Наркоз ч.3

Короткая история о том, как просто ценить элементарные вещи

После всех переживаний казалось, что меня уже ничем не напугаешь. В какой-то момент я даже устал бояться и решил просто попытаться успокоиться, закрыть глаза и уснуть. Тем более, что, судя по голосам вокруг, меня уже не собирались никуда кантовать.

Какой самый простой способ отвлечься от пикающих аппаратов, шумящей вентиляции и говорливых медсестёр? Конечно, сосредоточиться на дыхании, успокоиться и провалиться в сон.

Глубокий вдох… Что-то не получилось. Нужно попробовать ещё раз. Глубокий вдох… Нет, не так. Я чувствую, как поднимается и опускается грудная клетка, но не ощущаю, как воздух движется внутри меня.

Небольшое отступление. Попробуйте прямо сейчас вдохнуть и выдохнуть. Обратите внимание на то, как воздух ощущается в носоглотке, трахее. Скорее всего, это едва различимый холодок. Почти наверняка температура снаружи ниже, чем температура вашего тела. Если температура снаружи выше, вы почувствуете, как тёплый воздух входит внутрь вас. Как бы там ни было, нервные окончания подают сигнал в мозг: воздух движется. Дыхание в норме. А теперь задержите дыхание ненадолго. Прислушайтесь к ощущениям в том же месте. Никакого движения воздуха не ощущается. Вам хочется проветрить помещение, когда воздух нагревается до температуры тела очень быстро и вы плохо распознаете его движение внутри себя.

Так вот, когда тело находится под наркозом, а ты подключён к ИВЛ, воздух ходит туда-сюда по трубке. И, вдобавок, нервные окончания не работают. Движение воздуха не ощущается. Как думаете, что об этом подумает ваш мозг, если направить на это своё внимание? Правильно. Тревога! Мы задыхаемся! Захочется сделать вдох поглубже. Но тело не поддаётся. Даже рефлексы не срабатывают. Это ещё большая проблема для мозга. Ведь пару минут без воздуха – и он умрёт. А это уже не очень хорошо. Ко всем этим рассуждениям я пришел позже, вспоминая и прокручивая ситуацию. А в тот момент...

Я лежал без движения со звенящим набатом в голове о том, что я задыхаюсь. Безуспешные попытки вдохнуть поглубже, резко, чтобы хоть как-то ощутить этот спасительный холодок в гортани, только усиливали панику. И в то же время я всё ещё был жив. Прошло 5, может 7 минут, а я всё ещё жив. Эта мысль немного успокоила. Значит, я не задыхаюсь. Хорошая новость. Теперь я просто наблюдал, как движется грудная клетка. Вдох-выдох. Управлять этим не мог, но размеренное движение успокаивало мозг. Будто он получил подтверждение, что дыхание происходит, и отключил режим паники. Всё в порядке. Я дышу. Рот открыт. Можно успокоиться.

Я провел какое-то время в размышлении о том, как просто, оказывается, ценить простые вещи. Пошевелить телом. Без чьей-то помощи открыть глаза. Дышать полной грудью, глубоко вдыхая холодный воздух.

Не успел я, впрочем, далеко продвинуться в этих философских размышлениях, как почувствовал, как мне вставили кляп в рот. Наверное, есть какие-то протоколы, по которым это делают с людьми в моём состоянии. Но это не имело значения. Имело значение, что этот туго скрученный бинт, я даже успел языком распознать его материал, закрыл рот, через который я с таким трудом учился дышать заново. Это было похоже на чью-то безжалостную шутку. Меня снова охватила паника. Как теперь дышать? Неужели врачи забыли, что мне тяжело дышать, и я не могу делать это через нос? Нос... А если он заложен? Новая волна ужаса накрыла меня. Я попытался проверить, получится ли дышать через нос, и понял, что дышать можно. Спустя несколько минут до меня дошло, что бинт никак не мешает дыханию, потому что я дышу через трубку. Это немного успокоило.

Я снова попытался немного успокоиться и начал вслушиваться в голоса вокруг.

- Посонируйте его, - произнес женский голос. Не тот отстранённый, не терпящий возражений, голос, который я слышал раньше. Этот был живым, человечным.

Я начал разбираться в терминах и понял, что «санация» — это когда трубкой отсасывают жидкость из мест, где её быть не должно. И вот я почувствовал, как трубка вошла глубоко в глотку, потревожив гортань, а затем ворвалась в нос, царапая слизистую. По щеке потекла слеза. Наверное, не все рефлексы отключены, подумал я тогда.

- Ну он не спит, я буду его будить! — произнес тот же голос.

Не спит? Будить? Они что, всё это время знали? Почему не сделали это раньше? Почему не добавили ещё наркоза? Ладно, сейчас это уже не так важно. Главное, что меня будут будить. Главное, что скоро всё закончится. Я смогу дышать, двигаться, говорить. Кто-то вытащил кляп изо рта. Трубку тоже извлекли. Она прошлась по всем моим дыхательным путям, оставив неприятное ощущение. Я не успел испугаться, как буду дышать без неё.

- Ваня! — громко крикнул голос в левое ухо. В этот момент словно кто-то переключил тумблер, и я моментально открыл глаза. Всё ещё удивляясь этой неожиданной возможности, я сделал глубокий вдох. Настоящий. Самостоятельный. Холодный. В несколько секунд ко мне вернулась способность управлять телом. Будто с меня сняли заклятие. Я приподнялся. Сесть мешали катетеры и провода. Это доставляло дискомфорт, но это было пустяком по сравнению с тем, что я мог сам двигаться и дышать. Я увидел врача, медсестёр, жену. Она внимательно смотрела на меня и едва уловимо улыбалась. Всё закончилось. Всё позади.