НЕСКОЛЬКО СЛОВ О ЗАКОНЕ О ДОМАШНЕМ НАСИЛИИ

EQUALITY

Поскольку посты, связанные с законом о домашнем насилии, часто вызывают вопросы и непонимание в комментариях, мы решили написать небольшое пояснение.

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

В Конвенции Совета Европы [1] указано, что «домашнее насилие» означает все акты физического, сексуального, психологического или экономического насилия. Домашнее насилие обычно происходит в кругу семьи или в быту. Оно может происходить между бывшими или нынешними супругами или партнерами, независимо от того, проживают ли люди вместе. Зачастую под домашним насилием понимают любое поведение интимного партнера (в браке, сожительстве или любой другой форме формального или неформального союза), которое несет физический, сексуальный, экономический или психологический вред, а также применяется для получения или сохранения контроля над партнером [2]. Такое поведение может включать запугивание, травлю, манипулирование, унижение, причинение боли или увечий.

Кроме того, к домашнему насилию относят те же виды поведения, проявляемые по отдельности или вместе, по отношению к пожилым людям, детям, иным домочадцам, бывшим супругам или партнерам. Основная особенность домашнего насилия, которая объединяет все перечисленные варианты и заставляет выделять данный вид в отдельную категорию – наличие родственных или семейных связей между агрессором и жертвой. Зачастую ситуация осложняется еще и совместным проживанием пострадавших и агрессоров, из-за чего невозможно прекратить насилие, просто покинув общую территорию.

Домашнее насилие по своей природе может быть физическим, экономическим, эмоциональным (психологическим) или сексуальным, в части источников выделяют и другие виды. Инциденты крайне редко изолированы в своей природе и обычно эскалируют в частоте и тяжести. Домашнее насилие может приводить к серьезным травмам или смерти.

ВИДЫ ДОМАШНЕГО НАСИЛИЯ

Среди разновидностей домашнего насилия в большинстве источников выделяют следующие [3]:

• Физическое насилие – это преднамеренное применение силы против человека без его согласия, которое несет физическую боль и/или приводит к травме. Физическое насилие может включать в себя толчки, удары, пинки, щипки, битье кулаками, удушение, порезы, стрельбу в человека или кидание предметов, связывание, убийство и т.д. Иногда к физическому насилию также относят отказ партнеру в медицинской помощи или принуждение к употреблению алкоголя и/или наркотиков.

• Сексуальное насилие – сексуализированные прикосновения без согласия, продолжение сексуального контакта без согласия, принуждение к сексуальной активности, совершению небезопасных или унизительных сексуальных действий.

• Эмоциональное насилие (иногда его называют психологическим насилием) – слова или действия, направленные на то, чтобы контролировать, запугивать, изолировать кого-то или лишить человека самоуважения. Эмоциональное насилие может включать в себя угрозы, оскорбления, постоянные крики, контролирующее поведение, запрет кому-либо видеться с друзьями или семьей, высмеивание, ограничение вероисповедания, уничтожение имущества, причинение вреда домашним животным или его угроза, преследование, запугивание, унижение (в том числе в Интернете) и т.д.. Важно отметить, что многие формы эмоционального насилия сами по себе не являются преступлениями, но могут быть признаками того, что насилие может усугубиться.

• Экономическое насилие – использование денег или собственности для контроля или эксплуатации другого человека. Экономическое насилие включает в себя взятие чьих-либо денег или имущества без разрешения, удержание или ограничение денег для контроля над кем-либо, принуждение кого-либо подписывать документы, принуждение кого-либо продавать вещи или изменять завещание, воровство, мошенничество и т.д. Большинство форм экономического насилия являются преступлениями.

Кроме того, иногда как отдельные виды выделяют репродуктивное насилие (принуждению к беременности, отказ использовать контрацепцию или саботаж контрацепции, контроль за исходом беременности), вербальное насилие (тип психологического насилия, связанного с использованием устной и письменной речи), пренебрежение (отказ в надлежащей заботе или надзоре со стороны ответственного за них человека или их саботаж при наличии необходимых ресурсов – непредоставление надлежащего питания, теплой одежды, неспособность обеспечить надлежащую медицинскую помощь, медикаменты, личную гигиену, безнадзорность).

ГЕНДЕРНАЯ СПЕЦИФИКА

Как уже было сказано, домашнее насилие может принимать разные формы, а его жертвами могут быть люди разного возраста, национальности, расы, ориентации и гендерной идентичности. Тем не менее, когда в медиа-пространстве поднимается тема домашнего насилия, в большинстве случаев речь идет о женщинах-жертвах и гендерной специфичности проблемы. Почему же?

Дело в том, что значительное количество исследований показывает: именно женщины (согласно Конвенции Совета Европы [1], в их число включают не только взрослых, но и девочек и девушек в возрасте до 18 лет) чаще всего являются жертвами домашнего насилия, причем патриархальность общественного уклада коррелирует с домашним насилием против женщин. Так, регионы, демонстрирующие одни из самых высоких уровней домашнего насилия в мире – Южная Азия и Тропическая Африка,– одновременно с этим являются крайне патриархальными (при этом патриархальность оценивалась внутри региона в целом, но в разных странах распределение может быть неравномерным) [4].

Кроме того, мы чаще говорим о женщинах разного возраста и о насилии в гетеросексуальных парах из-за того, что о насилии в отношении, например, мужчин или в гомосексуальных парах известно гораздо меньше. Однако тот факт, что данных о пострадваших среди других социальных групп не хватает, не означает, что они должны быть отрезаны от помощи. Можно предположить, что количество мужчин, подвергающихся домашнему насилию, может быть существенно заниженным. Закон и дополнительные действия по борьбе с домашним насилием должны быть сформулированы так, чтобы защищать всех пострадавших вне зависимости от пола, возраста и идентичности.

Хоть сколько-нибудь достоверных данных об уровне домашнего насилия над мужчинами в России нет. Почти все НКО ориентированы на то, чтобы оказывать помощь только женщинам или, по крайней мере, преимущественно женщинам.

ЗАКОНОДАТЕЛЬНАЯ НОРМА

Если мы просто сравним страны, где присутствуют и отсутствуют законы о домашнем насилии, то получим, что в странах, где такие законы установлены, женщины имеют на 7% меньше вероятность стать жертвой домашнего насилия, по сравнению с женщинами из стран, где таких законов нет [5]. При этом имеет значение длительность существования законов. Так, каждый год действия таких мер связан со снижением распространенности домашнего насилия на 2%.

Конечно, связь может означать и то, что в странах с более низкой приемлемостью насилия, законодательство дает лучшие результаты. В любом случае, законодательство о домашнем насилии - нужная превентивная мера.

Нам могут возразить, что 7% – слишком низкая цифра. Однако не стоит забывать, что за этими «7%» стоят люди, подвергающиеся насилию, которым действительно можно помочь.

Тем не менее, есть несколько серьезных препятствий на пути к эффективности такого законодательства: в частности, отсутствие осведомленности, низкая вероятность задержания и, в некоторых странах, сосуществование обычного и религиозного права, несовместимого с законодательными запретами.

Действительно, одного законодательства недостаточно. В принципе, заниматься только последствиями преступления – недостаточно. Необходимы изменения норм поведения, которые допускают насилие. Принятие же законов и правовых реформ может способствовать изменению норм.

Одного только существование закона, без работы с социальными нормами и приемлемостью насилия среди населения недостаточно. Кроме этого, существуют дебаты «криминализация или примирение». Легальные санкции среди стран достаточно сильно различаются. Так, страны, где есть явные уголовные наказания – в меньшинстве (рисунок 1).

Также существуют программы, направленные на работу по изменению поведения насильника. Однако, на сегодняшний день невозможно сказать, насколько они эффективны, по причине их малого количества и редкого применения.

Методы примирения проблематичны в том плане, что даже при существовании систематического и длительного абьюза, примирение предполагает, что люди могут и должны сохранить отношения. Во многих случаях это нецелесообразно, так как нет гарантий, что эпизоды насилия не возобновятся, а у пострадавшей стороны не должно быть обязанности прощать агрессора.

ЗАКОНОДАТЕЛЬНАЯ НОРМА В РОССИИ

В 2017 году активный резонанс вызвала история Маргариты Грачевой, бывший муж которой отрубил ей кисти рук. До трагического происшествия Маргарита безрезультатно обращалась к участковому и жаловалась на угрозы мужа [6]. История Грачевой ярко показала, что в России пострадавшие от домашнего насилия не получают достаточной помощи и защиты от государства. Кейс Грачевой поднял в обществе дискуссию о домашнем насилии и проблему стали широко обсуждать. В обществе возник запрос на изменение законодательства о домашнем насилии: имеющиеся законы не позволяли ни эффективно предотвращать насилие в семье, ни привлекать к ответственности виновников. Власти были вынуждены реагировать на это давление.

В 2019 Совет Федерации начал работу над законопроектом о профилактике домашнего насилия. Закон в том числе поддержала спикер Совфеда Валентина Матвиенко [7]. 29 ноября текст [8] законопроекта появился на сайте Совета Федерации.

Документ вводил определение «семейно-бытовое насилие». Ключевым механизмом защиты пострадавших должно было быть так называемое предписание (защитный ордер). Предписание действует в течение 30 суток и запрещает нарушителю вступать в любые контакты с пострадавшим лицом, в том числе по телефону или через интернет, и выяснять его/ее местонахождение. Если у выписавшего ордер сотрудника полиции есть подозрение, что предписание не остановит нарушителя, он может обратиться в суд за судебным защитным ордером. Судебное предписание может быть продлено. По нему суд может обязать нарушителя пройти специальную психологическую программу, покинуть место совместного жительства с пострадавшей/пострадавшим и передать пострадав_шей ее/его имущество и документы [9].

Опубликованная версия вызвала бурную критику.

Причем недовольны оказались в том числе и некоторые соавторы документа: Так, юристка и руководительница Центра защиты пострадавших от домашнего насилия при Консорциуме женских неправительственных объединений Мари Давтян заявила [10], что текст не был согласован с ней. Новая редакция законопроекта была значительно сокращена и в таком виде не могла быть эффективной. По мнению Давтян, новый текст - «это результат заигрываний Совфеда с разного рода радикальными консервативными группами». Так, законопроект определил семейно-бытовое насилие как «действие или бездействие, которое причиняет или содержит угрозу причинения физического, психического страдания или имущественного вреда и не содержит признаки иных правонарушений». Таким образом, побои и другие действия, являющиеся правонарушениями, под определение не подпадали. Пары, живущие вместе без официального брака, под новую версию закона тоже не подпадали. Были и другие недостатки, но главное - в тексте было явно прописано, что цель - защита семьи, а не обеспечение максимальной защиты пострадавшего/пострадавшей.

Даже в таком виде законопроект вызвал много критики со стороны консервативной части общества как «несовместимый с традиционными духовно-нравственными ценностями» и «антисемейный». Депутатка и соавторка законопроекта Оксана Пушкина заявила, что готова к диалогу со всеми гражданами, в том числе с представителями РПЦ [11]. Однако депутатка отметила, что законодательство - дело депутатов, а не религиозных деятелей. Критика должна быть не голословной, а содержать конкретные предложения, которые позволят закону эффективно выполнять свою функцию - уменьшать количество случаев домашнего насилия. И что принцип невмешательства в дела семьи не означает, что государство должно отказаться защищать своих граждан, если те нуждаются в защите.

В Совете федерации пообещали подготовить «компромиссную» версию с учетом поступивших предложений — «содержательный и неконфронтационный документ», но работа над ним была приостановлена из-за пандемии. В конце 2020 года парламентарии вернулись к документу [12], который в итоге так и не был принят.

Как говорит Мари Давтян [13], официальных данных о том, насколько усугубилась ситуация с домашним насилием в 2022 году, нет. О росте числа случаев домашнего насилия можно судить по косвенным признакам. Например, увеличилось количество звонков на телефон доверия 8 800 7000 600 (Всероссийский бесплатный телефон доверия для женщин, подвергшихся домашнему насилию).

За последнее десятилетие в России происходили позитивные изменения: появлялись оказывающие юридическую и психологическую помощь НКО, люди волонтерили и делали пожертвования, медиа уделяли больше внимания проблеме домашнего насилия. Многие люди стали понимать, что насилие в семье - это не норма. 2022 год не смог полностью уничтожить плоды многолетнего труда активистов и гуманизации общества, но стал годом регресса.

Россия вышла из состава Совета Европы. Как рассказывает Давтян, до этого несколько женщин подали в Европейский суд совместную жалобу, что государство не защищает женщин от насилия в семье. Суд признал, что нарушение прав женщин в ситуациях домашнего насилия имеет системный характер, и обязал государство принять целый ряд законодательных мер для того, чтобы ситуацию исправить. Кроме того, была назначена компенсация потерпевшим. Если бы Россия не вышла из Совета Европы, она была бы обязана все это исполнить.

Почти все российские НКО (не только связанные с домашним насилием) стали получать меньше пожертвований, в том числе от бизнеса [14]. Мы уже писали об этом [15]. Так, директорка центра «Насилию.нет» Анна Ривина (признаны в РФ «иностранным агентами») говорит:

«Мы прекрасно понимаем, что будет очень плохо. Сейчас, с одной стороны, у людей не будет денег, а с другой — нынешняя ситуация поставит на стоп все достижения эволюции, социальные вопросы — все, что не считается экстренной задачей. Поэтому, я думаю, что в тех областях благотворительности, которые непосредственно связаны с выживанием, будет наблюдаться активность. Но все вещи, которые можно убрать в ящик, будут убраны туда надолго. Людям будет не до этого, они будут спасать себя».

Едва ли в ближайшее время стоит ожидать возобновления работы над законодательством о домашнем насилии - и властям, и обществу не до того.

Хоть мы и не являемся юрист_ками и активист_ками по вопросу закона о домашнем насилии, но все же считаем, что блокировка законопроекта о домашнем насилии стала регрессом с точки зрения противодействия домашнему насилию. Можно с уверенностью сказать, что в ближайшие месяцы ситуация с домашним насилием в России будет только ухудшаться.

Ссылки:

1. https://docs.cntd.ru/document/420206767

2. un.org/en/coronavirus/what-is-domestic-abuse

3. https://www.justice.gc.ca/eng/cj-jp/fv-vf/about-apropos.html

4. https://www.who.int/publications/i/item/9789240022256

5. https://openknowledge.worldbank.org/handle/10986/26198

6. https://ria.ru/20181022/1530984510.html

7. https://ria.ru/20191211/1562273842.html

8. http://council.gov.ru/services/discussions/themes/110611/

9. https://www.rbc.ru/politics/29/11/2019/5de036809a7947fb03de0406

10. http://www.president-sovet.ru/presscenter/press/ne_prosto_neeffektivno_eto_bespolezno_zakonoproekt_o_domashnem_nasilii_stali_kritikovat/?special_version=Y

11. https://ria.ru/20191204/1561963863.html