Натаниэль Гарро (1. часть)

Натаниэль Гарро — изначально капитан 7-й роты легиона Гвардии Смерти, позже — предводитель Странствующих Рыцарей.

«Мы ещё посмотрим, какой цели ты сможешь послужить, но ты действительно Астартес, и это не изменится никогда. Однако ты больше не принадлежишь Гвардии Смерти, ты призрак. Тот, кто стоит между светом и тьмой, тот, кто обречён жить в серой зоне между ними. И мне нужен именно такой человек.»– Малкадор Сигиллит, Регент Терры

«Я был там, когда Хорус предал своих братьев. Милостью Императора, я буду там, когда его призовут к ответу за его ересь.»– Натаниэль Гарро (Джеймс Сваллоу, «Полёт Эйзенштейна»)

Капитан Гарро был командиром 70-ти верных Легионес Астартес, избежавших резни на Истваане III и на борту фрегата «Эйзенштейн» отправившихся на Терру, чтобы донести до Императора известие о предательстве Воителя Хоруса. Космодесантник легиона ещё с тех времён, когда он носил название Сумеречных Налётчиков, Натаниэль Гарро, известный среди собратьев как «Гарро-Праведник», твёрдо хранил верность Повелителю Человечества в то время, когда многие его боевые братья последовали за Хорусом, примархом Мортарионом и первым капитаном Каласом Тифоном на службу Хаосу с целью свергнуть Императора и провозгласить Хоруса правителем Империума Человечества.

После прибытия на Терру Гарро стал личным агентом-прим Регента Терры, Малкадора Сигиллита, и получил приказ собрать отряд из Легионес Астартес разных легионов, как отступнических, так и лояльных. Эти воины, носившие символику самого Малкадора и называвшие себя Странствующими Рыцарями, позже стали ядром ордена Серых Рыцарей.

Начало

«Космодесантник уловил свое отражение в полированной поверхности металла: глаза старика на лице, которое, несмотря на обычно усталое выражение, казалось для них слишком молодым; лишенный волос и украшенный множественными шрамами череп. Благородная внешность и бледная кожа указывали на принадлежность к династии военных с древней Терры, но без мертвенной тусклости, как у его боевых братьев, уроженцев холодного и опасного Барбаруса.»– Джеймс Сваллоу, «Полёт Эйзенштейна»

Как многие из Легионес Астартес предательских легионов, которые остались верны Императору в начале Ереси Хоруса, Натаниэль Гарро родился на Терре, в небольшом техно-варварском штате Альбия, расположенном в районе юго-восточной Европы, рядом с тем государством, которое в древности называлось Албания. 

Натаниэль присоединился к XIV легиону прежде, чем Великий крестовый поход добрался до Барбаруса, родного мира примарха Мортариона и будущей Гвардии Смерти. В те ранние годы Великого крестового похода у легиона не было примарха, кроме самого Императора. Легионеры носили броню без зелёной отделки, присущую им позднее. Их цветом был тусклый белый мрамор, но правая рука и плечи были окрашены в тёмно-багряный; данная символика говорила врагам о сущности XIV легиона — быть десницей Императора, неутомимой и непреклонной. В час сумерек многие враги бросали своё оружие, лишь бы не сражаться с Сумеречными Налётчиками.

Гарро стал свидетелем воссоединения легионов со своими примархами: Сангвинием, Феррусом Манусом, Робаутом Жиллиманом, Магнусом Красным и остальными. С каждым воссоединением Император давал своим сыновьям командование над силами Легионес Астартес, созданными по их образу и подобию. Когда, наконец, Повелитель Человечества достиг Барбаруса и обнаружил измождённого подростка-воина по имени Мортарион, который возглавлял угнетённых, он понял, что нашёл примарха XIV легиона.

В день воссоединения Мортариона с его легионом, основную часть Сумеречных Налётчиков составляли соплеменники Гарро — терранцы, либо люди с планет, находящихся в пределах Солнечной системы. Но постепенно и непреклонно их число медленно таяло; новое пополнение стали набирать только с Барбаруса. В последние дни 31-го тысячелетия и Великого крестового похода в легионе осталась лишь горстка терран. В темнейшие моменты Гарро представлял себе время, когда ни одного из терранцев не останется в рядах XIV-го легиона (переименованного Мортарионом в Гвардию Смерти) и традиции Сумеречных Налётчиков уйдут в небытие. Он искренне боялся этого момента, так как со смертью последнего терранца умрёт и благородная часть легиона. Его привязанность к старым терранским традициям и «высокомерное» руководство привели к расколу с некоторыми капитанами Гвардии Смерти — уроженцами Барбаруса, которые часто говорили о верном и сдержанном боевом капитане как о «прямом, как стрела».

«— Добропорядочный Гарро! — Насмешка Грульгора сочилась ядом. — Он недостоин Гвардии Смерти! Этот надменный зазнайка вечно задирает нос! Он считает, что лучше всех в легионе, и слишком горд, чтобы снизойти до нас!

— Нас? — переспросил Тифон, подталкивая командора к дальнейшим откровениям.

— Мы — сыны Барбаруса, Калас. Ты, я и люди вроде Уджиоя и Холгоарга! Гвардейцы Смерти, рождённые в нашем ужасном родном мире. Гарро — терранец, он родился на Земле. Он носит это звание, словно священное отличие, и считает, что лучше других, поскольку сражался за легион до того, как тот был отдан под командование Мортариона. — Грульгор тряхнул головой. — Он изливает презрение на мою роту, на наше братство и товарищество нашей ложи. Он слишком высокомерен, чтобы общаться с остальными без чинов и званий, и знаешь почему? Из-за своего происхождения! Если бы он не был отмечен Императором этой проклятой кирасой с орлом, я бы не позволил ему прикоснуться даже к краю моего плаща!

— Теметер тоже происходит с Терры, и Хурон-Фал, и Соррак, и ещё множество других, — спокойно заметил капитан. — Ты и к ним относишься так же, Игнатий?

— Никто из них не прикован к старым обычаям, словно цепями. Никто из них не считает себя выше остальных только из-за места своего рождения! — Грульгор прищурил глаза. — Гарро ведет себя так, словно имеет право меня осуждать. Я не потерплю такого высокомерия от человека, выросшего в изобилии еды и воды, тогда как мой клан сражался за каждый глоток чистого воздуха!

— Но разве сам Мортарион не терранец? — хитро улыбаясь, спросил Тифон, снова подогревая ярость Грульгора.

— Место рождения примарха — Барбарус, — решительно заявил командор, проглотив наживку. — Он всегда был и остается одним из нас. Этот легион принадлежит в первую очередь Повелителю Смерти, а во вторую — Императору. Гарро следовало бы помнить об этом, а не присваивать незаслуженную награду.»– Джеймс Сваллоу, «Полёт Эйзенштейна»

Пути XIV легиона постепенно менялись и среди боевых братьев было мало тех, кто сохранил прежние традиции Сумеречных Налётчиков. Медленное изменение настроения началось в те месяцы, когда Повелитель Человечества решил оставить Великий крестовый поход, обосновавшись на Терре после победы над орками в Улланорском крестовом походе. После этого он присвоил звание Воителя Хорусу, примарху Лунных Волков.

Гвардия Смерти отличалась от братских легионов своей командной структурой и системой рангов. Традиция заключалась в том, что XIV легион никогда не насчитывал более семи великих рот, хотя в этих подразделениях насчитывалось куда больше бойцов, чем у Космических Волков или Кровавых Ангелов; в то время, как у многих легионов была традиция отдавать почётное первенство первому капитану, Гвардия Смерти также имела два привилегированных титула, вручаемых второму («командор») и седьмому («боевой капитан») капитанам рот соответственно. Натаниэль получил звание боевого капитана во времена Объединительных войн, когда Император лично даровал ему этот знак отличия. Даже столетия спустя Гарро гордился этим титулом.

Великий крестовый поход

«Скоро настанет конец. Мы видим завтрашний день. И ты тоже увидишь. Всё, чему ты поклоняешься, рассеется. Всё…»– Пророчество ксеноса-йоргалла, обращённое к Натаниэлю Гарро (Джеймс Сваллоу, «Полёт Эйзенштейна»)

Боевой капитан Гарро был опытным ветераном-Астартес нескольких кампаний Имперского Согласия. Сражаясь бок о бок с Легионес Астартес из других легионов, с некоторыми из них он сдружился: в частности, с капитаном Гарвелем Локеном из легиона Лунных Волков — во время кампании на Крипте и капитаном Саулом Тарвицем из легиона Детей Императора — во время Преаксорской кампании.

К окончанию Великого крестового похода боевой капитан Гарро заслужил высочайшие награды во время кампании против йоргаллов — психически одарённых ксеносов, с которыми он сражался совместно с Сёстрами Безмолвия; боевой капитан был удостоен чести испить Чашу Примарха, и Мортарион взял его с собой в качестве советника на военный совет Хоруса . Всё это время примарх пытался повлиять на верность Гарро Императору, стремясь переманить его на сторону Воителя.

Предательство на Истваане III

Седьмая рота Гарро сражалась совместно с первой ротой Детей Императора на Истваане Экстремис (самой отдалённой планете системы Истваан) против сил мятежников. Во время битвы с мощным псайкером, известным, как «Дева Битвы», Натаниэль получил серьёзные травмы. 

«Космодесантник повернулся к своему командиру, и от запаха свежей крови его замутило. Этот запах он хорошо знал и ненавидел. Следы падения виднелись и на доспехе Гарро, и на его руке, кроме того, где-то наверху он потерял свой болтер. Но вторая, уцелевшая рука боевого капитана с мрачной решимостью сжимала рукоять Вольнолюбца, словно это был его талисман. Острые осколки гранита и обсидиана местами пробили керамитовое покрытие доспехов, и вокруг них выступили капли аварийного восстановителя, но больше всего пострадала нога.

Прикрытое щитком шлема лицо Дециуса помрачнело, и он был благодарен, что капитан не может видеть его выражения. Почти у самого бедра правая нога командира превратилась во влажное месиво обрывков кожи, обгоревших костей и почерневших мышц. Только нейрохимические реагенты и противошоковые средства, вырабатываемые вживлённой в шею железой, позволяли Гарро сохранять сознание.»– Джеймс Сваллоу, «Полёт Эйзенштейна»

Он был спасён только благодаря своевременному вмешательству Фабия Байла. В конечном счете, нога Гарро была заменена на бионический протез превосходного качества. Натаниэль был в ярости, чувствуя, что гнев поднимается в нём каждый раз, когда новая нога заставляет его хромать. Апотекарии легиона не признали его полностью излеченным: рота Гарро была отстранена от ведения боевых действий на Истваане III (этот приказ исходил непосредственно от первого капитана Каласа Тифона). Вместо этого боевой капитан был размещён, совместно с некоторыми бойцами 7-й роты, на борту фрегата «Эйзенштейн» (также в качестве сопровождения с Гарро был отправлен командор Игнатий Грульгор вместе со своей второй ротой, имевший скрытый приказ следить за Натаниэлем) для несения боевого дежурства, наблюдения за обстановкой и обеспечения тактической поддержки.

Примарх приказал кораблю оставаться на высокой орбите и следить, чтобы не один из вражеских кораблей не мог сбежать от наземного штурма Истваана III. Натаниэль с подозрением отнёсся к приказу сменить местоположение, опустившись в пространство непосредственно над Хоралом (в котором располагалось правительство Истваана III), так как он был уверен, что в городе не осталось ни одного корабля, способного выйти в космос, а также в связи с тем, что «Эйзенштейн» не имел на борту десантных капсул, а был носителем артиллерийских орудий.

Слуга Гарро, Калеб Арин, исполняя приказ Натаниэля проследить за разгрузкой оборудования и получить информацию о последнем грузе с штурмкатера, выяснил (совместно с апотекарием Мериком Войеном, который следил за Грульгором), что Грульгор совместно со своими людьми руководит зарядкой орудий «Эйзенштейна» капсулами с неизвестным содержимым.

Во время первого этапа штурма, «Эйзенштейн» получил сообщение от лорда-командора Эйдолона с борта «Андрония» о том, что один из «Громовых Ястребов» был захвачен, а его пилот действует в нарушении приказов Хоруса. Вместо того, чтобы сбить транспортник, Гарро приказал установить с ним вокс-связь. Услышанное шокировало его.

«— «Громовой Ястреб», находящийся в зоне контроля «Эйзенштейна»! — крикнул Гарро. — Назовите себя.

Через треск помех донёсся взволнованный ответ:

— Натаниэль?

Дециус заметил, как побледнел Гарро, узнав этот голос.

— Это Саул. Я рад слышать твой голос, брат.

— Саул Тарвиц, — прошептал Сендек. — из Детей Императора. Невозможно! Это человек чести! Если уж он стал изменником, значит, Галактика сошла с ума!

Дециус осознал, что не может отвести взгляда от потрясённого лица Гарро.

— Наверное, так оно и есть.»– Джеймс Сваллоу, «Полёт Эйзенштейна»

Следующее сообщение от Тарвица (который поклялся жизнью в правдивости сообщения) оказалось предупреждением: вся операция была предательством, Хорус предал Императора, а флот собирается бомбить поверхность планеты, вместе с оставшимися на ней десятками тысяч Легионес Астартес, вирусными бомбами.

Услышав это, Гарро быстро принял решение, приказав «Эйзенштейну» уничтожить «Громового Ястреба», но на самом деле изменил координаты стрельбы так, что сбил ведущий перехватчик, от взрыва которого сдетонировали остальные, благодаря чему Саул Тарвиц получил возможность ускользнуть. Гарро приказал связаться с «Андронием» и передать, что предатель уничтожен. Хотя некоторые из его людей были встревожены, Гарро пояснил, что его побратим говорил только правду и никакой лжи.

Предательство. С этим осознанием пришла и другая идея: если Хорус решил выступить против своего отца, он сделал это явно не в одиночку и его братья-примархи тоже принимают в этом участие; Ангрон, идущий по пути кровопролития; Фулгрим, убеждённый в своём превосходстве и совершенстве, и Мортарион, питавший многолетнюю обиду на Императора.

Именно в этот момент Калеб прибыл на мостик и сообщил своему господину, что Игнатий и его люди заряжают пушки вирусными бомбами. Гарро, Войен и боевой брат Толлен Сендек отправились, чтобы помешать Грульгору в его деле.

Три верных легионера вместе с денщиком атаковали Грульгора и его людей с праведной яростью. Во время боя Грульгор поймал в прицел Гарро в то время, когда тот был занят битвой. Осознав угрозу, Калеб выстрелил из короткоствольного пистолета в предателя, попав ему в болт-пистолет и сбив прицел в то мгновение, когда палец командора нажал на курок. В результате болт попал в балку у головы Гарро; Калебу же не повезло — он был пронзён ножом командора. Отрикошетивший болт повредил одну из сфер вирусных боеголовок, выпустив на волю вирус «пожиратель жизни». В этот самый момент умирающий Калеб нажал кнопку аварийной защиты. Игнатий и его люди, оставшиеся по ту сторону преграды, начали умирать в агонии от воздействия вируса.

В обсерватории «Эйзенштейна» Гарро рассказал своим людям о конфронтации с Грульгором, его словах против Императора и вирусных бомбах, о том, что Грульгор и Эйдолон действовали не по собственной инициативе, а стали солдатами-предателями в войне, начатой Воителем. Апотекарий Войен подтвердил его слова, так как раньше состоял в ложе и знал больше остальных. Если бы Гарро не был тяжело ранен на Истваане Экстремис, то был бы рядом со своими товарищами-лоялистами на поверхности планеты, не подозревая, что меч палача уже был занесён над его шеей. События повернулись так, что сыграли им на пользу, и этим было решено воспользоваться во имя Императора.