Муза русского авангарда

Сегодня моё повествование пойдет об одном из тех допингов, без которых не может существовать ни один гений. Нет, я не о наркотиках и алкоголе. Я о музах. А Лили была ярчайшей из их представительниц. Умная, хитрая, уверенная в себе, сильная и... некрасивая. Чего, кстати, никто не замечал, попадая под её обаяние.

Отец боготворил Гёте, поэтому назвал старшую дочь в честь его возлюбленной — Лили Шёнеман. Считать ли совпадением то, что обе Лили стали музами великих поэтов?

Лиличка, как ласково называл её Маяковский, была бессменной его вдохновительницей с 1915-го по роковой 1930-й год.

Они стоили друг друга. Единственным, эмоционально уравновешенным, из их всемирно известной троицы, был Осип Брик. Лилик предпринимала суицидальные попытки не реже Маяковского. Она травилась. И остаётся только гадать, её вовремя спасали, или доза лекарств намеренно оказывалась недостаточной?

Избалованная мужским вниманием, Лили Брик болезненно воспринимала редкие, но всё же встречавшиеся в её жизни, отказы. Перед её чарами устоял кинорежиссёр Всеволод Пудовкин, в которого Лили страстно влюбилась в 1929-м. Брик выпила большую дозу снотворного, её откачали, но выздоровление заняло несколько месяцев.

После смерти Маяковского «Личику, Лучику, Лисятику» срочно понадобилось обезопасить свои увядающие прелести властью и деньгами. Осик ей подобного обеспечить не мог. Да к тому же, у него давно была своя семья. В связи с чем, Лили довольно скоро выходит замуж за советского военачальника, героя Гражданской войны, Виталия Примакова. В 1937-м Виталий Маркович будет приговорён к смертной казни по «делу Тухачевского» и расстрелян.

К слову, в конце тридцатых годов сложили головы многие, кто имел доступ к телу Лили. Но их опала никак не коснулась Брик. Так непоколебимо к тому времени было положение «жены Маяковского», как назвал её Сталин. Звучит цинично, но это правда: приговор в отношении Примакова был приведён в исполнение 11 июня 1937 года, а уже в начале сентября Лиля с новым поклонником, будущим мужем Василием Катаняном, отбывает в Ялту.

Дальнейшая жизнь её довольно безоблачна и обеспечена именно благодаря статусу «жены Маяковского». Самым сильным потрясением становится смерть Осипа Брика в феврале 1945-го.

Раневская вспоминала, обронённую Лили фразу: «когда умер Володя — умер Володя, когда умер Ося — умерла я». Да, наверное, единственным, кого она действительно любила, был Осип Брик. И настоящей трагедией этой сильной женщины оказалось именно то, что он слишком быстро к ней охладел.

После войны Лили держала литературный салон у себя на квартире. Она никогда не была красивой, а с годами стала просто чудовищной.

Но это не мешало ей и в старости очаровывать мужчин. Так, например, по словам Ива Сен-Лорана, он знал всего трёх женщин, способных быть элегантными вне моды, — это Катрин Денёв, Марлен Дитрих и Лили Брик. Увидев впервые Лили в аэропорту Шереметьево, модельер до самой смерти оставался верным её поклонником, регулярно присылал ей свои платья, а в честь 85-летия устроил торжество в парижском «Максиме».

В 1977 году Ив Сен-Лоран презентовал свою скандальную новинку — духи «Opium». Носить их было дерзостью. И Брик делала это с удовольствием.

С годами поумерив любовные аппетиты, Лили всё же дала волю чувствам в уже очень преклонном возрасте. Последним её серьёзным увлечением стал Сергей Параджанов.

Его нескрываемая бисексуальность не смущала Лили. Это такие мелочи. Именно она сыграла ведущую роль в освобождении режиссёра из тюрьмы. Сам Параджанов относился к Лили с уважением, трепетом и благодарностью, но не тех чувств ждала от него стареющая фам фаталь.

Лили довольно рано поняла, что стала живой легендой и жила тем, чтобы максимально красиво вписать каждый свой шаг в историю. Например, в её многолетней переписке с сестрой уничтожен достаточно большой кусок, относящийся к 1928-му году. В это время разворачивался бурный роман Маяковского с Яковлевой, и сёстры не могли не обсуждать, как его обезвредить.

Также Лили Юрьевна спланировала и свой уход: «Я умереть не боюсь, у меня кое-что припасено. Я боюсь только, вдруг случится инсульт и я не сумею воспользоваться этим “кое-чем”».

12 мая 1978 года Лили неудачно упала и сломала шейку бедра. Даже сейчас этот диагноз многие воспринимают, как приговор. Тем более, в столь преклонном возрасте. Что уж говорить о том времени. Справедливости ради, стоит отметить, что операции по эндопротезированию тазобедренного сустава в Советском Союзе выполнялись с 60-х годов XX века, и весьма успешно. А Брик могла себе позволить оперироваться и за границей. Но по каким-то причинам это даже не рассматривалось.

На даче в Переделкино тихо и без движения доживала она свои дни. Воспоминания, как мужчины в её жизни, проходили длинной вереницей. Однажды вечером она сказала: «Подумать только, сегодня впервые в жизни я не взглянула на себя в зеркало». На следующий день, когда её муж уехал по делам в город, Лили попросила домработницу подать ей стакан воды.

Лили Юрьевна Брик, урождённая Каган, покончила с собой 4 августа 1978 года, на 87-м году жизни, приняв смертельную дозу снотворного.

Нембутал, который ей прописали от бессонницы, она откладывала именно для подобного случая. Это барбитурат, в малых дозах оказывает снотворный эффект, а в больших — вызывает смерть от остановки дыхания. Сейчас он в таблетированной форме не выпускается. Относится к группе наркотических препаратов и психотропных веществ, оборот которых ограничен. В ряде стран используется для проведения эвтаназии, а в тюрьмах США одно время применялся для исполнения смертной казни.

Характерно почти дословное совпадение начала предсмертных записок Маяковского и Лили. И ещё, 4 июня 1930 года в своём дневнике Лили записала: «Приснился сон — я сержусь на Володю за то, что он застрелился, а он так ласково вкладывает мне в руку крошечный пистолет и говорит: “всё равно ты то же самое сделаешь”».

В богатейшем архиве, оставленном после себя «музой русского авангарда», нашлось завещание. В нём Лили наказала не устраивать ей могилы, а развеять прах где-нибудь в Подмосковье. По мнению её пасынка (сама Лили детей иметь не могла из-за подпольного аборта, сделанного в юности), она не хотела, чтобы недоброжелатели глумились над её могилой.

Но мне кажется, что Лили было плевать на недоброжелателей, тем более после смерти. Это был последний акт красивости, финальный аккорд, точка.

Она не раз повторяла Катаняну, как её следует похоронить. И ей не смели перечить даже после смерти. Лили причесали, сделали маникюр, нанесли макияж и духи. Её последние любимые духи «Opium» от Yves Saint Laurent.

Прах был развеян в поле под Звенигородом. Позже, здесь, на опушке леса, был установлен валун с тремя буквами ЛЮБ, расположенными по кругу. Как на кольце, что дарил ей Маяковский.

За сорок лет подлесок сожрал опушку, всё больше разрастаясь. Промозглым и дождливым сентябрьским утром мы довольно долго блуждали в поисках камня. Ну что ж, эпитафий не требуется. Маяковский всё давно уже написал:

Тебе в веках уготована корона,

а в короне слова мои —

радугой судорог.