Надо поменьше волноваться

Детство: в 2 года Moby потерял отца в автокатастрофе, мальчика воспитывала мама.

Карьера: альбом Animal Rights продавался очень плохо, из-за чего договор с американским лейблом Elektra был окончательно расторгнут по их инициативе. 

Внутреннее состояние: на фоне провала альбома у Moby развилась депрессия.

Семья: в это же время от рака лёгких умерла его мать.

Личная жизнь:

Мне хорошо давались романтические песни, но плохо давалась романтика в отношениях. Я не умел справляться с собственной тревожностью. The sky is broken [трек Moby из альбома Play] об отношениях, которых у меня никогда не было — о таких, где много близости, ранимости и доверия. Мои же обычные отношения раздирались тревогой и отчаянием. Я был одинок и не хотел больше сбегать от любви. Пора бы разорвать порочный круг. Пора бы уже найти женщину, которая сможет принять меня таким, какой я есть. Я не хочу больше напиваться и подпитываться знакомствами на одну ночь. Я хочу засыпать с человеком и не ощущать беспокойства. «Speak to me in the middle of the night» — Поговори со мной в суете ночи пел мой голос с кассеты. Я готов был променять все вечеринки с водкой, все тройники, четверники и семерники на лишь одно мгновение покоя и умиротворения, сказав «Я люблю тебя» кому-то в темноте ночи. 

Планы на жизнь: после провального альбома, не зная что делать, Moby решил отвернуться от прежней техно-брейкбит-эмбиент аудитории и записать последний альбом, потом уйти на покой и изучать архитектуру. Финалом должен был стать Play.

Как говорится, всё что дальше — история. Play стал уникальным альбомом: он не только разошёлся тиражом более 12 миллионов экземпляров, в 26 странах став «платиновым», и три года подряд номинировался на «Grammy», получил несколько наград на MTV и VH1. Ещё и на все его 18 треков были приобретены права на ТВ, в рекламу и кино. Что примечательно, альбом далеко не сразу стал хитом, в начале журналы музыку слушать не хотели, радио такой странный неформат брать в ротацию отказывалось, и продажи шли очень вяло. Но вернёмся к настроениям музыканта до публикации альбома:

Я выключил плеер и признал: моя карьера как музыканта, скорее всего, окончена. Моя последняя пластинка провалилась; песни, над которыми я работаю, — плохо сведены и не удовлетворяют меня самого. Я только не снимал наушники — просто чтобы ушам было тепло. Убитый и побежденный, я прикинул, что если и издам какой-нибудь альбом, то и он безвестно канет в лету. Возможно, я подошел к пятой стадии в модели Кюблер-Росс: к принятию. Я принял, что мой десятилетний забег в качестве музыканта подошел к постыдному концу. И я принял смерть мамы.

Успех — вещь очень странная. В некоторые периоды жизни о нём и думать не приходится, только и кажется: не сложилось уже, не судьба.

В одно похмельное утро на прогулке я заметил огромную самодельную надпись play на стене у баскетбольной площадки. Хорошее имя для альбома. А, возможно, это напоминание, что надо поменьше волноваться. Я уже схоронил себя как музыканта, но — прежде чем я скроюсь в застенках общественных колледжей Новой Англии и умру дома на складном японском матрасе — я выпущу Play как реквием по себе. 

Моби играл в подвале музыкального магазина Virgin, то есть где-то для 40 человек, играл на разогреве у рок-групп в США, постоянно боролся с тревожностью, выпивал по 10-15 шотов спиртного за ночь и был почти разорен. Представители лейблов звонили его менеджерам просто чтобы сообщить, насколько им неприятен Моби как человек или как музыкант, или все вместе. Некоторые не перезванивали вообще.

Только спустя время стало понятно, что альбом Play не провалился, его продажи потихоньку ползли вверх, а за ними и остальное: чарты, туры, повсеместная известность и культовый статус. Это ли не ирония судьбы?