Мёртвые перемены

Заброшенная школа. Здесь пахло не просто пылью и плесенью, а чем-то густым, сладковато-гнилым, от чего сводило челюсть. Свет из разбитых окон падал на перевернутые парты, создавая причудливые, уродливые тени.

Рюсей стоял посреди коридора, сжимая в руке окровавленную бейсбольную биту. Его дыхание было ровным, почти скучающим. Он ненавидел этот мир. Слишком громкий, слишком грязный. Слишком много шума от этих ходячих мешков с мясом, которые когда-то были людьми. Он лениво пнул ногой оторванную руку, валявшуюся у стены.

— Какая тоска, — протянул он, запрокинув голову. — Они даже не кричат. Просто хрипят.

Чифую сидел на подоконнике, подтянув колени к груди. Он выглядел бледнее обычного, но в глазах горел тот самый лихорадочный огонь, который Рюсей знал слишком хорошо. Огонь человека, который готов отдать всё ради своей цели.

— Не расслабляйся, — тихо сказал Чифую, выглядывая в окно. — Их там много. Они идут на звук.

— Пусть идут, — Рюсей ухмыльнулся, обнажив клыки. — Больше целей — веселее. Или ты уже устал, а, Чифую? Твоя «королевская» кровь свернулась?

Чифую не ответил на провокацию. Он спрыгнул с подоконника, приземлившись мягко, по-кошачьи. В руке блеснул нож — короткий, но острый, как бритва.

— Нам нужно на третий этаж. Там должна быть аптечка. И, возможно, рации.

— Аптечка, — фыркнул Рюсей. — Ты о себе беспокоишься? Или о своей ненаглядной Мичи?

— Заткнись.

Рюсей снова улыбнулся. Ему нравилось выводить Чифую из себя. Это было единственное развлечение в этом мертвом мире. Он подошел ближе, нависнув над другом. Их разделяло всего полшага.

— Ты знаешь, что они чувствуют? — Рюсей наклонился к самому уху Чифую. — Эти зомби. Голод. Только голод. Никаких мыслей, никаких сожалений. Просто жрать.

— Мы не они, — отрезал Чифую, отступая на шаг. — Мы контролируем себя.

— Правда? — Рюсей кивнул в сторону двери, за которой слышалось нарастающее шарканье ног и хрипы. — Тогда докажи.

Дверь затрещала. Первый зомби — бывший учитель физкультуры, судя по остаткам спортивной формы — ввалился внутрь, вытянув руки вперед. За ним последовали еще трое.

Чифую действовал мгновенно. Он скользнул в сторону, пропуская тварь мимо себя, и одним точным движением вогнал нож в основание черепа. Зомби обмяк.

Рюсей работал грубее. Бита со свистом рассекла воздух и снесла голову следующему мертвецу, разбрызгивая темную, вязкую кровь по стенам.

— Скучно, — прокомментировал он, отпихивая тело ногой.

Чифую, тем временем, уже разделался с оставшимися. Он стоял, тяжело дыша, вытирая лезвие об одежду мертвеца.

— Идем. Пока не подтянулись остальные.

Они двинулись вверх по лестнице. Тишина давила на уши. Только их шаги и далекое эхо чужих хрипов.

Внезапно сзади послышался шум. Чифую обернулся, но Рюсей уже среагировал. Он схватил друга за воротник и резко дернул назад, прижимая к стене.

Огромный, раздутый зомби с оскаленными зубами пронесся мимо, врезавшись в стену там, где секунду назад стоял Чифую.

Рюсей прижимал Чифую к холодной бетонной стене, закрывая его собой. Их лица были слишком близко. Слишком.

— Осторожнее, — прошептал Рюсей, и в его голосе не было привычной насмешки. Только странная, тяжелая серьезность. — Если ты умрешь здесь, я буду очень зол. Ты мой, Чифую. Только мой. И я не позволю какой-то тупой ходячей падали забрать тебя.

Чифую смотрел в его глаза. В них отражался хаос этого мира, но было что-то еще. Что-то, что связывало их крепче любых цепей. Их общее безумие. Их общая тьма.

— Отпусти, — сказал Чифую, но не оттолкнул.

Рюсей медленно разжал пальцы, но не отошел. Он снова улыбнулся, на этот раз мягче.

— Идем, «король». Аптечка сама себя не найдет.

Он развернулся и пошел вперед, насвистывая какую-то дурацкую мелодию. Чифую смотрел ему в спину секунду, прежде чем последовать за ним.

В этом аду, среди разложения и смерти, они были единственными, кто еще жил. По-своему.