Мужик, слышь, мужик! Джордж Карлин

Мужик, слышь, мужик! Джордж Карлин

pulpy

У мужчин, с моей точки зрения, есть только одна настоящая проблема: другие мужчины. Именно от этого все беды. Когда-то давно мужчины отдали свою власть. Отдали другим мужчинам: королям, принцам, колдунам, полководцам и первосвященникам. Отдали, поверив сказкам, которые эти другие им наплели. Купились на фуфло. Облажались. Парни всегда покупаются на фуфло, если им его впаривают другие парни.

Ну, например, какой-то пришлый перец у вечернего костра встал и сказал: «Короче, чуваки, с сегодняшнего дня я буду вашим королем. Мой отец — Солнце, а мать — Луна, и они подсказывают мне, когда бросать девственниц в жерло вулкана. А вы все должны отдавать мне половину урожая, а завидев меня, низко кланяться. Кроме того, я имею право трахать ваших жен. И не забывайте, если я захочу, то смогу одним напряжением воли любому снести башку».

И сидевшие вокруг костра закивали головами, повторяя: «Парень говорит дело». Мужчина всегда верит во всякую чепуху, просто потому что тугодум.

Но я не говорю, что у мужчины нет серьезных забот. Они есть. Прежде всего, он должен притворяться, будто всегда понимает, что делает. И когда делает то, что делает, то притворяться, будто не нуждается ни в какой помощи.

Еще он обязан делать вид, будто может все уладить. И если не получается уладить сейчас, значит уладит позже. А если не срастется позже, то у него есть друг, который сможет помочь, а если нет, тогда это вообще бесполезно, и улаживать не стоит, и вообще, он знает, где взять еще лучше и к тому же дешевле, просто временно оно там закончилось, да и сейчас у них закрыто. Такая мужская болезнь. Называется «трепло» и «брехун».

Эта болезнь также вызывает стремление все время чем-нибудь распоряжаться. Распоряжаться, присматривать, командовать. «Настоящий мужик» всегда видит себя не то королем, не то вожаком стаи, не то капитаном корабля. Но при этом, чтобы соответствовать, ему приходится подражать другим и делать то же, что они: лишь тогда его примут за своего. И он найдет хорошую работу, продвинется по службе, получит прибавку к жалованью, купит «порше», обзаведется женой. Женой, которая тут же сменит «порше» на «додж», фургончик с раскладными сиденьями, чтобы не отличаться от всех остальных скучных семей.

Мужественность также требует не показываться врачу, пока тебя не убедят, что ты уже полгода клинически мертв. «Незачем ехать в больницу, милая, я вроде пока не в коме». А значит, нужно приучить себя не замечать боли. «Да нет, ничего страшного. Шесть кровоточащих дыр в голове — вполне терпимо. Дай мне пульт от телика и принеси пива. И проваливай».

Большинство мужчин научается этой дурацкой бодяге у отцов. Отцы запрещают сыновьям плакать. «Если я только услышу, что ты хнычешь, приду и всыплю хорошенько, чтоб не зря распускал нюни». Великолепно, а? Все беды этого мира — повторяю, все беды этого мира — от того, как отцы обходятся с сыновьями.

И вот малыши привыкают скрывать свои чувства, и обществу это нравится: ведь теперь, когда им исполнится восемнадцать, мальчики поедут в дальние страны убивать неизвестных им людей и ничего не почувствуют. Но, конечно, подобная командировка требует какой-никакой готовности к тому, что тебе отстрелят яйца. «Милая, мне придется поехать в другую часть света, чтобы мне там отстрелили яйца, а иначе ребята решат, что я боюсь ехать в другую часть света, чтобы мне там отстрелили яйца».

И получается, у среднего мужчины пик эмоциональности — это с размаху хлопнуться с другом ладонями. «Дай пять!» Или иногда, если чувства совсем уж бьют через край, — ладонями обеих рук. «Дай десять!» Вот такие бурные чувства. И это все, на что они способны. Благодарите Папочку. Спасибо, Па.

Но постойте! Не думайте, что от папаш совсем уж никакой пользы. В конце концов, это они вводят вас в Чудесную Страну Мужчин — в мужские субкультуры. В мир крутых парней, мачо и настоящих мужиков. Без нытиков, без неженок, без слабаков.

Самых адовых мужских субкультур пять, и все они друг с другом пересекаются: культура автомобилей и механизмов, военно-полицейская культура, культура оружия и походов, спортивно-состязательная и алкогольно-наркотическая. Еще одну я добавлю бонусом: культура «Пошли найдем какого-нибудь неженку и навешаем этому педику как следует». Как я сказал, все они взаимопроникающие. Многие мужчины принадлежат ко всем шести.

Разумеется, мужская вселенная опознается по ее огнеопасной химической формуле: бензин, порох, алкоголь, адреналин. Формула, которую делает еще смертельнее постоянно в нее добавляемый катализатор: тестостерон. Вы толкуете о злоупотреблениях лекарствами! Если вас интересует физическая зависимость, займитесь тестостероном. ТЭС-ТАС-ТЭР-РОН!!! — самое смертельное химическое соединение на Земле. И оно поступает не из подпольных лабораторий, а из мошонки, которая — занятно, а? — находится недалеко от дырки в заднице. Вполне подобающее место.

И, кстати, все эти субкультуры объединяют общие черты: гомофобия, которая, по злой иронии, сочетается с детской верой в мужской авторитет. Мужчин привлекают могущественные собратья. И еще они все одинаково боятся и не любят женщин. И это несмотря на патологическую одержимость женским телом. ТЭС-ТАС-ТЭР-РОН!!!

А почему же мужчины таковы? По-моему, все их уродства предопределяются тем, что они не участвуют в главном событии жизни — деторождении: там всю работу делают женщины. Каков вклад мужчины? Мужчине обычно только и надо, что побыстрее найти парковку для пары-тройки сперматозоидов. Пара толчков горячего семени, и громкость телевизора возвращается на прежний уровень. Я убежден: большинство этих негодных мужских хромосом нельзя пускать никуда — даже в ближайшее несчастное поколение. Но что поделаешь, биология.

И вот так исключенным из воспроизводства мужчинам пришлось искать другой способ почувствовать свою нужность. В итоге они оценивают себя по размеру своих пистолетов, по размеру своих машин, по длине полового члена и по толщине кошелька. Соревнования, в которых ни один мужчина не может побеждать постоянно.

А теперь я расскажу вам, почему все так, как есть. Потому что женщина — исток всей человеческой жизни. Первый человек явился из женского чрева. И все человеческие эмбрионы сначала имеют признаки женского пола. И даже мозг, в принципе, женский орган, пока гормоны не начнут работать над ним, превращая его в мужскую конструкцию.

Так что, по сути, все мужчины — это видоизмененные женщины. Откуда у вас соски, как думаете, ребята? Вы — доделка. Может, это вас и беспокоит? Не об этом ли задумался, братан? Тогда хорошо объясняется ваша враждебность к ЖЭ: у них хорошая работа, а у вас паршивая. Женщины творят жизнь, мужчины ее прерывают. Войны, преступность, насилие — в первую очередь мужские привилегии. Мужская пакость.

Величайшая шутка природы. В материнской утробе мужчины зарождаются как добрые создания, но в итоге получаются никчемными говнюками. Не поголовно, но как правило. Этого хватает, чтобы все испоганить. А самое идиотское во всей этой истории вот что: мужчины не только терпят всю эту бодягу… они сами ее творят.

Кстати, я и женщин не оправдываю. В конце концов, у обоих полов есть общее в анатомии телесного низа — жопа. Хотя женщин чаще именуют по другому анатомическому отверстию. Согласитесь, мило, что это самое отверстие и жопа живут через стенку?