Nanny for a Bunny. Bonus chapter 1.1.

– Что хочешь на обед?

Сонхва зевнул и поудобнее устроил голову на чужой груди:

– Обед?

– Ну, завтрак мы успешно проспали...

– Не проспали. Завтрак тогда, когда проснулся.

Хонджун задумчиво промычал, обдумывая слова возлюбленного, и продолжил медленно перебирать его волосы. Сонхва явно не собирался вставать, довольно мыча в ответ на на ласку. Да, и, сам Хонджун еще не до конца отошёл ото сна. Они почти до трех ночи смотрели сериал, и, конечно, о раннем подъёме не могло быть и речи.

Они с Сонхва практически сожительствовали у последнего уже почти полгода. Май уже разгорелся, и, кажется, с самого начала их так чудесно сложившихся взаимоотношений ничего не изменилось. Разве что теперь они были полностью открыты друг перед другом. Между ними стёрлась последняя граница, и в своей маленькой тихой любви им было хорошо. Им нравилось будить друг друга поцелуями, неуклюже танцевать под пластинки во время готовки, прогуливаться втроём с пушистой любимицей и засыпать в объятиях друг друга. Хонджун без стеснения спал в шелковой пижаме Сонхва, мыл голову его шампунем и воровал еду из его тарелки. А Сонхва и не был против. Он сам использовал Хонджуна как подушку, в особенности его мягкие колени, как плюшевую игрушку для объятий и антистресс, который можно было помять. Впереди их ждал ленивый выходной, в который они, скорее всего, займутся ничегонеделанием.

Но кое-что не давало Хонджуну покоя. Имя Сонхва. Дело не в том, что оно ему не нравилось. Он уже давно думал о том, чтобы использовать к нему какое-нибудь ласковое слово, но сомневался, можно ли. На каком этапе отношений дозволено переходить на милые прозвища? Было одно слово, уже давно прилипшее к его языку, но он всё стеснялся сказать его. Не слишком ли громко оно звучит?

Фу-ух. Сейчас! Раз, два...

– Дорогой...

Сонхва поднял голову и удивленно захлопал ресницами. Это сейчас к нему обратились?

– А?..

– Дорогой, как насчет пасты? Или, может, хочешь что-то другое?

– Паста?.. Хорошо. Давай...

"Дорогой"? Ох.

Двое еще несколько секунд молча смотрели друг на друга, прежде чем Сонхва спросил:

– А можешь назвать меня так еще раз?

– Дорогой...

– А еще?

– Мой дорогой Сонхва.

Пак довольно улыбнулся, и у Хонджуна было ровно две секунды, чтобы спастись от его приступа любви, но он, кончено, не успел сделать этого. Да, и, не собирался. Сонхва принялся покрывать поцелуями его лицо, а тот и рад был поддаться ласке.

– Сонхва, щекотно...

– Мой милый... Милый Хонджун... – Пак не договорил, снова принявшись целовать любовника, а тот только и мог, что смеяться в ответ. – Люблю тебя.

– И я тебя. Очень.

Их милование прервал топот, и через несколько секунд в спальне возникла их радость и гордость в виде Донбёли. Она запрыгнула на кровать и стала обнюхивать плечо Хонджуна. Теперь точно было пора вставать.

– Жаль, что она не может покормить себя сама... – Сонхва погладил ее лоб. – Бёли, тебе пора стать самостоятельнее!

Крольчиха, конечно, не понимала, чего от неё хотят. Она забралась на подушку Хонджуна и легла прямо у его головы. Все пути к бегству из постели теперь были перекрыты любовником и крольчихой.

– Как мне встать, если вы с Донбёли меня тут прижали?

– Не вставай...

Встать, конечно, пришлось, потому что голодный желудок напомнил о себе. И голодная Донбёли тоже. Она крутилась у их ног, пока они заправляли кровать, меняли пижамы и умывались. Пришлось выгнать ее из ванной, чтобы она не мешала водным процедурами и не намокла сама. Хонджун, в одной футболке Сонхва и белье, сушил волосы, присев на бортик ванной, а Сонхва, в домашних штанах и без верха, собирался бриться, мыча и пританцовывая.

– Хонджун, как думаешь, мне подошли бы усы?

– Чего?..

Ким выключил фен и Пак повернулся к нему с намазанной над губой пеной.

– Ну, как?

– Сонхва, нет! Пожалуйста, только не усы!

Сонхва рассмеялся и снова повернулся к зеркалу. Да, такого Хонджун не пережил бы. Встав, он посмотрел в зеркало на отражение любовника, уже покрывшего лицо пеной. Тот, взглянув на него в отражении, взял бритву и замер.

– Поможешь?

– А?..

Брить кому-то лицо (кроме себя, конечно) Хонджуну еще не приходилось. Сонхва присел на бортик, и Ким, вздохнув, взял станок.

– Уверен?

Сонхва кивнул, и тот как можно осторожнее коснулся лезвием кожи. Пока он медленно водил бритвой по коже Сонхва, тот обнимал его за талию, внимательно наблюдая за сосредоточенным выражением его лица. Он продолжал мычать какую-то знакомую мелодию, но Хонджун всё никак не мог вспомнить, какую. Рассматривая лицо любовника, он думал о том, как он вообще оказался тут, рядом с этим мужчиной, в его ванной, в его квартире, в его футболке, и брил ему лицо. И с этим мужчиной он засыпает, просыпается, трапезничает, смеется и занимается любовью? Начав мычать песню вместе с ним, Хонджун вспомнил, наконец, слова:

– Нам с моим мужем уже гораздо лучше...

– Всегда мы были с ним только вдвоём...

Убедившись, что лицо Сонхва выбрито без травм, Хонджун отложил бритву и оставил поцелуй на его лбу.

– Спасибо, милый.

– Пожалуйста. Только не отращивай усы.

Перед тем, как принятся за завтрак-обед, двое всё де улостоили вниманием крольчиху, угостив ее морковной соломкой. Наевшись, она устроилась в своей лежанке и вновь уснула. Оставшихся в упаковке макарон как раз хватило на трапезу для двоих.

– Это последние? – Сонхва осмотрел опустевшую полочку.

– Ага. Надо попозже сходить в магазин.

Расправившись с мясом и отправив его на сковороду, Пак вымыл руки и присоединился к наблюдению за плавающими в кипящей воде макаронами. Хонджун приобнял Сонхва за талию и прижался к его плечу. Пак довольно потерся щекой о его пахунущую кондиционером для волос макушку и вздохнул:

– Я всё еще не могу поверить, что ты теперь со мной. Я так рад...

– И как тебе жизнь со мной? Я тебе не надоел?

– Ты что! Ты мне не надоедаешь! Я мечтал о том, чтобы вот так встречать день, чтобы засыпать и просыпаться вместе... А я тебе не надоел?

– Ты не можешь надоесть... – Хонджун чмокунл мужчину в щеку. – Жизнь с тобой это... Как самый лучший выигрыш в лотерею. Я никогда не думал, что втянусь в семейную жизнь, быт и всё это... Но теперь, когда мы вместе... – Он взял лицо возлюбленного в свои руки и потерся носом о его. – Я уже не могу представить себе другой жизни. Спасибо, что любишь меня.

– И тебе спасибо, милый. За то, что не оставил меня.

– Ни за что не оставлю.

От милования их отвлекло уведомление телефона Сонхва. Тот, взяв мобильник в руки, недовольно уставился в экран. Работа. Прочитав сообщение, он, немного подумав, уставился на Хонджуна:

– Хонджун, а не хочешь подзаработать?

– Хочу! А что надо делать?

Сонхва усмехнулся в ответ на энтузиазм своего мужчины.

– Наш новый хочет новый логотип, ну, визитки там, сайт... Ищем дизайнера. Не хочешь взяться?

– О... Ну, можно!

– Отлично! Тогда я сейчас напишу боссу и предложу твою кандидатуру. Наверное, тебе придётся съездить ко мне в офис...

– Давно хотел увидеть тебя за работой!

– Поверь, это не лучшее зрелище. Одна нервотрепка. Когда я в офисе, единственное моё отличие от злой собаки в том, что на мне нет намордника...