности. Его уникальность в том, что он позволяет буквально наблюдать смену синтетических доминант в действии, когда переключение между субличностями сопровождается не только изменением поведения или памяти, но и мгновенной перестройкой физиологии. Каждая субличность в этом случае может рассматриваться как изолированная патологическая или адаптивная доминанта, навязывающая организму собственный сценарий работы и одновременно подавляющая физиологические проявления, связанные с другими доминантами.

Именно клинические наблюдения при диссоциативном расстройстве идентичности особенно важны потому, что показывают: доминанта способна не просто ослаблять или усиливать симптом, а буквально включать или выключать его. У Беннетта Брауна были описаны случаи, когда у одной личности мгновенно проявлялась выраженная аллергическая крапивница, зуд и отёк, а при переключении на другую те же реакции полностью исчезали; более того, различалась даже чувствительность к препаратам — одной личности требовались минимальные дозы седативных средств, другой дозировки в десять раз выше. У Фрэнка Патнэма ЭЭГ показывали настолько различные паттерны мозговой активности между альтер-личностями, что они напоминали данные разных людей, а не разных состояний одного человека. Шепард Миллер фиксировал случаи, когда при смене личности менялась острота зрения, исчезала близорукость, изменялось внутриглазное давление и отпадала необходимость в очках. Людвиг и соавторы описывали «избирательную эпилепсию», когда судорожные проявления и патологические ЭЭГ-разряды присутствовали только в одном доминантном состоянии и отсутствовали в другом. Роберт Ловенштейн показывал состояние-зависимую анестезию, при которой одна личность практически не чувствовала боли, тогда как другая реагировала на тот же стимул выраженным страданием. Колсон документировал случаи, где клинические признаки диабета и повышенная глюкоза были связаны лишь с одной личностной доминантой и исчезали при переключении на другую.

Эти наблюдения трудно объяснить иначе как влиянием господствующей доминанты на фундаментальные регуляторные процессы. Если одна доминанта способна сопровождаться аллергией, а другая — её мгновенным исчезновением; если одна поддерживает судорожную активность, а другая её отключает; если метаболические показатели, болевая чувствительность, зрение и даже реакция на лекарства меняются вместе с переключением доминанты, то становится очевидным: патология во многих случаях может быть не только свойством органа, но и свойством регуляторного режима.

Именно здесь феномен диссоциативного расстройства идентичности становится моделью для понимания действия синтетических доминант в обычной жизни. Разница лишь в том, что при диссоциативных состояниях смена доминант происходит резко и наглядно, а в повседневной патологии — медленно и хронически. Но механизм один. Доминанта хронической тревоги может поддерживать гипертонию, сосудистые спазмы и аритмии; доминанта внутреннего конфликта и подавления — формировать воспалительные и аутоиммунные реакции; доминанта дефицита и компенсации — подпитывать ожирение, инсулинорезистентность и метаболические расстройства; доминанта хронической сверхмобилизации — закреплять мигрени, мышечные зажимы, боли и функциональные психосоматические синдромы; синтетические доминанты зависимостей — разрушать нейроэндокринную устойчивость и ускорять износ организма.

Фактически клинические наблюдения при диссоциативном расстройстве идентичности демонстрируют фундаментальный принцип: смена доминанты способна менять патологию. А значит, и устойчиво закреплённые патологические доминанты способны быть её источником. Это позволяет иначе смотреть на происхождение болезней — не только как на результат повреждения тканей, но как на следствие длительного господства неестественных режимов регуляции.

Можно сформулировать: многие хронические патологии являются не просто нарушениями органов, а физиологическим выражением патологических доминант, а феномен диссоциативной идентичности — одно из самых наглядных клинических доказательств этого принципа.