Наркоз ч. 1

Какой самый большой ужас вы можете для себя представить?

Комната, кишащая ядовитыми змеями? Холодные и склизкие, они медленно обвивают вас, лишая возможности двигаться.

Комната, полная пауков? Их так много, что, если заставить себя успокоиться и выровнять сердцебиение, можно услышать шелест их лапок со всех сторон.

У каждого найдётся ещё парочка ужасных фобий и ситуаций, которые заставляют сердце биться чаще, леденеть от ужаса и паниковать. Но почти все их объединяет одно — вероятность того, что они действительно случатся с вами, крайне мала.

Расскажу вам историю своего ужаса и ещё одной фобии, о которой я никогда раньше даже не думал, разве что видел её в парочке жутких триллеров.

Это история о том, почему не стоит просыпаться во время общего наркоза и каково это — быть запертым в своём теле.

Кратко о том, как я вообще оказался под наркозом. В минувший сочельник у меня обострилось одно серьёзное заболевание, и пришлось срочно вызывать скорую. Долго ли, коротко ли, я оказался в реанимации одной из больниц г. Москвы. Оказался там в сознании, но в тяжёлом состоянии, требующем срочных манипуляций, которые делаются под общим наркозом. Я далёк от темы медицины, но где-то, когда-то краем уха слышал, что алкоголь и наркоз — вещи несовместимые. А это был разгар новогодних праздников, помните? Накануне я был у друзей и употреблял. Не то чтобы много, но и не мало — за руль утром садиться не планировал.

Мне хватило ума предупредить об этом дежурного реаниматолога. На что она заверила, что это не страшно. Вставили катетер в вену и начали вводить мутную белую жидкость, по виду напоминающую очень плохое и нежирное молоко. Спустя несколько секунд я почувствовал, как по телу прошлась волна странного ощущения, будто густая тяжёлая пелена. Не успев додумать эту мысль, я отключился.

У меня уже случался этот приступ, и я уже проходил эту процедуру. Поэтому второй раз было не страшно падать в объятия Морфея. Казалось даже очень удобным. Тебе очень плохо, ты падаешь в сон, а когда просыпаешься, то уже всё хорошо и твоё состояние стабильно.

В этот раз всё пошло не по плану.

Я привык приходить в себя, когда уже нахожусь в палате или всё закончилось, и я спасён. Но теперь я пришёл в себя от вопроса:

— Почему у него нет отчества? — вопрос, очевидно, обо мне. Всё просто, подумал я: у меня иностранный паспорт, и отчество в нём не указывается. Примерно так я решил ответить, но понял, что не могу пошевелить ртом. На короткую долю секунды удивление сменилось нарастающей волной ужаса. Из всего своего тела я мог двигать только белками глаз и совсем немного языком. Глаза не открывались. Причём язык не очень помогал: в рот были вставлены дыхательные трубки и, возможно, что-то ещё. Они удерживались на бинте, который проходил вдоль рта, как удила у лошади. Когда я касался этих удил, то чувствовал, как шевелится трубка глубоко внутри меня. Это ощущение пугало, и шевелить языком быстро расхотелось.

Как долго я пролежал под наркозом? А главное — сколько ещё нужно по плану? В прошлый раз я был в отключке часов шесть. Сейчас, судя по разговорам, со мной ещё не до конца закончили. Началась паника. Ну как началась — полезли мысли, что я не смогу уснуть и несколько часов буду обездвижен. Напомню, моё сознание было полностью ясным. Это как если бы я лёг на кровать и, закрыв глаза, пытался уснуть. Помните это чувство? Когда ещё мысли крутятся, вспоминаешь, как сегодня надо было ответить или что завтра точно нельзя забыть. С одним лишь отличием — открыть глаза я не мог.

— Вы не знаете, почему у него отчество не указано? — снова спросил знакомый голос. Ответа не последовало. Вместо этого другой голос ближе ко мне сказал, что вместо процедуры, которая была в прошлый раз, теперь сделали иначе. Меня нужно отвезти на КТ, чтобы убедиться, что всё нормально.

— Кто мальчика оформлял? Почему ему отчество не написали? — не унимался голос. Меня весь персонал там называл мальчиком. И вообще, там работают очень отзывчивые и добрые люди. Это я узнал гораздо позднее. А пока вместо ответа услышал металлическое дребезжание. Это приехала транспортная служба, чтобы отвезти меня на КТ. Вы знали, что в больницах есть целая транспортная служба? Звук каталки затих, и от меня начали отключать какие-то датчики.

— На счёт три... Раз, два, три. — Моё тело переложили на каталку. Голова согнулась к левому плечу, из-за чего зашевелились трубки внутри меня. Это не было больно — скорее похоже на ощущения от гастроскопии, только там трубка движется по предназначенному пути. А тут ощущение, будто внутри меня есть что-то там, где этого быть не должно.

Пока моё растёкшееся по каталке тело укладывали внутрь бортиков, это ощущение прошло. Но кто-то решил поправить голову ровно. Снова зашевелились трубки и это чувство в груди. Всё это время я не прекращал попытки пошевелиться или хотя бы поднять веко, чтобы дать понять, что я в сознании. Чтобы мне добавили наркоза, чтобы я отключился полностью. Всё было тщетно. В какой-то момент я был близок к цели. Пока санитар вез меня на КТ по коридорам и пока тряслась каталка, а может и от перекладывания, у меня приоткрылось левое веко. Я мог различать силуэты, но картинка расплывалась из-за ресниц, которые открылись не до конца. Но этого не хватило, чтобы мой зрачок было видно. Да и санитару не было никакого дела до моего века — он заворачивал на виражах по коридорам.

Остановились. Приехали. Переложили на другую лежанку.

— Ладно, КТ это не больно. Надо успокоиться и постараться уснуть. Всё позади, — крутились в голове мысли. Я не помню момента, когда я заснул. Но пришёл в себя, всё ещё находясь в заточении... Тогда я не думал, что что-то может ввергнуть меня в больший ужас, чем просто осознание невозможности пошевелиться и застрять так на несколько часов.